Быть может, настолько гармоничной натурой, познавшей все секреты своей души и посему с лёгкостью разрешающей загадки душ чужих, Ан'си'шиал Малаур стал благодаря воспитанию, полученному в танайском храме, где он вырос, оставленный родителями; быть может - благодаря жизни в полном согласии с велениями алайской сверхинтуиции; или же этому была иная причина - но факт оставался фактом: каждый, оказавшийся рядом с Малауром пусть даже в самой опасной ситуации, обретал спокойствие и решимость действовать.
Алу залюбовалась, как её удивительный отец, неспешно расхаживая по библиотеке, отдаёт короткие, точные приказы своим подчинённым, и они тут же отправляются исполнять его повеления, стараясь в подражание ему не выказывать волнения - хотя то, что враг смог незаметно проникнуть в их общий дом, славящийся своей защитой, несомненно, сильно потрясло всех. Быстро покончив с этим, Малаур подошёл к шкафу, небрежным движением пальцев стряхнул с жезла созданную дочерью оболочку и поднял его. Он долго рассматривал тонкую резную палочку и по-прежнему не задавал вопросов - ни Аниаллу, ни остальным - словно заранее знал их ответы. Она же радовалась, что первым здесь оказался именно этот из её отцов. А то Селорн бы уже клокотал, как котёл с взрывоопасным зельем, по поводу отосланной ею охраны... впрочем, и Малаур в конце концов спросил её о том же.
- Я их отпустила, - ответила Алу и искренне улыбнулась присевшему рядом отцу. Его вежливая забота была приятна ей, она была так разительно не похожа на назойливое, тяжёлое внимание Верховного жреца, который сейчас взывал бы к её совести, в сотый раз напоминая, что она - сианай и обязана сознавать всю меру своей ответственности. - Кеан приставил их ко мне, чтобы я привыкла к... эскорту перед поездкой в Линдорг, где без него не обойтись. А раз, по его же воле, я туда не поеду, так зачем мне охрана? - Она невинно хлопнула глазами.
- Вот зачем, - Малаур указал подбородком туда, где прежде лежала раненная Теола. - Ты не думаешь, что на её месте могла быть ты?
- Вряд ли, - немного подумав, покачала головой Алу. - Мне показалось, он решил не связываться со мной, наверное, понял, что я сианай. Возможно, это был просто вор и он устроил всё это, чтобы отвлечь меня от окна, когда я его заметила.
- «Просто вор»? - поднял бровь Малаур; на губах его блуждала улыбка, словно патриарха развлекало всё происходящее. - Хорошие же воры пошли! Неужели ты считаешь, что некто, сумевший проникнуть в наш дом, вот так, «просто», дал бы себя увидеть?
Малаур разглядывал её лицо в ожидании ответа, и Алу вдруг почудилось: он подозревает, что она рассказала ему не обо всём, что здесь произошло.
- Нет. Но он - дал... И зачем, спрашивается?
- Вот это нам и предстоит выяснить, - покачал головой Малаур, взяв её под руку и ведя куда-то через библиотеку. - Полагаю, сразу поймать нам его не удастся, но какие-то следы должны остаться. А ты... ты должна быть осторожнее. Я понимаю, охрана - это как камень на хвосте, но ты у нас умная кошечка, - он почесал её за ухом, - должна понимать, что иногда можно и тяжести на хвосте потаскать, чтобы совсем без него не остаться.
- Я понимаю. Мне уже стыдно - правда.
- Каждый должен знать своё место, - с мягкой строгостью проговорил Малаур. - Ты не боевая волшебница, Аниаллу. Это не хорошо и не плохо. Просто есть те, кто лучше тебя справляются с подобной работой, вот пусть они ею и занимаются.
Патриарх и послушно кивнувшая Алу вылетели в сад - идти по размокшей земле Малаур брезговал - и зависли над одной из клумб. Около неё собралось уже несколько алаев. Почтительно кивнув патриарху, они прекратили совещаться и, обернувшись кошками, метнулись в разные стороны.
Аниаллу вслушивалась в звуки сада, растворившись в ночи, слившись с тем, что происходило вокруг - шумом листвы, запахом влажной земли и коры, холодными прикосновениями ветра. На всём она чувствовала тень чего-то... что не было и не могло быть принято Бриаэлларом, чуждого его радости жизни... вечному ожиданию чуда.
- Ну что, Аниаллу? - спросил Малаур.
- Не знаю, - ответила она, выйдя из оцепенения, но так и не избавившись от неприятного ощущения. - Этот... вор, его чувства были очень странными: гнев, презрение, немного торжества... и за всем этим - глубочайшее отчаянье.
- На эмоциональную ловушку не похоже? - сразу же заинтересовался патриарх.
Эти своеобразные магические приспособления стояли в разных частях его дома. Попав в поле действия одной из них, злоумышленник испытывал очень сильные чувства: от стыда, принуждающего его пойти к хозяевам и покаяться во всех грехах, до безотчётного ужаса.
- Не-е-ет, - с зевком протянула сианай, - не сердись, но такое не могут вызвать и все ваши штучки. Это изнутри... и спаси меня Аласаис от такого нутра!
Кошки и Смерть
Как и подобает городу, чьи хозяева моются по десять раз на дню, Бриаэллар просто блестел чистотой. Несколько раз в сутки по его улицам, газонам и даже крышам, словно кошачий язык по шкурке, проходила волна волшебства. Кое-где она была незаметна, местами, особенно в тех кварталах, где располагались магические лавки, превращалась в поток искристой жидкости, струящейся по мостовой и смывающей следы реактивов так же легко, как пятна от мороженого; но и там она услужливо расступалась перед запоздалыми прохожими, чтобы не попортить их обувь.
Стараясь не отстать от Селорна, Анар меньше всего думал о сапогах. Предстоящая встреча с Ирерой и её трофеем была куда интереснее, хотя мостовая, словно превратившаяся в реку из лунного света, притягивала взгляд.
- Омерзительное зрелище, - вдруг раздалось у Анара над головой.
Он посмотрел вверх и почти нос к носу столкнулся с ещё одним своим новоявленным родственником; свесившись с ветки и по-змеиному изогнув позвоночник, тот с деланной озабоченностью постукивал по стволу тонкими чёрными пальцами.
- Я думаю, наших дворников надо пороть - такой перерасход магической энергии! - важно заявил родственник и вильнул хвостом, обрушив на себя и своего собеседника целый поток дождевой воды.
Анар только улыбнулся - учитывая то, что над головой у него сидел каким-то чудом незамеченный Энаор ан Ал Эменаит собственной персоной, отделаться мокрыми ушами было невиданной удачей...
Имя Энаор, означающее «величественный», вовсе не соответствовало характеру своего хозяина. Здесь были бы более уместныпроизводные от «шутника» и «шкодливого кота» или «заразы» и «паразита» - в зависимости от степени причинённых им неприятностей. Анар, наслышанный о его «подвигах», на собственной шкуре прочувствовал это прямо в день их знакомства.
Произошло оно меньше двух недель назад, во время одного из эалийских праздников. Тогда к столу была подана традиционная светящаяся рыба из Ал Эменаит. Резать её полагалось собственноручно, специальным гибким ножом с двумя рукоятками. Анар, впервые державший в руках сей тонюсенький инструмент, справлялся с поставленной задачей весьма успешно для новичка, до тех пор пока его нож чудесным образом не свернулся в кольцо. Сначала он было подумал, что это часть церемонии: мол, такой вот кошачий нож: в нужный момент сворачивается клубком и освобождает руки владельца для... Но никакого «для», стрельнув по сторонам глазами, Анар не углядел, все ели как ели, и только он один пыхтел, безуспешно пытаясь распрямить нож.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
