— Уже закрыли, — кивает американец. — Сработали автоматические замки. Сейчас Целителя вызвоню.
Редрик зовет кого-то в гарнитуре на ухе. Я же подхожу к оперативнику, который Сербину обзывал пиндоской. Сыщик лежит, окутанный разрядами. Мышцы дергаются от проникающего сквозь доспех напряжения. Лицо застыло в маске шока.
Взмахом руки растворяю молнии на говнюке. Он тут же выдыхает облегченно, выпрямляется, садясь.
— Кто дал наводку на Сербину, мусор?
— Пошел ты!
— Ага, пойду я. По тебе.
Хуффф.
Бью носком в живот — и оперативник сгибается пополам. Между сиплыми вздохами он булькает:
— Я ничего… тебе…. не скажу… сука! Ничего!
Присаживаюсь на корточки, крепко хватаю сволочь за голову и притягиваю ближе. Он визжит, дергается, но толку нет рыпаться против мускул Шарика. Приближаю Когти к его испуганному лицу, надавливаю, ослабленный доспех без проблем прорезается. Я с оскалом спрашиваю:
— Чего такой серьезный? — эфирные резаки касаются уголков его губ.
— Ува-а-а-а! — выпучивает оперативник глаза, моя другая рука крепко хватает его за подбородок, не позволяя вырваться.
— Тише-тише, — негромко шепчу. — Сейчас нарисую тебе улыбку до ушей и отпущу. Правда, ты будешь мертвым, но зато очень веселым.
Его слезящиеся глаза смотрят в мое спокойное оскаленное лицо.
— Фудкофф…ский, — плачет оперативник, пока Когти рисуют кровавые полосы в стороны от его губ. — Генефал — полицмейстеф.
— Ух, почти закончил, — с разочарованием отпускаю лицо копа. — А теперь повтори внятно. Кто тебя послал, волчья шкура?
Кровь, вместе со слезами, стекает по обезображенной морде оперативника. Маска Джокера. Только без белого грима. «Волчара» рыдает, а с виду тертый калач.
— Максим Рудковский, — протягивает он.
Я поднимаюсь и поворачиваюсь к Сербине.
— Запакуйте шавок обратно в их фургоны, а сама собирай монатки и сегодня же улетай на своем самолете в Америку.
— Как улетать? — пернатая расстроенно поджимает затрясшиеся губы. — Не хочу я улетать! Ты же со мной не отправишься!
Американка топает каблуком. Редрик бросает ревнивый взгляд на меня. Я усмехаюсь.
— Нет, конечно. Кому-то же надо разрулить ситуацию, чтобы ты могла вернуться побыстрее.
— Оу, Артем, — всхлипывает Сербина и, подойдя вплотную, вжимается мокрым носиком мне в шею. — Только ты побыстрее управься, ладно?
Глажу американку по белоснежным кудряшкам.
— Сейчас же займусь.
* * *
Максим Рудковский едет на заднем сидении «Ауруса». В просторном кожаном салоне рядом с генералом-полицмейстером сидит прехорошенькая секретарша — длинные синие волосы, пухлые губки, нежная кожа. Огромные голубые глаза спрятаны за квадратными очочками, иногда сползающими с маленького носика. Девушка молоденькая, только с института, но очень исполнительная и ответственная.
— Гадство, — морщится Максим, рассуждая вслух. — Почему наследник терпит дерзость своего пса? Это же опасно! Если бы я не знал Владимира с пеленок, решил бы, что он боится этого Перуна.
Секретарша, вся наготове, внимает словам шефа I экспедиции. Наманикюренные пальчики держат смартфон с включенными «заметками» — на случай, если генерал продекламирует длинное поручение. На розовом ушке надета гарнитура — чтобы незамедлительно передать приказ исполнителям. В кармане обтягивающего кардигана лежит пачка презервативов — если шефу вдруг захочется разрядки.
— Не понимаю! Фу-ух, надо отвлечься, — Максим бросает злой взгляд на секретаршу. — Лиза.
— Да, Ваше Превосходительство! — тут же подхватывается девушка.
— Расстегивай, — кивает генерал себе на ширинку. — Сегодня ртом. Очки только сними — хочу видеть твои глаза в процессе. Успей до приезда на собрание с Военной полицией.
— Есть! — Лиза откладывает в сторону телефон, снимает очочки и аккуратно убирает стеклышки на кожаное сидение рядом.
Проверив взглядом, что перегородка между ними и водителем опущена, девушка встает на колени между ног генерала. Тянется ручонкой к брюкам Его Превосходительства…
Б-У-УХ!
«Аурус» резко останавливается, раздается стон металла. Инерция движения бросает Максима вперед на упавшую с криком секретаршу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Твою мать! Штруцев, как ты водишь?! — поднявшись с девушки, растрепанный генерал нажатием кнопки на подлокотнике опускает перегородку.
— Простите, Ваше Пре. льство, — стонет водитель, глотая буквы. Его сильно пришибло об руль. — «Лендровер» вдруг газанул назад. — Штруцев включает радиосвязь на громкую. — Камень, это Бивень, прием, вы чего на нас поехали?
— О-о-х, это не мы, — раздается хриплое. — Нас толкнул какой-то черт в смокинге. Чертовски сильный черт. Он смял капот, будто пластилин. А-а-х, не подходи! Огонь!
Грохот выстрела. А затем тишина, не менее оглушительная.
— Камень, прием, — кричит водитель, ответа нет. Штруцев достает мобильник. — Срочно подкрепление. Да, отследите нас по машине.
Тем временем Максим, вместе с секретаршей, смотрит в лобовое стекло. Кортеж генерала состоит из двух машин: «Ауруса», основного автомобиля, и внедорожника, автомобиля прикрытия. Ехавший впереди джип не просто остановили, а «пнули» назад, вбив бампером в «Аурус».
Штруцев выскакивает наружу. Его руки окутывают змеи молний, но выстрелить ими не успевает. Навстречу, из-за смятого крыла внедорожника, выскакивает тот самый черт. Или демон. Два почти неуловимых для взгляда удара — Штруцев падает как подкошенный.
Демон двигается к задним дверям. Черное лицо, золотые шрамы, дымящиеся волосы.
Максим моргает. Раз, второй, третий. Постойте-ка! Вот так дрянь! Это же Перун, отморозок Владимира! Точь-в-точь этот мордоворот — судя по описаниям и фотографиям в личном деле.
Перун хватает обеими руками закрытую заднюю дверь. Весь кортеж генерала бронирован, соответственно, кузов этому монстру не пробить. Внутри двери вставлен баллистический нейлон, замок держит третья усиленная петля. Стекла представляют собой «бутерброд» из поликарбоната и свинцового стекла. В машине генерал в безопасности.
Раздается хруст мнущегося металла.
— Мамочки, — лепечет Лиза, отползая подальше от генерала. Конечно, она доперла, кто цель монстра и пытается быть от нее подальше.
Бронированная дверь, способная выдержать атаки каменных Рыкарей, мнется и отлетает в сторону.
— КУ.КУ, — заглядывает в салон демоник Перун.
Мурашки пробегают по телу Максима, жуткий первобытный страх пронизывает до мозга костей. Как это возможно? Максим никогда никого не боялся, даже когда сотни раз висел на волосок от гибели. Макс, ты ведь долбаный Полковой! Откуда унизительный тремор рук?
Отморозок оглядывает генерала и девушку. При взгляде на Лизу его черные глаза округляются:
— Женщина, — недовольно бурчит демоник. — Блин, если б знал раньше.
Максим недоуменно смотрит на секретаршу. Милые бледные щечки странно розоватые, в глазах тот самый дикий блеск, который бывает у женщин от выпитого бокала шампанского.
«Она что, возбуждена? — генерал качает головой. — Глупости»
— Ну, сделанного назад не воротишь, — Перун заваливается в салон и откидывается на сиденье. — Генерал-полицмейстер, присаживайтесь. Сделаем по-быстрому…
Дрожащая на полу Лиза неожиданно заявляет, проведя ладонью по низу живота:
— Сделайте со мной всё, только не убивайте. Я не хочу умирать. Я еще не нашла убийцу своей близняшки!
Максим и Перун в шоке переглядываются от внезапного откровения.
— У тебя убили близняшку? — на автомате спрашивает Максим. Он впервые слышал.
— Да, поэтому я и пошла в полицию! — Лиза горячо кивает, она ползет к Перуну и застывает у него между ног, смотря снизу вверх как мышка в пасть змеи. — Чтобы найти убийцу!
— Найти? — ничего не понимает Максим. — Но ты всего лишь секретарша.
Лиза бросает на генерала беглый безразличный взгляд.
— Ну так я думала, вы мне поможете, Ваше Превосходительство, — снова поворачивается к Перуну и несмело, сотрясаясь всем тело, но настойчиво протягивает к его ремню ладошку. — Пощадите и не пожалеете, господин.
