вкратце описал ту часть событий, которая касалась наших общих с Крайтоном злоключений. То, что рассказала в ответ герцогиня, в большей степени оказалось… ну как сказать… большой внезапностью. Шоком в самых лучших русских традициях.
Начнём с того, что не напрасно Маринка так уцепилась за злополучный конверт. Элеонора (то есть, наша герцогиня) его действительно не отправляла. Точнее, само письмо существовало, и писала его именно она, но адресовано послание было никак не Тесаку. Записка предназначалась… тада-ам!.. Любовнику знойной женщины (мечты поэта) – некоему барону Гамбо.
- Я, возможно, оказалась герцогу не самой идеальной супругой, но убивать Крайтона… Избави боже! Вы только представьте, какими трудностями мне грозит смерть обоих владетелей герцогства. Да, я не любила мужа, но он любил, и мы прекрасно ладили. А барон Гамбо… мы иногда встречались. Тайно. Любовь – это волшебство, наваждение. – с некоторой томностью и абсолютно неубедительной стыдливостью потупив глазки, пояснила она. - Ничего не могу с собой поделать.
Но это уже их личные заморочки и вопрос её совести. Важно другое. Элеоноре даже в голову не пришло совать письмо любовнику в конверт с гербовой печатью.
- А перехватил моё послание… - глаза собеседницы снова потемнели от гнева…
Заставляя её оборвать фразу на полуслове, за дверью отчётливо послышались шаги. Охранник! Может быть, мы оба увлеклись и говорили слишком громко, не знаю, что прервало его богатырский сон, но он явно заподозрил что-то неладное и вознамерился проверить обстановку.
- М-м-м! – не разжимая рта, тихо, но очень выразительно промычала Элеонора (так ведь и заякорится у дамочки привычка на языке глухонемых общаться) и экспрессивно потрясла руками, мол, делайте что-нибудь, не сидите колом.
Я и не сидел, я уже безумной, но бесшумной тенью метался по спальне в поисках возможного укрытия. За шторку? Нет! Балкон? Отсутствует в наличии. Под одеяло? Заметит. Мысленно чертыхаясь на все лады, я опустился на колени и в полной классике жанра полез под кровать. Какая же здесь была пылюка!
- Ну, Крайтон, ещё раз куда-нибудь вляпаешься, я тебя сам прибью! – мысленно послав сие гневное обещание первопричине всех этих несуразных, идиотских и совершенно несмешных приключений, я замер и в очередной раз задержал дыхание.
Не столько чтобы не выдать своего присутствия шумным дыханием, сколько из опасений наглотаться пыли и чихнуть в самый неподходящий момент.
- Ваша светлость, у вас всё в порядке? – пробасил из-за двери страж и аккуратно по ней постучал.
- М-м-м. – на манер герцогини, чуть прямо вслух не застонал я - вспомнил, что не сподобился запереть вскрытую дверь обратно.
Сейчас если стукнет чуть посильнее, она откроется и выдаст постороннее присутствие. Ну по меньшей мере укажет на то, что здоровяк не зря забеспокоился.
- Пойди вон, и не смей меня будить! – изо всех моральных сил подавляя в голосе ноты страха, изображая негодование, воскликнула герцогиня.
Как ни странно, у неё получилось. Несколько мучительно-длинных мгновений сторож, скрипя половицами, потоптался возле комнаты, пробубнил что-то недовольно-ворчливое и отошёл от двери.
Ещё несколько минут мы напряжённо вслушивались в наступившую тишину – она там, наверху, я, зажав нос и медленно вдыхая-выдыхая ртом, под кроватью.
- Эй, вы там ещё живы? Вылезайте. – тихонько позвала она.
- Потушите свет. – первым делом посоветовал я, осторожно выползая наружу, усаживаясь прямо на пол и радуясь первому глотку свежего воздуха.
После дневного лазанья по кустам малинника мою одежду уже ничто не могло испортить. Имею ввиду собранные под герцогининым… (или герцогиньским?) ложем обильные пушистые клубы пыли, которые я благополучно собрал на себя. А вот в ноздрях свербило настолько зверски, что боязно было отнять от них пальцы.
- О чём вы там говорили? – прогундосил я.
Ну вот, возвращаясь к начатой теме, перехватил записку и оформил всё в максимально компрометирующей Элеонору форме… ещё раз внимание… родной братец нашей любвеобильной дамочки!
Про этого персонажа мы до сих пор ничего не знали, а тем временем граф Торос (герцогиня в девичестве оказалась графиней), являлся главным действующим лицом и организатором всей преступной аферы. При активной поддержке «доброго друга»-барона, конечно же.
Настало время, а главное, возможность отделить мух от котлет и все факты, наконец, разложить по полочкам в верном причинно-следственном порядке.
Глава 26
Глава 26
Итак. В своё время Элеонора страстно и счастливо, то есть, взаимно влюбилась в средненько обеспеченного, но прекраснодушного и во всех смыслах благородного Адалея Гамбо. Но легализовать свои отношения узами брака влюблённым не позволили. Понятное дело, она – графиня, хоть, как выяснилось, и без гроша за душой, он – всего лишь барон. Мезальянс, знаете ли.
Род графский, к которому она принадлежала, был древним и знатным, однако, ветвь семьи Элеоноры умудрилась катастрофически обнищать. Родители её скончались от ран, несовместимых с жизнью, полученных в каком-то ДТП, и остались они с братцем одни одинёшеньки.
Ну почти. Ибо имелась у вполне уже взрослых сирот довольно богатая тётка. Брать бедных родственников на своё попечение ей совершенно не улыбалось, однако, графиня, хоть и слыла порядочной стервой, но совсем уж бессердечной скотиной всё же не была. Поэтому, она быстро подключилась к судьбе племянницы и, используя личные связи, сделала всё возможное, чтобы познакомить и сблизить эту записную красавицу со вдовым герцогом Малейским.
И попала со своей расчётливой инициативой в самое яблочко. Причём, золотое. Отец Крайтона влюбился, потерял голову и женился на родовитой, но бедной Элеоноре. Что не помешало новоиспечённой супруге продолжить тайное сношение с несчастным возлюбленным.
Брат же никого особо не интересовал, поэтому ему предоставили возможность рулить скудными остатками семейного состояния, как ему будет угодно.
Старший герцог тоже не привечал родственника молодой жены, так как быстро понял, что субъект он в высшей степени неприятный. Прямым коротким текстом выражаясь – законченный псих. Крайтон потому, видимо, о нём и не упоминал, что гостем граф Торос в их замке был редким и нежеланным.
Вот тут, на почве лютой зависти и не менее злобной обиженности на весь мир, кукушка у Элеонориного братца и поехала окончательно. Предполагаю, что на схожести, просто, таки, родственной подлости характеров он втихушку снюхался с бароном Блоном.
Кстати, именно в замке герцогов это, скорее всего, и произошло. Ну а дальше два злодея и замутили регулярные поставки жертв для шантажа самому Тесаку. Герцогиня об этом вопросе мало что знала, так что истину поведать сможет уже сам мерзавец барон, когда мы его разоблачим.
Дальше. Брат
