даже верёвку закрепить негде.
— За кольцо привяжем, — кивнул на каменный вентиль Иван. — Главное, не перепутать, чтоб случайно воду не пустить.
— Нам верёвки-то хватит?
— Без понятия. Колян!
— А!
— Бля, прям так и подмывает в рифму ответить, — ухмыльнулся я, и Ваня поддержал меня ответной улыбкой.
— Нам верёвка нужна. Всю бросай, что есть! — крикнул витязь.
— И вашу тоже отвязывать? — прилетел глупый вопрос.
— Ага, и вокруг шеи своей намотать! — вернул я. — Ты чё там дурака-то включил⁈
— Иди на хер! — выругался Колян и швырнул нам верёвку. Притом не просто сбросил, а целенаправленно метился ей в меня.
Впрочем, я не обиделся. Между нами это нормальная манера общения, ведь мы довольно близкие друзья. Не одну бутылку вместе распили, а по пьяни порой такие откровения из человека лезут… В общем, он ни разу, никому, никогда даже словом не обмолвился о наших ночных посиделках. А это очень дорогого стоит.
— Точно на ту сторону вяжешь? — внимательно наблюдая за моими действиями, спросил Иван.
— Вроде, — ответил я той же фразой, что и он, когда закреплял верёвку для спуска.
— Ладно, в случае чего, перекрыть успеем, — не понял моей шутки он. — Ну что, кто первым пойдёт?
— Ну, ты вроде знаешь, что искать, — пожал плечами я и высунулся в приоткрытый проход.
Я сбросил свободный конец верёвки и ещё раз внимательно осмотрелся. Вот как чувствовал, что не всё будет так просто. И что меня дёрнуло на этот раз посмотреть не вниз, не знаю. Но стоило мазнуть светом фонаря по противоположной стене расщелины, глаза сразу зацепились за странную нишу. Я тут же вернул пятно света обратно и криво ухмыльнулся. До неё нам при всём желании не добраться. Для этого придётся вначале спуститься на дно, а затем подняться по отвесной стене на противоположной стороне. Но я был уверен, что нам нужно именно туда. Эта ниша была явно рукотворной, природа орнаменты рисовать не умеет.
— Ты на противоположную стену смотрел?
— Ты что-то нашёл? — не стал вдаваться в детали Иван и сразу перешёл к сути.
— Да, там ниша, и она очень похожа на перекрытый тоннель. Дверь вся рунами и узорами покрыта.
— Дай посмотрю. — Он отодвинул меня и выглянул в проём.
Некоторое время Иван рассматривал новую деталь головоломки, а затем с крайне задумчивым видом вернулся обратно.
— Не думаю, что это то, что нам нужно, — пробормотал он. — Больше похоже на такой же выход из соседнего колодца. Пока придерживаемся старого плана.
— Ну, двигай тогда. Если что…
— Угу, покричу, не переживай, — перебил он.
Схватившись за верёвку, Иван пропустил её между ног и спиной вперёд шагнул в пропасть. Едва его голова скрылась в провале, я высунулся следом, чтобы наблюдать за спуском. Он словно каракатица шагал по вертикальной поверхности, отбрасывая причудливые тени. Верёвка плавно покачивалась в ритм его движениям, а у меня в голове вдруг вспыхнули кадры из фильмов со схожими ситуациями. Когда герой вот так висит на краю пропасти, и фал, за который он держится, постепенно перетирается об острый край камня. Я даже отвлёкся от наблюдения за витязем и посмотрел на верёвку. Нет, в нашем случае всё было в полном порядке.
Однако я упустил момент, когда Иван скрылся из вида, а толстый капроновый шнур ослаб.
— Спускайся! — прилетел крик витязя снизу. — Здесь проход.
— Иду! — крикнул в ответ я и, схватившись за верёвку, приступил к спуску.
Вот чего-чего, а высоты я не боялся. За время службы у меня было столько прыжков, что я и со счёта сбился. Притом как тренировочных, так и боевых, которые являются отдельным видом удовольствия. Мало приятного болтаться в небе где-нибудь над территорией врага без возможности спрятаться. В такие моменты жизнь висит на волоске, ведь стоит противнику обнаружить десант — всё, расстреляют, как мишени в тире.
В общем, спускался я довольно шустро, хоть и осторожно. Вниз посматривал без опаски, скорее с любопытством. Было очень интересно знать, где заканчивается эта пропасть. Вообще, расщелина оказалась не сильно большой, всего метров пять в диаметре. От выхода из колодца до потолка — тоже около пяти метров. Даже удивительно, как это всё не обрушилось за долгие годы и почему никто об этом не знал. Хотя последнее прекрасно объясняется храмом, который как раз располагается прямо над пропастью.
Примерно на середине пути меня подхватил Иван и помог перебраться в горловину тоннеля. Я не смог сдержать восторг от увиденного и даже присвистнул, потому как было отчего. Высоченный арочный свод был идеально выложен камнем. Пожалуй, качество облицовки в разы превосходило колодец. Местами с потолка и стен сочилась вода, но это никак не влияло на прочность и целостность конструкции. Я невольно вспомнил пирамиды в Гизе и усмехнулся. Мы так часто слышали о чуде их существования, но даже понятия не имели, какие загадки хранит наша земля.
Кто построил этот тоннель? Какие силы и технологии были у предков, что позволили сохраниться этому великолепию? Ведь если учесть факт, когда создавались все те печати, миновала не одна тысяча лет, а он всё ещё стоит, сохраняя свою первозданную красоту. Аж дух захватывает…
Мы молча шли вперёд по выстеленному гранитом полу. Шаги гулким эхом отражались от стен, и порой казалось, будто за нами кто-то идёт. Но я несколько раз оборачивался — и никого. Вскоре мы добрались до ступеней и устремились ещё глубже. Не знаю, сколько их было, я сбился со счета где-то на трёхстах, и это даже далеко не середина. Странно, но никаких ловушек или других загадок мы по пути так и не встретили. Зато выбрались к развилке.
Наш тоннель вывел в большой зал, из которого в стороны расходились ещё шесть рукавов. Все они выглядели одинаково, лишь причудливый символ у каждого входа помогал не запутаться. Однако мы и понятия не имели, куда нам следует идти.
— Думаю, ты был прав, — почти шёпотом произнёс Иван.
И я его прекрасно понимал: говорить здесь хотелось тихо, чтобы не дай бог не пробудить какого-нибудь древнего монстра. Не факт, конечно, что он здесь есть, но сама атмосфера нагоняла некую таинственность. А в такие моменты всегда хочется вести себя осторожно.
— Ты о чём? — спросил я.
— О том, другом входе, напротив нашего колодца.
— А здесь что?
— Просто сеть тоннелей для скрытого передвижения. Они должны вести к каждому строению древних. Скорее всего, связывают храмы по всему городу.
— Удобно, — улыбнулся я. — Нужно было компас взять, вдруг мы сейчас под кремлём?
— Скорее всего, так и есть. Вон тот символ означает крепость или укрепление. Тот
