Зигфрид невольно замер: действительно, матушка была в чём-то права. Он всегда удивлялся её уму. Он подумал: жаль, что семейные отношения королевской четы практически исчерпали себя после его рождения. Ибо отец и мать никогда не питали друг другу любви, их брак был, прежде всего, политическим шагом.
– Несомненно, Петроний велеречив… Однако, красоту Кримхильды воспевают многие поэты и музыканты. И это отрицать невозможно!
– Для того, чтобы стать настоящей королевой, одной красоты не достаточно. – Резонно заметила Зиглинда. – Ещё надо уметь править…
…С такими напутствиями Зигфрид вскоре покинул родной город.
Корабль Зигфрида, с изображением герба Вёльсунгов[63] на парусах достиг Ворбетамагуса. Матросы спустили сходни, по которым принц и его свита сошли на землю. Прозорливый Петроний загодя предупредил командира стражи, в ведении которого находилась пристань, о возможности прибытия фризского корабля. И как только на реке появился тьялк[64], командир стражи отправил гонца к Петронию.
Поэтому встреча принца была уже подготовлена. Верный человек советника в сопровождении эскорта без лишних слов и объяснений проводил гостей в загородный дом Петрония.
Однако, Зигфрид и его друзья были удивлены таким приёмом…
– Тебе не кажется странным, Зигфрид, – первым начал разговор Мердок, – что мы явно удаляется от города?
Принц это уже успел заметить, но решил не выказывать своих сомнений.
– М-да… – озадаченно произнёс он.
– Слыхал я, что бургунды горды и заносчивы! – поддержал друга Константин. – Но не до такой же степени, чтобы пренебрегать визитом принца из рода Вёльсунгов!
Однако, Зигфрид решил вести себя сдержанно и терпеливо, ибо ему хотелось заполучить Кримхильду в жёны любым путём. И он прекрасно понимал, что Петроний может стать в этом весьма щекотливом деле его союзником.
В загородном имении Петрония хозяйничала одна из его наложниц. Это была молодая женщина, лет двадцати, своим обликом напоминавшая знатным гостям обитательниц не безызвестного в Кастра Ветере лупанария Геро. Она по наущению советника загодя приготовилась к приезду гостей, и потому появление фризского принца и его свиты ничуть не вывело её из равновесия.
Наложница буквально обаяла гостей, расположив и обслужив их наилучшим образом. Фризы не только отменно отобедали, но и насладились прелестями здешних красоток.
Словом, когда Петроний прибыл-таки в своё поместье, Зигфрид и его друзья пребывали в отличном расположении духа и были довольны оказанным им приёмом.
– О, мой обожаемый принц!
Воскликнул сладкоголосый советник, войдя в атриум, где вокруг невысокого столика возлежали «Три Зигфрида» в изрядном подпитии, пребывая в окружении юных жриц любви, облачённых в полупрозрачные пеплосы, едва скрывавшие их соблазнительные формы.
Зигфрид поднял серебряный кубок и громогласно произнёс:
– За хозяина этого дома! – а затем залпом осушил его содержимое.
Мердок и Константин последовали примеру принца.
Петроний, вполне удовлетворённый увиденным, жестом приказал жрицам любви удалиться. Те растворились в полумраке коридора…
– Прошу прощения, мой принц, что не смог лично встретить вас и выразить своё восхищение, – вкрадчиво начал Петроний. – Увы, государственные дела отнимают слишком много времени.
Зигфрид жестом прервал его.
– Я всё понимаю, Петроний… К тому же я прибыл, как частное лицо, а отнюдь не по приглашению короля Гунтара.
При упоминании Гунтара советник почувствовал себя несколько неловко, но отхлебнув вина из чаши, расслабился.
– Думаю, что в ближайшие дни я устрою вашу встречу… – пообещал Петроний.
* * *
Тем временем, пока Зигфрид наслаждался гостеприимством Петрония, советник решил переговорить с королём. Во время одного из утренних визитов, задачей коего было подписание некоторых неотложных бумаг[65], он осмелился произнести:
– Мой король, если вы помните, я не так давно, весной, посетил Кастра Ветеру…
Король размашисто подписал очередную бумагу и цепким взором воззрился на Петрония.
– Разумеется… Кажется, Вёльсунги вознамерились похвалиться своим богатством и подтвердить свои благие намерения по отношению к сопредельным державам… Бургундия же не граничит с Фризией…
– Всё так, мой господин, однако, Вёльсунги надеялись продемонстрировать гостям своего наследника, Зигфрида…
– Ах, да… Принц… Наследник трона…
– Именно, мой господин. Этот юноша силён, умён и весьма популярен у себя на родине. К тому же король франков спит и видит, как отдать за него свою дочь Блитхильду, – продолжил гнуть свою линию велеречивый советник.
– Так что же ему мешает осуществить свои намерения?..
– Слава о красоте вашей сестры достигла фризской земли. Зигфрид вознамерился заполучить её в жёны…
Глаза короля округлились.
– Неужели?! Таки и вознамерился! Какая самонадеянность! А моё мнение его видимо не интересует?! – вспылил Гунтар.
Петроний улыбнулся. Хорошо изучив характер короля, он умел искусно использовать его тщеславие в своих целях.
– Отнюдь, мой господин! Зигфрид прибыл с визитом в Ворбетамагус и просит вас о встрече…
– На которой намерен потребовать руку моей сестры! Я не намерен потакать его прихотям… У меня другие планы на Кримхильду.
Петроний смиренно сложил руки на груди.
– На всё ваша королевская воля… Однако, вспомните к чему привело сватовство короля лангобардов. Его послы без вести пропали по дороге, а сам Агинмульд был захвачен врагами и убит. Что касается короля тюрингов, то он овдовел недавно, кстати, в очередной раз… Он старше Кримхильды лет на двадцать пять, а то и больше… Что же касается галлов, то те и вовсе дикари – живут кланами. У каждого клана свой мелкий царёк, который мнит себя бог знает кем. Нелегко приходится римскому наместнику Белгики… Король алеманов, насколько мне известно, имеет юного сына, ровесника Кримхильды. Однако, Гельвеция, где он правит формально, полностью находится под пятой Рима.
Гунтар с интересом выслушал разглагольствования Петроний – отчасти, тот был прав.
– По-твоему, Фризия наиболее интересна? Но у нас нет с ней границ!
– Это не важно, мой господин. Зигфрид настроен вполне серьёзно… По моим же сведениям, он вскоре станет королём, потому как его отец пресытился властью и ищет покоя в объятиях наложницы.
– Х-м… Кримхильда станет королевой фризов… – задумчиво произнёс Гунтар и добавил: – Я подумаю над твоими словами, Петроний.
Однако, советник не спешил удалиться, несмотря на то, что все бумаги были подписаны.
