Красивые, филигранной работы, с изящным циферблатом. Украшены узором в виде силуэта девочки в пышном платье и розами по контуру — на крышке, а с обратной стороны — белым кроликом и несколькими картами, во главе которых — червонная королева. С внутренней стороны крышки гравировка:
«Нужно бежать со всех ног, чтобы только оставаться на месте, а чтобы куда-то попасть, надо бежать как минимум вдвое быстрее!».
Сглотнув, я быстро спрятала часы в кармашек, который как следует застегнула, снова накрыла покойницу покрывалом и приподняла крышку саркофага, чтобы поставить ее на место. И когда тот, наконец, снова был закрыт — просто таки вздохнула с облегчением!
Хотя, конечно же, мне еще нужно было выбраться обратно из этой кроличьей норы.
— Грей, я возвращаюсь! — крикнула я.
— Давай, — ответил оборотень издалека.
Собравшись, я заползла обратно и полезла вверх, на этот раз привязав лампу на конец веревки. Подниматься с ней было бы однозначно неудобно, так что приходилось действовать вслепую. К счастью, помогало то, что Грей с того края тянул за веревку, помогая мне быстрее выбраться. И когда я наконец, перепачканная землей и получившая годовую дозу стресса, выползла на поверхность — без лишних слов просто вцепилась в его руку и села вместе с ним на землю, буквально вжавшись в грудь оборотня.
О том, что вместе с нами здесь, вообще-то, сидит еще и Кексик, я вспомнила после тактичного покашливания коня. И тут же, залившись краской, вскочила на ноги.
— Ладно, ребята, давайте быстренько домой. А все разговоры после того, как я схожу в душ и выпью чаю! — заявила я, хватая лампу.
В ответ оборотень и конь лишь пожали плечами, и не став спорить, пошли следом за мной. У меня же теперь было немного времени, чтобы определиться с тем, что кому из них стоит рассказывать и как это потактичнее сделать.
ГЛАВА 15. Дом, в котором
Этой ночью Грей снова заночевал у меня.
Во-первых, мы решили, что безопаснее для всех нас будет, если он не станет бегать туда-сюда, рискуя лишний раз быть кем-то замеченным. Тем более что следующей ночью мы в любом случае планировали действовать вместе.
Во-вторых, мне казалось, что с учетом всех обстоятельств, оставаться в доме одной с двумя ключами, без того, кто будет способен защитить в случае чего и меня, и найденные предметы — однозначно не лучшая идея.
Кексик же напротив нас временно покинул. Как конь сообщил, он напал на след одного из иномирцев, который теоретически должен был быть где-то относительно неподалеку, и возможно даже все еще жив. Так что забежав ко мне, чтобы сообщить, как обстоят дела, снова удалился, дабы продолжить свое расследование. При этом пообещал, что снова наведается послезавтра к вечеру.
Желая выспаться после ночных приключений, я оставила Грея в гостиной с одной из старых маминых книг, и отправилась в свою спальню…
Где снова увидела сон. Странный сон. Не могу понять, что это было. Одно из видений прошлого? Или. нечто другое? Наверняка могу сказать лишь то, что проснулась, резко сев в кровати, и не помня себя от ужаса.
Это было. жутко. До дрожи. Словно липкий холод, медленно облизывающий кости. Мрачный, окутанный туманом пейзаж разрушенного колоссального города, гигантские каменные монолиты которого были покрыты мхами и плесенью. Ужасающий, неразборчивый голос, звучащий как будто. то из глубоких недр земли, то откуда-то издалека. И в конце — тяжелые, гулкие шаги, с которыми я разглядела в тумане нечто огромное. Массивный темный силуэт, окутанный мглой. Высотой примерно в милю. Силуэт, напоминающий по своим очертаниям человеческий, вот только с мощными кожистыми крыльями и бесформенной головой, от которой, извиваясь, расползались в стороны толстые щупальца.
В момент, когда эта тварь повернула голову в мою сторону, я ощутила, что ОНО смотрит на меня, и в ужасе проснулась. После этого заснуть мне так и не удалось. Полежав в постели около получаса, пока не успокоилась, я посмотрела на часы (десять утра), переоделась и вышла в гостиную. А отправив оборотня спать, взялась за работу, сделав заготовки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ближе к вечеру (когда у соседей приближался конец рабочего дня) достала из погреба пирожные и открыла лавку при своей домашней кондитерской для посетителей. куда те, естественно, повалили почти сразу после появления вывески.
Дороти привычно прибежала за сладостями к ужину — как раз почти сразу после того, как я выдала клиенту заказанный к празднику торт. И буквально с порогу заявила:
— Сериз, представь себе, тот твой «недо-жених», барон Форстер, сегодня утром повесился!.. мне, кстати, две пироженки, пожалуйста, вот эту и эту, — добавила она, ткнув пальцем в две вкусняшки.
— Да ладно! — закашлялась я, от шока едва не уронив картонную коробочку под пирожные прямо на поднос со сладостями.
— Ага, сама в шоке… как и весь город, — вздохнула соседка, не сводя взгляд с тирамису.
— Как-то ты мне что не день — так убийственную новость приносишь.
— Угу, со мной тебе и газет выписывать не надо будет, — нервно хохотнула Дороти. — А там вообще такая история была, что газетчики ее в самом деле будут долго обсасывать.
— Какая еще история? — я насторожилась.
— Как я слышала от девочек на фабрике, вчера под утро из его разваливающегося поместья начали слышать. странные звуки. Истеричные крики, плач, даже вой. При этом из дома никто не выходил. но колотил в стены. Похоже, рехнулся просто окончательно на старости лет. Так продолжалось весь день, тишина наступила только после полуночи. Все это, конечно, сильно всех насторожило, и на утро единственный слуга, которого он мог себе позволить худо-бедно содержать, таки решился заглянуть в хозяйское поместье. где и нашел старого барона повешенным прямо посреди гостиной. Рядом с камином. Сразу же вызвал стражу. И с оглядкой на то, как тот вел себя в свой последний день жизни, никто особо и не сомневался в том, что вздернулся он сам, без чьей-либо помощи.
— Жуть какая, — вздрогнула я.
— Не говори. Веселенький, однако, подарочек вышел твоей сестренке к свадьбе, — нервно хохотнула Дороти. — Ладно, побежала я, а то сплетни сплетнями, но мы с мужем все еще не ужинали.
— Давай, хорошего вечера, — кивнула я, и приняв от соседки плату за сладости, проводила ее взглядом. При этом ощущая пробежавший по спине неприятный холодок.
Ведь получается. старый барон рехнулся как раз после того, как приходил ко мне домой тем вечером, а я его спровадила! Интересно, не может ли все это быть связано? Особенно с учетом того, что его глаза тогда ВОЗМОЖНО как-то странно светились.
Только вот как это узнать, если единственный, у кого можно было обо всем спросить, сейчас лежит в городском морге?
Распродав пирожные и закончив готовку новой партии, я первым делом попыталась понять, к какому из ребусов относятся переписанные с покрывала в саркофаге символы. Вот только сходу мне этого пока что не удалось. Поэтому спрятав все свои находки в тайник, я решила попробовать копнуть в другом направлении — раз уж мы с этим оборотнем нашли общий язык, и я почти справилась со своим инстинктивным страхом перед хотя бы конкретно этим вервольфом.
Поэтому дождавшись поздней ночи, мы с Греем снова покинули город и направились в лес. Но на этот раз — в сторону болот. Туда, где находился домик, в котором он нынче скрывался (когда не ночевал у меня дома, естественно).
Оборотень быстро провел меня к своему убежищу. И войдя внутрь старой, ветхой хижины, я поняла, что не ошибалась. Хоть и прошло много лет с тех пор, как ее забросили, а Грей уже успел здесь немного похозяйничать, в этом домике все равно легко угадывалось то самое жилище Ланы, которое я видела в своем сне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— И что мы здесь ищем? — поинтересовался мужчина.
— Если честно, то сама не знаю, — призналась я. — Все то время, что ты прожил здесь… Когда ты сюда пришел, то что обнаружил? Не находил чего-нибудь. странного?
— Да как тебе сказать, — призадумался Грей. — Вроде бы обычный старый заброшенный домик в лесу. Судя по поношенной, оставленной одежде, жила здесь женщина. Вещи как вещи, ничем не примечательные, без каких-либо странных узоров, вышивки или чего-нибудь такого. В кухонных ящиках лежало пару кастрюль, тарелок с чашками, несколько вилок-ложек, и сковородка. В подвале, где, судя по всему, был обустроен погреб, тоже ничего интересного — только давно сгнившие овощи и немного испорченных консервов. Все это я, естественно, сразу же вынес и выбросил в болота. ну, разве что банки, в которых были консервы, оставил — хорошие банки оказались. Но тоже самые обычные. Мебель — вся та, что ты сейчас видишь: небольшой стол и два стула, трухлявое кресло, все еще живая кровать и шкаф. В котором — только те платья. Разве что вот на стенах несколько гербариев. Может, они тебе что-нибудь скажут.
