От свежего ветра и множества впечатлений Бет страшно проголодалась. Генри предложил пойти в ресторан, но ей не хотелось забираться в помещение. Поэтому они подкатили к закусочной на Мелроуз-авеню. Бет ахнула, увидев оригинальное сооружение. Оно было выполнено в виде большого гамбургера. Нижняя часть здания снаружи была украшена красными каплями, похожими на стекающий по гамбургеру кетчуп, а высаженные на нижней половинке «булочки» низкорослые кустарники создавали полную иллюзию листика салата. Верхняя же часть для большего сходства с оригиналом была покрыта белыми зернышками.
Бет восхитилась неистощимой изобретательностью американцев. Ну какой ребенок, подросток или турист откажется перекусить в столь экзотическом месте! Генри принес по паре горячих гамбургеров и колу, и они подкрепились прямо в машине.
После ланча экскурсия продолжилась. Генри много рассказывал о вечерних развлечениях, соблазняя свою спутницу поужинать с ним. Но она отказывалась, несмотря на то что он очень красочно описывал, какие чудеса кулинарии можно отведать в том или другом месте и кого можно там встретить. Однако Бет решила отложить подобные выходы на более подходящее время. Генри не обиделся и взял с нее слово, что когда-нибудь, после благополучного разрешения всех неприятностей, она примет его приглашение, а уж он сделает их вечер незабываемым.
Оптимизм Генри вызвал у Бет лишь грустную улыбку. Эх, если бы заранее знать, что все кончится хорошо! Но, увы, человеку не дано заглядывать в будущее. Неожиданно Бет почувствовала резкую головную боль. Заботливый Генри моментально раздобыл аспирин и минеральную воду, Бет полегчало, но продолжать знакомство с городом ей уже не хотелось. Наверное, ее голова просто не выдерживала избытка впечатлений…
По пути домой Бет размышляла о том, что совершенно забыла о скором Рождестве. Но стоило ли винить себя за это? Кроме магазинов, уже начавших продавать рождественские подарки, ничто не напоминало Бет о любимом празднике. Где снег, где мороз, где все, к чему она привыкла в Англии?
Надо узнать, принято ли здесь наряжать елку. Малыш знает, как должно выглядеть настоящее Рождество. В их семье сложились свои традиции, где елка была обязательна.
Ник завороженно наблюдал за тем, как Дерек и Бет украшали ее в прошлом году. А с каким восторгом он вытаскивал из своего полосатого носка подарки от Санта-Клауса! Его счастливая мордашка оказывалась повсюду. Он следил за тем, как Дерек разрезает индейку и как Бет накрывает на стол. Все было так по-семейному! А в этом году мать и сын останутся вдвоем. Малыш обязательно поинтересуется, почему с ними нет папы. И что она ответит? Ну за что ей столько проблем сразу?!
Генри молча вел машину, пока его спутница предавалась попеременно то счастливым, то печальным воспоминаниям. Ему не нужно было объяснять, как ей тяжело. Жаль, что все это легло на ее хрупкие плечи. Он надеялся, что отцу удастся помочь Бет, тогда она сможет сбросить с себя тяжкий груз и радоваться жизни.
Прощаясь, Генри ласково потрепал Бет по плечу. Она благодарно улыбнулась в ответ и вышла из машины.
Остаток дня она провела в ожидании возвращения сына, при этом на душе у нее было тяжело: томили какие-то мрачные предчувствия. Как выяснилось впоследствии, они ее не обманули.
В этот же день Алекс до ланча успел отдать необходимые распоряжения в своем офисе и связаться с человеком, которого порекомендовал ему Джозеф. Им оказался известный всему Лос-Анджелесу адвокат по бракоразводным делам, который предложил встретиться немедленно. Пробыв у мистера Уорнера чуть более получаса, Алекс остался доволен. После его ухода Уорнер позвонил своему коллеге и договорился о встрече в конторе Бейли.
Положив трубку, Джозеф некоторое время находился в раздумье, потом снова придвинул к себе телефон. Голос Бет моментально сник, когда она услышала, что завтра ей предстоит сражение с таким известным и опытным бойцом, как мистер Уорнер. Джозеф сразу предупредил ее, что эта встреча решающая. Если клиенты не достигнут взаимопонимания, адвокат истца передаст документы в суд. Сэвидж уже не пугал, он действовал.
Довольный собой Алекс вернулся домой и подхватил на руки сынишку. Он прижимал его к себе и улыбался, представляя, как одержит победу над Бет и будет диктовать ей свои условия. А малыш лепетал что-то о том, что бабушка и дедушка обещали купить ему елку и разрешили помогать украшать ее.
Алекс мысленно чертыхнулся. Конечно, у него очень мало отцовского опыта, но о такой вещи, как Рождество, он не должен был забывать. Ведь на фирме он отдал необходимые распоряжения об увеличении отпуска медикаментов в торговлю в предпраздничные и праздничные дни. Рождественское веселье странным образом сочеталось с увеличением объема продаж сердечных и антисептических средств.
Теперь ему предстояли более приятные хлопоты. Елка, игрушки, подарки, праздничные украшения по всему дому, а особенно в комнате Ника. Он подумал было о Бет, но подавил в себе приступ жалости к ней. Почему-то он был уверен, что сын встретит праздник в его доме. Хотя всякий здравомыслящий человек сказал бы ему, что до Рожества он не только не получит право опеки над сыном, но даже вряд ли дело будет назначено к слушанию в суде. Но разве Алекс мог мыслить здраво, постоянно находясь во взвинченном состоянии, одержимый одной-единственной идеей?
А Ник, сидевший у него на руках, неожиданно озадачил его вопросом:
– Ты придешь к нам с мамой на Рождество? У нас тоже будет елка. И Санта-Клаус принесет всем подарки.
– Видишь ли, сынок, – торопливо ответил Алекс, – мы будем с тобой встречать Рождество здесь.
– А мама?
– Мама будет у себя дома. Мы ей позвоним и поздравим, хорошо?
– Нет, я хочу с мамой!
Ник вывернулся из рук отца и побежал от него прочь, плача навзрыд и яростно вытирая слезы кулачками. До самого вечера он смотрел на Алекса из-под насупленных бровей синими материнскими глазами. Но во взгляде светились отцовское упрямство и непреклонность: он сказал, что встретит Рождество с матерью – значит, так и будет!
У Алекса сжалось сердце. Как же он не подумал о реакции Ника на расставание с Бет? А если мальчик столь же решительно воспротивится, услышав, что ему предстоит жить отдельно от нее? Скорее всего, он закатит такой скандал, что сегодняшние слезы покажутся сущим пустякам. Да, с мнением ребенка придется считаться. Как раз этого-то его отец и не учел…
Родители Алекса не ждали ничего хорошего от предстоящей встречи с участием обеих противоборствующих сторон и их адвокатов. Но, похоже, Нику удалось то, чего не удавалось ни Сэвиджам, ни Бейли, ни самой Бет. Алекс наконец задумался, как болезненно может воспринять перемену в своей судьбе маленький мальчик, из-за которого и разгорелся весь сыр-бор. Вечером, отправляясь домой, Ник отказался поцеловать отца. Алекс обиженно поджал губы, но не стал настаивать.
