И глаза уже не закатываются.
— Физическая активность, возбуждение — лучшие способы привести в себя медиума. Видимо, сноходцы от них недалеко ушли. — пробормотал оборотень. Он дышал прямо в ухо Марианне, шевеля тонкие волоски и посылая каждый выдох мурашки по чувствительной коже во все стороны. — Если бы я вовремя не почуял, что с тобой творится что-то неладное, у тебя были все шансы остаться там, за гранью.
Марианна содрогнулась, только сейчас осознав, какая опасность ее миновала.
— Мне теперь что, вообще нельзя спать? — она подалась ближе, вцепляясь в рубашку Кэлана как в спасательный круг. До нее все еще не дошло, что она, почти обнаженная, тесно прижимается к нему.
Оборотень сглотнул. Держать себя в руках, учитывая близость девушки, становилось все труднее.
Глава 19
Мужская рука в трусиках Марианны шевельнулась, невзначай задев самое сокровенное. Она вздрогнула, но не отстранилась. Слишком приятно было ощущать себя живой и реальной, пусть и жестоко по отношению к Кэлану. Он и так проявлял себя джентельменом, не заходя дальше, хотя Марианна прекрасно чувствовала попой его возбуждение. Он был полностью одет, при этом обнимал ее, совершенно голую, не считая тонкой полоски ткани на бедрах… и та уже неприлично сползла. Она инстинктивно плотнее стиснула ноги, ловя мужскую руку в мягкие тиски.
— Спать только со мной. — отрезал оборотень. Подумал, и добавил: — Во всех смыслах.
Прозвучало многозначительно. Словно на Марианну только что заявили права собственности. Самостоятельную и взрослую женщину это должно было возмутить… но она слишком многое пережила, чтобы не начать ценить твердое горячее мужское плечо, неизменно оказывающееся рядом в момент, когда оно необходимо.
Марианна сама, первой, потянулась за поцелуем. Скользнула губами по шероховатой щетине, приятно покалывавшей ее разгоряченные щеки, прикусила нижнюю губу. Обротень втянул воздух со свистом, почти не шевелясь и позволяя ей проявить инициативу. Только один из его пальцев там, внизу, скользнул между губ и лег на клитор. Просто лег, чуть прижимая чувствительный бугорок, а Марианну прострелило насквозь огненной вспышкой желания.
То ли бушевавший в крови адреналин был виноват в ее разнузданности, то ли глубоко скрываемое даже от самой себя влечение к Кэлану наконец-то прорвалось, но девушка не стеснялась обуревавшей ее страсти. Подалась вперед бедрами, так что давление на клитор стало сильнее, поерзала, предлагая заняться чем-то поинтереснее реанимации, и прихватила уже верхнюю губу оборотня. Так ей понравилось больше, она провела по ней языком, посасывая и с наслаждением ловя тихие горловые вибрации, исходившие от Кэлана. Он практически мурчал, пальцы, удерживавшие ее талию, впились до боли, притягивая к мужчине податливое тело.
Палец задвигался, еле заметно, надавливая и кружа, но не проникая глубже. Марианна снова стиснула колени, и простонала в его рот:
— Еще…
Кэлан обезумел. В одно мгновение она оказалась на кровати, укрытая по-прежнему одеялом по самую шею, а где-то там, под ним, ее ноги раздвинули до предела, и горячий язык прочертил влажную дорожку от коротких волос на лобке до самого розового бутона ануса. Марианна вцепилась в ткань руками и зубами, помня о слышимости между комнатами. Она едва удерживалась от стона, чувствуя, но не видя, как ее лоно вылизывают, тщательно и сильно. Кэлан внимательно ловил малейшую ее реакцию, выискивая самые чувствительные местечки. Пальцами он обвел губы, потеребил клитор, а когда одним он проник внутрь, Марианна изогнулась, и только зажатое в зубах одеяло помешало ей заорать в голос.
— Можешь смело кричать. — разрешил он, на секунду оторвавшись от пиршества. — На комнате стоит заглушка.
Одеяло приподнялось, обрисовывая его мощное тело между ее разведенных ног, и от непристойного зрелища у Марианны лоно свело спазмом. Оно пульсировало, горело и требовало немедленной разрядки. Будь они дома, в ее мире, она уже бежала бы за вибратором. Не каждый партнер, конечно, соглашался на подобное дополнение, но без него она никогда не могла кончить в процессе соития. Ну, либо ждать, пока мужчина удовлетворится, и заканчивать дело самой.
С другой стороны, она никогда раньше не чувствовала подобного возбуждения. Казалось, она готова загореться, взорваться от одного прикосновения Кэлана. Он снова опустил голову, быстрыми ударами языка доводя ее до исступления, а к пальцу в ее влагалище присоединился второй.
Только вот как она ни билась и не дрожала, извиваясь, кончить все никак не получалось.
— Извини. Я наверное бракованная… — выдохнула она, чувствуя, как по телу прокатывается очередная волна сладкой судороги.
Кэлан замер и поднял голову, рывком сбрасывая с себя одеяло. Губы и щетина его блестели от соков, и девушка неудержимо покраснела, осознав, насколько бурно течет.
— Ты о чем вообще? — уточнил оборотень, по интонации поняв, что Марианну что-то беспокоит.
— Я не могу кончить. Прости, ты старался… — пробормотала она, смущенно глядя в потолок. Так было как-то легче признаваться в собственной ущербности.
Оборотень, впрочем, убегать с проклятиями не спешил.
— Так. — Кэлан поудобнее устроил ее ноги, смачно огладив по ходу дела бедра. Ему явно импонировала ее полноватая пятая точка, он прямо не мог удержаться от прикосновений. — Не совсем понял, в чем проблема.
Марианна замерла, сморгнула непрошеную слезинку, чувствуя, что начинает подмерзать. После бурных ласк неожиданная пауза проморозила ее до костей. А ну, как он сейчас поймет, насколько она ущербна, и просто уйдет? А ей ведь понравилось, и целоваться, и все остальное…
— Ты считаешь, что не можешь кончить? — продолжал допытываться Кэлан, обжигая дыханием самые чувствительные части ее тела. Марианна, ни в силах выдавить ни звука, только кивнула, понимая, что веселье кажется закончилось. Вот сейчас, он отстранится… Ее бывший не терпел присутствия вибратора в постели, утверждая, что это она фригидна, а потому пусть работает над собой. Как именно предполагалось делать это без вспомогательных средств, он не уточнял. Рукой, разве что… сама-сама.
Вместо долгих бесед — впрочем, оборотень уже не раз доказал, что предпочитает словам действия — Кэлан снова нырнул лицом между ее ног. В этот раз он не растягивал удовольствие, хоть и по-прежнему смаковал ее соки. Указательный и средний пальцы погрузились в ее лоно, нашли ту самую точку и принялись ритмично поглаживать, в то время как его рот сконцентрировался на клиторе. Он посасывал, быстро подергивал языком, в какой-то момент даже прикусил. Не прошло и минуты, как Марианну выгнуло в таком остром, буйном оргазме, каких она еще не испытывала никогда. Даже наедине с собой и вибратором.
Кэлан сбавил напор,
