“Какие-либо предложения?”
"Полная непредсказуемость поведения, ты случайно не взял с собой какую-нибудь из тех шоколадных завитушек с торта?"
Дом Кадогана был особняком в исторической части Гайд-парка и являясь по сути общежитием для вампиров — представлял собой отреставрированную красоту.
Дом Наварра, с другой стороны, был большой и шикарный из белого мрамора, и располагался на углу одного из самых дорогих участков городской недвижимости.
Это было четырехэтажное здание с приметной гигантской башней на углу, весь фасад был отделан тем же белым мрамором.
"Я думаю, что их башни больше, чем наши башни," — сказала я, когда Этан подъехал к обочине.
“У Селины всегда был талант к драматизму,” согласился он.
Я положила руку ему на плечо, когда мы подошли к входной двери, которая была почти скрыта с улицы массивом лиственных деревьев.
Он остановился и посмотрел на мою руку, а потом на меня.
Одно из наших разногласий — Морган и я…” Я подбирала слова, пытаясь выяснить способ для объяснения, не использовав также произнесенное Линдси слово
"анатомически".
"Морган думал, что ты и я были вместе. Ранее я имею в виду." Я остановилась, надеясь, что Этан понял суть вопроса и мне не пришлось бы вдаваться в подробности, о том, что
Морган обвинил меня в отношениях с Этаном.
"Оу," сказал он. "Я понял."
"Мы не были, конечно, но он не был в этом уверен. Поэтому, в сумме с другими доводами, он не обрадуется увидев меня, ему возможно неприятно будет видеть меня с
тобой."
Этан наполовину фыркнул, затем пошел на вверх по лестнице. Без сильного толчка, он открыл парадную дверь и позвал меня внутрь.
"Что смешного?" спросила я, когда настигла его.
"Ирония. Обвиняя тебя в таких распутных поступках, он спровоцировал то, чего старался избежать."
“Я не уверена, что сказала бы ‘распутных.’”
Этан наклонился, и его губы оказались около моего уха. “Я, Мерит, определенно сказал бы ‘распутных.’”
Я не смогла сдержать улыбку, которая подняла уголки моих губ, и не краснеть, что бросило в жар мои щеки.
"Кроме того," — прошеплат Этан, пропуская меня в Дом, — "Я решил, что если история Sun-Times не возглавляет его список обвинений в наш адрес на сегодняшний день,
то у меня закрадутся большие сомнения о его способностях как Мастера, чем я мог себе представить".
Там не было охраны за дверью Дома Наварры, не было ворот десять футов высотой, не было фей-наемников внимательно следящих в помещениях.
Наварраская охрана для вампиров, была как украшение для фойе. но охранники не были мускулистого типа, как я ожидала.
Три женщины сидели за полукруглой стойкой регистрации из стекла и стали, которая была прямо у входа. Перед каждой женщиной был гладкий монитор компьютера.
Все они были темноволосые с большими карими глазами, и все они носили форменные белые жакеты.
Все носили волосы собранные вверх, но в разных стилях, слева направо, в стиле фанк пышный, хвост, и аккуратный пучок.
Они взглянули, как мы вошли, потом начали перешептываться и нажмимать клавиши на своих клавиатурах.
Я полагаю, это привратники? Я тихо спросила.
Могут также быть Греческие статуи, он ответил.
"Имя", — спросила одна из центра, отрываясь от монитора подозрительно взглянув на нас.
"Этан Салливан, Мастер, Дом Кадоган", — сказал Этан. "Мерит, Страж, Дом Кадоган".
Две другие женщины прервали свой набир и посмотрел на меня. Их выражения отражали различные чувства: отвращение, любопытство, чисто женские оценки.
Все эмоции, я предположила, были вызваны моими конфликтами с их бывшим Мастером, Селиной, и их нынешним, Морганом. Я была нулем (пустым местом) по мнению обоих Мастеров Наварра.
"Идентификация", — сказала женщина ближе к Этану. Он заглянул в свой пиджак и вытащил идентификационную карту из внутреннего кармана, затем двумя пальцами передал ее женщине.
Она взглянула на нее, потом начала что-то серьезно вводить.
Подумав, что мы здесь задержимся, я воспользовалась возможностью, чтобы провести расследование. и была удивлена.
Открывающаяся взору холл был огромен, две лестницы сливались перед балконом второго этажа. Весь атриум был с прозрачной крышей, помещение как аранжерея было застеклено Викторианскими витражами.
Хотя эти вещи казались мне довольно Европейскими, декор выглядел так, будто его перенесли из музея современного искусства.
Было не так много мебели или безделушкек, и несколько вещиц имело культурную ценность.
Был белый с кисточками кожаный диван, журнальный стол, состоящий из гигантских массивных ножек из лакированного дерева, и утопленный свет падал на гигантские полотна черно-белой фотографии и поп-арта.
Все это вокруг сверкало, белые мраморные полы и однородно белые стены.
"Это же..", — начала я, мой взгляд упал на картины, которые выглядели как если б для представления их были необходимы резиновые перчатки, которые бережно берутся двумя карандашами, но я не нашла слов, чтобы описать это.
"Да," — сказал Этан. — "Несомненно так и есть." Он придвинулся ко мне, наверное, не привык к ожиданию обслуживания, потом снова взглянул на девочек.
"Ожидайте".
Не поднимая головы, девушка в середине указала пальцем с длинным ногтем за нас. Мы оба повернулись.
На скамье в нише возле входной двери, сидели трое скучающих, сверхъестественно привлекательных вампира в составе двух женщин и мужчины между ними. Они все носили костюмы и были с портфели на коленях.
Все они были очень элегантными, но не было усталость в их глазах и опущенных плеч. Они выглядели, как если бы они были здесь не так давно.
"Невероятно", — пробормотала я.
Этан выдохнул, но его улыбка вернулась, когда он повернулся лицом к Статуям снова. "Как вам будет удобней", — величественно сказал он.
Как оказалось, им удобно стало семь минут спустя. "Мерит", — сказала, наконец, девушка справа. Я посмотрела на протянутую сверху вниз руку, которая передавала полупрозрачный пластиковый бэдж размером с кредитную карту.
На нем было "ПОСЕТИТЕЛЬ", печать на одной стороне, и проявлялась голограмма широко крылой пчелы — символ французских корней Дома,
подумала я, глядя на кусочек технологии двадцать первого века.
"Фантастика", — сказала я, цепляя бэдж на нижний край рубашки.
"У нас прием посетителей, не хуже," — пробормотал Этан, как будто обиделся на возможность того, что Дом Наварра был более организованным и более эксклюзивным, чем у нас.
Он принял бэдж и прикрепил егок своему костюму, потом посмотрел на женщин в ожидании.
