- Так, хватит мне тебя доставать. Кеан, в конце-концов, не столько моя, сколько твоя мозоль, а я тут по ней бесстыже разгуливаю! Пойду надоедать остальной компании, а то они, наверное, уже чувствуют себя обделёнными, - заявила непоседливая алайка и поспешила «облагодетельствовать» уже вполне мирно беседующих членов Совета.
* * *
В ноздри Аниаллу ударил запах гари. Удушливый, едкий дым повис в воздухе серой завесой. Сквозь него проблескивали языки яркого пламени, охватившего несколько фолиантов. Среди них лежала Теола. Огненная струя, вырвавшаяся из жезла, висящего на бедре, того самого, который должен был защитить Олу от харнианской магии, ещё не погасла. Словно пылающие ветви молнии охватывали ногу Теолы, они уже прожгли одежду, и, видимо, от них же вспыхнули оброненные ею книги. «Хорошо ещё хоть снова в нос не вставила», - невесело подумала Алу.
Ола резко оттолкнулась от пола, села, пару раз дёрнула жезл, пытаясь сорвать его с пояса, но неверные пальцы соскользнули с гладкого дерева. Ошалевшая от боли, она подалась назад, словно надеясь, что опаляющее её огненное нечто задержится на месте и ей удастся стянуть его с ноги. Её выпущенные когти оставляли в полу глубокие борозды. Не замечая Аниаллу, она с силой врезалась спиной в книжный шкаф, с полки сорвалась книга и стукнула Теолу по плечу, но та не заметила и этого. В отчаянии, она обернулась кошкой, но хотя жезл исчез вместе с поясом и остальной одеждой, исторгнутый им огонь продолжал жечь алайку, и к дыму горящих рукописей добавился запах палёной шерсти. Надрывно зашипев, Ола вернулась в двуногую форму, и тут глаза её, затуманенные болью и ужасом, прояснились - она наконец увидела подругу.
Аниаллу пришлось потратить несколько драгоценных мгновений на то, чтобы потушить книги - лиар знает, как среагирует их собственное волшебство на пламя, а проблем у сианай и без того хватало: она мало что понимала в магии огня и ещё меньше - в целительстве.
- Что? Что произошло? - крикнула Алу, подбегая к подруге. Её коготь ловко перерезал ремешки, крепившие жезл к поясу Олы, и она пинком отшвырнула его прочь, но и тогда порождение жезла осталось на месте. Оно, словно живая многоглавая гадина, вгрызалось в ногу несчастной Теолы.
- Не шевелись, - приказала Аниаллу; она коснулась пальцем виска подруги, и Теола потеряла сознание.
Тем же когтем Алу распорола каким-то чудом сохранившиеся остатки её юбки и на ноге, примерно на ладонь выше колена, увидела нестерпимо яркий сгусток - «сердце» заклятия. Но его когтем не вырежешь, это было ясно. Сианай лихорадочно соображала, что же делать дальше.
Харнианскую магию, с проявлением которой она столкнулась, было нелегко рассеять, любое волшебство она пожирала, словно костёр - новую порцию дров. Аниаллу, как и всякая алайка, не имела склонности переоценивать свои возможности: она была не в силах ни отодрать впившуюся в Теолу тварь, ни изолировать её - отделить от подруги каким-нибудь защитным полем. Слишком большой была площадь, которую охватывала эта «змея» вместе с сотнями отростков, способных (если она правильно определила, с чем имеет дело) бесконечно разветвляться и проникать вглубь тела. Алу быстро поняла, что больше ничем помочь Теоле не сможет. Да если бы и могла - куда важнее было поймать обидчика подруги, чем спасти её тело. В концеконцов, она всегда в силах подарить ей новое, лучше прежнего, а этот гад который напал на Олу, может уйти.
Ждать было нельзя. Рамы распахнулись, занавеси разлетелись в стороны, и сианай выскочила в сад. Дождь обрушился на неё, оглушил, оплёл плечи цепкими водорослями её же промокших волос, принялся тянуть вниз за вмиг ставшие тяжёлыми юбки. Застыв на подрагивающей от ветра ветке, алайка пыталась отыскать отблеск огненной ауры незнакомца, определить, куда он делся, по оставшемуся эмоциональному следу. Но тщетно.
Аниаллу в нерешительности прижалась к скользкому стволу. Справа размытым пятном белела облепленная рваными листьями статуя обнажённой эльфийки, с восторгом глядящей в хмурое небо. За ней, вдалеке, золотой полоской посверкивала улица Игривых Лап, оттуда доносились голоса, но видно никого не было, кроме разве что свернувшегося в сплюснутый бронированный шар ездового таприха. Ненавидящий воду зверь издавал низкое негодующее гудение. Алу сама не заметила, как принялась мрачно, в нос, ему подвывать. А дождь и не думал переставать. Сианай чихнула, тряхнула замёрзшими ушами, обернулась - за спиной кто-то постучал по стеклу и окликнул её по имени.
Проведя «разведку боем» насчёт намерений Верховного жреца Кеана, патриарх Селорн решил поделиться с остальными собравшимися подробностями похода в Адорские Скалы и теми сведениями о найденных отрядом Иреры камнях, которые сообщил ему Анар. Под конец его рассказа матриарх Кеара заметно оживилась и, едва Селорн замолчал, заявила:
- Что же, это убеждает меня в том, что желание моего брата окружить Бриаэллар защитным куполом было весьма дальновидным. Если мы не можем контролировать все порталы, ведущие в Бриаэллар, то это единственный способ обеспечить безопасность горожан.
- Купол сможет отрезать порталы? - недоверчиво переспросил Наол Чутколап. - А Анар?
- Нет, патриарх. С порталами придётся разбираться отдельно. Их нельзя будет просто запечатать: Хозяева смогут взломать их с помощью этих... костей Изменчивого; придётся уничтожать все неугодные вам порталы, причём уничтожать полностью, чтобы и следа не осталось.
- Да. И сделать это смогут только драконы Изменчивого. Теперь ясно, о чём мы будем просить их в обмен на услуги наших телепатов, - задумчиво проговорил Селорн.
- Кеара, а ты не думаешь, что, если мы окружим свой город куполом, это спровоцирует и наларов сделать то же самое? - спросил Анар; мысль, что вся работа его жены опять может пойти насмарку, не слишком-то его грела.
- Мы не можем быть уверены, что они отреагируют именно так, - возразила сестра Верховного жреца.
- Думаю, мы как раз можем, - осклабился Селорн. - Аниаллу уже задавала моделям их правителей вопрос, как бы они поступили. И ответ на него однозначен.
- Аниаллу смогла создать модель самого Владыки Вод? - вздёрнула бровь Кеара. - Окончательное решение будет принимать он, а не император или кто-либо ещё.
- Нет. Но мы все прекрасно знаем, что Неллейн ещё больший... перестраховщик, чем любой из его подданных, - мягко заметила Алия Аэн.
- Перестраховщик? Алия, давай называть вещи своими именами! - язвительно расхохотался Селорн. - Наэй Неллейн, Владыка Вод - редкостный трус. И нервы у него давно на пределе. Любой мышиный чих может спровоцировать его забиться под корягу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
