и свирепы. Жажда убийства никогда их не покидает. Я сомневаюсь, что ты пожелала бы себе такой жизни…
— Что ж, тебе удалось немного меня успокоить, — признала я.
Обида на Халле прошла. Но на судьбу — ни капельки.
— Хорошо, — удовлетворенно кивнул Кристав.
— Ты должен все ей рассказать! — вклинилась неожиданно Линет тоном, не терпящим возражений.
Кристав сильнее сжал руль, мрачно вперился в дорогу и прибавил ход.
— Линет, давай не здесь и не сейчас, — холодно попросил он в ответ на ее странный выпад.
— Твое молчание уже привело к необратимым последствиям, пострадала не только Фло, но и ты сам, и я заодно. Что говорить об ее родителях! Какие еще доводы тебе нужны, чтобы признать, что так будет лучше для всех? Ты должен сказать ей сам, а не ждать, пока она догадается и начнетпросить. Если до этого дойдет, последствия будут хуже, чем ты видишь сейчас.
Еще одно загадочное упоминание вины Криса. Пятнадцать минут назад Халле сказал то же самое, хотя несколько месяцев подряд винил одного себя.
Нельзя было забыть и о ненависти Шарлетт к Морелям, она не возникла на пустом месте.
Деньги, отданные за мое лечение, тоже шли в счет — в копилке «обдумать позднее» прибавилось паззлов. Стремление Криса оплатить во что бы то ни стало лучшие клиники выросло из чувства вины.
Картинка прошлого все больше прояснялась, с помощью не воспоминаний, но логики. Факты раньше так медленно и мучительно соединялись в целое, но в последние пару дней казалось, что жизнь сорвалась с места и стремительно несется вперед, не давая передышки и возможности спокойно все обдумать.
Бестиарий, черный охотник — не человек. Квэны, оборачивающиеся в волков, Крис и многочисленные подсказки, взгляды, сомнения и надежды. А теперь еще этот разговор, затеянный Линет, который ужасно привлек меня и — очевидно — взбесил ее брата.
— Ты видишь, к чему привели его недомолвки, как думаешь, к чему приведут твои? — продолжала испытывать судьбу девушка.
Повисло молчание, во время которого Крис мучительно зажмурился, но все еще упрямо сжимал губы.
— Ты уже потерял свой шанс дважды. Хочешь упустить в третий раз, тебе мало? Раз уж решился быть здесь, должен идти до конца. Нет больше пути назад — или уходишь прямо сейчас, или остаешься, но сделай ты уже выбор и как можно быстрее!
«Уходишь сейчас»?.. Мой мозг буквально взрывался от напряжения, пока я пыталась уследить за монологом Линет и разгадать скрытый смысл ее слов, каждое из которых то ли приоткрывало завесу тайны, то ли еще сильнее запутывало все.
Я не должна была задумываться о романтических отношениях между мной и Крисом, но как же тут не размечтаться о взаимности, если его сестра почти прямым текстом заявляет об этом?
Если он выберет первый вариант и уйдет… что ж, для меня уже слишком поздно. Больно было это даже представлять, невыносимо.
— Не сегодня! — низко прорычал Криставиан сквозь зубы, и я, бросив на него осторожный взгляд из-под занавеса волос, обнаружила, что глаза парня снова стали яркими. — Дай ей время, Линет!
— Неужели ты не видишь, что оно ей не нужно?..
Завороженная перепалкой этих двоих, я благоразумно молчала, быстро поняв, что подруга устроила этот скандал, чтобы подарить мне возможность хоть что-то понять самой.
Один вывод можно было сделать однозначно: Линет предлагает рассказать какую-то страшную правду, а Кристав отчаянно хочет ее скрыть.
Было ли это потому, что он оберегал меня и не хотел напугать? Я склонялась к тому, что он боялся не моего страха, а разочарования… Будто, узнав о том, за что он чувствует вину, я никогда его не прощу…
— Каждую минуту промедления ты усложняешь то, что могло быть простым, — давила Линет на брата, злого уже настолько, словно еще немного, и он вышвырнет сестрицу из машины на ходу. — Она все равно узнает, это неизбежно так же, как солнце, ежедневно встающее на востоке. Не тяни, расскажи сам, пока все не зашло слишком далеко. Сколько можно наступать на одни и те же грабли?
— Хватит, Линет! — рявкнул Кристав грубо и уже с неприкрытой яростью.
Руль отчаянно скрипнул, машину повело в сторону. Желтый цвет глаз на мгновение потемнел и полыхнул оранжевым. Еще немного, и Крис стал бы реально похож на демона.
Выглядело жутко, и я поразилась, неужели Линет ни капельки не боится, что ее брат попросту выйдет из себя? Кем бы он ни был, человеком с горящими глазами, демоном или даже третьим видом оборотня, очевидно, что он был очень зол. Силён. И опасен.
Я бы не осмелилась намеренно раздражать его, но Линет словно не замечала, по какой тонкой грани ходит. Или ей было все равно? Или она свято верила, что брат сможет сдержаться?
Хотелось вмешаться, но я не чувствовала себя вправе делать замечание этим двоим. Мало ли какие у них приняты отношения в семье? Да и подруга была не робкого десятка, она не нуждалась в совете калеки.
— На этот раз я так просто не отступлю, — пригрозила она. — Это теперь касается не только тебя. Ты не единственный пострадавший, и я не стану ждать, пока случится что-то еще более страшное.
Без предупреждения нажав на тормоза, Криставиан резко вырулил на обочину и остановил «мерседес» прямо посередине дороги. Молча ждал, не заглушая двигателя.
— Я не позволю тебе снова все испортить, — поклялась Линет и, к моему удивлению, открыла заднюю дверь, хотя вокруг не было ничего, кроме леса. — Если ты не поговоришь с ней сегодня, завтра я сама ей все расскажу!
— Линет, — прошипел Кристав злобно, но уже как будто устало.
— Ладно-ладно, — голосом злодейки пообещала ему сестра. — Дома поговорим! — И, выскочив, захлопнула дверь.
Я оглянулась, но ее уже и след простыл. Либо она отправилась куда-то вдоль шоссе пешком, оставаясь вне зоны моего ограниченного зрения, либо… скрылась между деревьями, как недавно Халле? Все эти загадки порядком надоели.
Как только мы с Крисом остались наедине, меня охватила ужасная застенчивость: сердце заколотилось, к лицу прилила кровь. Я держала глаза опущенными, нервно ожидая, что дальше будет.
— Я тебя напугал? — повинился Кристав тоном, в котором не осталось ни чуточки раздражения.
Будто нажали выключатель, и со мной рядом сидел уже не взбешенный молодой человек, а заботливый и нежный защитник, каким он и был все время.
— Немного, — признала я хрипло.
Но напугана я была не его ссорой с сестрой и не яростью, которая выдавала его опасную и, вероятно, сверхъестественную натуру, а затрещавшим в салоне электричеством. Оно образовалось сразу, как только мы
