Читаем без скачивания Дневник бывшего коммуниста. Жизнь в четырех странах мира - Людвик Ковальский

Судьба Ваших дальних родственников тоже интересна. В противоположность тому, что пишут некоторые пользователи этого форума, они не стали жертвами поляков, сотрудничавших с немцами. Польские монашки спасли вашего двоюродного брата; его отец боролся в Армии Крайова. Это хорошие примеры нашей помощи.

4. В отличие от вас, я не удивлен. Человек, выросший в определенной среде и не имеющий возможности сопоставить свой собственный опыт с чем-нибудь другим, будет иметь только одну точку зрения. Это проникает в него настолько глубоко, что ограждает от поиска любых изменений. То же самое произошло с Людвиком.

Более непонятная личность – его мама. Она уехала из Польши взрослым человеком; она так сильно страдала в Советском Союзе после потери своего мужа. И затем, после возвращения в свою собственную страну, она упрямо продолжает верить в ту же самую идеологию. Как можно объяснить такое противоречие? Инерция…? Чувство пустоты…? Меня также удивило объяснение Людвика о причинах сохранения контактов с семьей из разлагающейся капиталистической Франции.

5. Я уверен, что все читатели книги Людвика придут к одному и тому же заключению: лучше быть профессором физики в богатых демократических Соединенных Штатах, чем простым тружеником в бедном тоталитарном Советском Союзе. Но к такому очевидному выводу можно придти и без прочтения этой книги.

Несомненный интерес представляет описание внутренних эмоций и мыслей человека, который имел возможность сравнить два мира – богатую западную систему и бедную коммунистическую (называйте ее социалистической, если хотите). Однако я думаю, что было бы гораздо интереснее, если бы автор уехал из сталинского СССР не во Францию и не в Соединенные Штаты, а, например, в Чили во время правления Пиночета. И имел бы возможность сравнить эти две страны. Заключение такой книги могло бы быть более сложным, чем простая констатация, что Соединенные Штаты более приятная страна, чем сталинская Россия.

6. Я могу понять Людвика, который вырос в этой системе. Но понять его маму? Она напомнила мне позорную историю товарища Василевской, которая тоже оправдывала убийство своего мужа борьбой с уклонистами (троцкизм и т. д.)

Этот тип рассуждений заставляет меня вспомнить о кошмарных культах, когда непогрешимый гуру заставляет совершать принудительные действия против своих собратьев. Он примитивно объясняет свою злобность таким же образом.

Подход европейских «интеллектуалов» не сильно отличался от этого. Они слепо поддерживали примитивные взгляды. Идеи, которые они продвигали вместо тех, которые основывались на политической экономии, были ничем иным, как своего рода отжившей религией.

Извините, ссылки запрещены

1. Мистер Людвик, со всем к Вам уважением… Вы никогда не были атеистом; Вы были коммунистом, и это была Ваша вера. Вы просто сменили одного Бога на другого. Под влиянием возраста, опыта или других событий… Я, конечно, прочитал Вашу книгу. Такие личные воспоминания бесценны.

2. Атеизм, к счастью, не равносилен коммунизму. Я прочитал Вашу книгу, очень интересно. Моя единственная «жалоба» – как и у другого читателя – что книга слишком короткая. Она определенно могла бы быть длиннее, учитывая так много охваченных лет.

3. Я согласен с предыдущим мнением. Заглавие книги убеждает, что содержание – не вымысел.

4. Эволюция от воинствующего коммунизма к активному антикоммунизму была типична для Польши. Фактически большинство наших лидеров оппозиции либо бывшие коммунисты, либо бывшие социалисты. Я знаю это, потому что вырос в такой среде.

Вопрос: Я читаю Вашу автобиографию. … Имеется ли в польском переводе Ваша первая книга?

Ответ: Нет. Первая книга существует только на английском языке. Ее название «Ад на Земле: Насилие и Террор Сталинского Режима». Гугл поможет Вам найти ссылку. События, описанные в этой книге, хорошо известны в Польше; вот почему я думаю, что ее перевод на польский не будет оправдан. В Америке, однако, книга служит очень полезной цели. Большинство молодых американцев оказываются абсолютно невежественными в вопросах советской истории. Это подтверждается моим собственным исследованием студентов университета (смотри Главу 4 моей первой книги).

Людвик, я заглянула в Вашу книгу в четыре часа утра, когда укладывала своего двухмесячного ребенка спать. Он заснул, а я продолжала читать захватывающую историю Вашей жизни. Я прервалась, только когда маленький принц проснулся. То, что я успела прочесть, позволяет мне сказать, что эта книга не только интересная, но и очень поучительная.

Глава 19: Продолжение (7 мая 2013 года)

Как можно сказать, что режимы Гитлера и Сталина были идентичны? Советские заключенные могли посылать письма домой (да, цензурированные). … И как понять ностальгические чувства по коммунизму, в основном, конечно, в России, и сейчас в Польше? Таких людей множество; они не свергнутые лидеры, а простые люди. Это положительный индикатор, что их жизнь в коммунистической Польше не была ужасной; они сейчас страдают…

Вы, вероятно, не в состоянии сопоставить эти две системы. Большую часть своей жизни Вы пробыли на Западе; все, что Вы знаете о коммунистической действительности, Вы почерпнули из литературы. …

Людвик Ковальский хочет знать, что мы думаем о его книге «Дневник Бывшего Коммуниста…» Мы редко сталкиваемся с людьми, сожалеющими о своем коммунистическом прошлом. … В молодости он писал стихи, прославляющие Сталина (и Ленина). Легче простить ребенка, чем взрослого человека, публично поддержавшего коммунистическое правительство и товарища Сталина. Любовь Людвика к коммунизму пришла из его окружения (семья, детский сад, пионерия, школа, организации и работа). Когда произошло пробуждение?

Что он думал о системе, которая арестовала, а впоследствии убила его отца? Трудно не задать этот вопрос. Почему это не поколебало его веру? Было ли это, потому что его мать решила не говорить с ним на эту тему для его же блага? Или потому, что он обвинял людей, а не идеологию? Я также озадачен выдержками из дневников; они полны иллюзий и убежденности в превосходстве коммунистической системы над капиталистической, особенно в смысле моральной составляющей…

Людвик не вырос в еврейской культуре. Религия была отвергнута материалистической точкой зрения. … Часто возникают вопросы морали. Но автор не задает эти вопросы самому близкому человеку, своей маме. Стало ли это причиной обращения к дневнику?