И четыре дня она провела в напрасном ожидании звонка или прихода Алекса, переходя от снисходительного настроя к ожесточенному нетерпению. За это время в дом Кэпшоу была доставлена голубая ель изумительной красоты. К сожалению, к ней не прилагалось сопроводительной записки, поэтому неизвестно было, кого благодарить за это чудо. Такое деревце Бет прежде видела только на рождественских открытках.
Елку установили в гостиной. Она была и очень высокой. Бет доставала до ее макушки рукой, даже не поднимаясь на цыпочки. Ник крутился рядом и трогал иголочки пальчиками. Ему пока не разрешали самому украшать ее, но Бет постоянно спрашивала, какую игрушку куда повесить, и это наполняло малыша необыкновенной гордостью. Закончив украшать елку, Бет решила выяснить, кто мог прислать ее.
Сначала она позвонила Бейли. Переговорив со всеми членами семьи, Бет убедилась, что идея принадлежала не им. А раз так, оставались только Сэвиджи. Маргарет была очень рада слышать ее голос, но категорически отрицала свою причастность к сюрпризу. Зато сообщила, что у них дома стоит точно такая же елка и тоже доставленная без адреса отправителя.
– Может, это Алекс постарался? – спросила Бет.
– Скорее всего, что так, – ответила Маргарет. И пояснила: – Я слышала, как перед отъездом он говорил с Джозефом о Рождестве.
– Алекс куда-то уехал? И надолго? – поинтересовалась Бет, понимая теперь, почему ее ожидания были напрасными.
Правда, раньше он всегда сообщал о своем отъезде, чтобы Бет могла подготовить Ника к его отсутствию. Что же изменилось сейчас?
– А в каком он настроении? – решилась она задать мучивший ее вопрос.
– Ах, Бет, он совершенно убит твоим отношением к нему. Мне кажется, он и затеял-то все с судебным иском исключительно ради того, чтобы получить возможность повлиять на тебя и добиться твоего согласия стать его женой. Он страшно переживает. Улетая в Бостон, Алекс выглядел так, будто бежит на край света от несчастной любви.
– От несчастной любви? Ты преувеличиваешь! Я допускаю оскорбленное самолюбие, но любовь? Нет, не может быть. – Сомнение сквозило в каждом слове Бет.
Маргарет постаралась развеять его, заявив с несвойственным ей жаром:
– Поверь мне, так оно и есть! Если бы ты спросила меня полгода назад, что Алекс испытывает к тебе, я бы не смогла ответить столь определенно. Беда моего сына в том, что он не умеет выразить свои чувства должным образом. Я знаю, что он постоянно давил на тебя, требуя выйти за него замуж, но наверняка ни разу не сказал о своей любви.
– Ты угадала… Не знаю, что и думать. До сих пор я не верила в серьезность его чувств ко мне.
– А ты? Что чувствуешь ты? – шепотом спросила Маргарет, понимая сколь многое зависит от слов Бет.
И ответ не обманул ее ожиданий. Так же тихо Бет призналась:
– Я ему уже все простила. Этого не произошло бы, если бы я была к нему равнодушна. Он мне нужен, я тоскую по нему. Раньше между нами стояла моя обида, теперь этой преграды нет. Я ждала, что он придет и еще раз попросит меня стать его женой. Но он не пришел.
– Но, дорогая, он же убежден, что ты не пустишь его на порог! – Маргарет возбужденно дышала в трубку, в ее голове рождались фантастические планы примирения молодых людей. – Сделай шаг ему навстречу, умоляю!
– Когда он возвращается домой? Если мириться, то нужно делать это поскорее. Ник хочет видеть нас в Рождество всех вместе, иначе он страшно расстроится.
– Алекс прилетает домой завтра вечером. Если ты готова рискнуть, у меня есть план…
– Я готова.
Когда Бет выслушала Маргарет, она поняла, как сильно Сэвиджам хочется сказки со счастливым концом. Но разве не этого же хочется и ей самой? А Алексу? А Нику? Если только Маргарет права, то во власти Бет сделать так, что на Рождество у нескольких человек сразу сбудутся самые заветные желания.
Но хороша же она будет, если Алекс отреагирует на ее поступок иначе, чем они с Маргарет запланировали! Впрочем, подобные опасения не способны были остановить женщину, уже принявшую важное решение.
На следующее утро Сэвиджи подъехали к дому Бет в десять часов. Ник выбежал им навстречу, волнуясь и предвкушая обещанную поездку в Диснейленд. Накануне Бет рассказывала сыну об этом волшебном месте, где он своими глазами увидит динозавров и домик трех поросят, прокатится на старинном паровозике с высокой трубой, сфотографируется с Микки Маусом.
Мальчик просто сгорал от нетерпения и упрашивал деда поторопиться. Пока Грегори усаживал внука в машину и отвечал на его многочисленные вопросы, две женщины с видом заговорщиков шепотом обсуждали последние детали своего плана. Наконец Маргарет пожелала Бет удачи и, поцеловав ее на счастье, села в машину. Когда они уехали, Бет быстрым шагом направилась в свою комнату. До вечера ей предстояло многое успеть.
Самолет прибыл в Лос-Анджелес по расписанию. Толпа встречающих слилась с группой прибывших из Бостона пассажиров и перемешалась с ней. Шедший впереди Алекса мужчина подхватил на руки бросившуюся к нему блондинку и закружил ее, не обращая внимания на окружающих. Эта любовная сценка вызвала снисходительную улыбку у многочисленных свидетелей.
Однако Алекс раздраженно подумал, что они могли бы выбрать для этого более подходящее место. Впрочем, он тут же одернул себя, понимая, что только собственное плохое настроение заставляет его быть столь нетерпимым к чужой радости. Если бы его вот так же встречали, он бы нисколько не возражал.
Наоборот, его даже могли бы арестовать за непристойное поведение в общественном месте, ибо коснись он своей женщины, вряд ли смог бы ограничиться парой поцелуев. Так что картинка была бы покруче только что увиденной. Но чего нет, того нет. Вместо пылкой встречи с любимой женщиной ему предстоят поиски такси, дорога домой и вечер с родителями, которые почему-то очень просили именно сегодня поужинать с ними.
Такси удалось найти не сразу, поэтому настроение Алекса еще больше ухудшилось. Радовало только то, что после холодов Бостона он окунулся в привычное тепло юга. По дороге домой Алекс пытался изучать деловые документы. Но оставил это занятие, когда понял, что, вместо того чтобы вникать в смысл напечатанного, непрестанно думал о том, что делает сейчас Бет. На одну шальную минуту он решил изменить маршрут и заявиться к ней, но представил, как она может его встретить, и передумал.
В Бостоне ему пришлось посетить несколько торжественных мероприятий. Но, пожимая руку супруге одного высокопоставленного чиновника, от которого зависела судьба солидного контракта, Алекс ловил себя на мысли, что с большим удовольствием оказался бы сейчас там, где осталось его раненое сердце. А знакомясь с привлекательными деловыми женщинами и галантно осыпая их комплиментами, невольно искал в них сходство с Бет. Но ни одни глаза не могли сравниться с ее глазами сапфирового цвета.
