уверены в том, что видят: неяркий диск солнца, бледное голубое небо и нежно-оранжевые облака. Но разве не эта же картина предстает перед нами с утра?
Оливия достала телефон и сделала снимок. Фотография никогда не скажет точное время.
– Только минута, потом все изменится, – произнес Даниэль, зачарованно смотря на диск солнца. Облако над ними становилось ярче, краснее, а внизу засыпал город, приобретая темные краски.
– Это самое необычное свидание, Даниэль.
Он улыбнулся, переводя взгляд темных глаз на девушку:
– Хочешь совершить свою первую посадку на первом необычном свидании?
Глава 46
Оливия распахнула окно и вгляделась в темноту Персидского залива. Только маленькие огоньки кораблей говорили о том, что это водная гладь, и соленый воздух, напоминающий о существовании другой стихии, кроме неба. Шум волн это подтверждал.
Девушка вдохнула морской воздух полной грудью и закрыла глаза, слушая музыку воды, которая успокаивала и манила в сон. Но в памяти всплыла ночь, когда после прилета из Гамбурга сумасшедший Арчер предложил поехать к Даниэлю домой. Оливия помнила все детали того вечера, пока алкоголь не стер ей память. Она помнила этот воздух, ощущая под ногами мокрый песок. Она помнила, как теплые волны касались ее кожи. Она помнила, как смеялась, раскидывая руки в стороны, наслаждаясь спокойствием и тишиной. Она помнила все, даже комнату, в которой сейчас стояла возле окна. Большую кровать, на которой проснулась, не помня, как очутилась на ней. Тогда это злило. Сейчас она мечтала на нее лечь.
– Тебе стало холодно и ты решила согреться теплым морским воздухом? – Голос, как шелк, коснулся ее слуха, и теплое дыхание обожгло кожу шеи.
Даниэль обнял ее, прижав к себе, всматриваясь в темную даль и ничего не видя. Он так привык к этой картине, что уже не чувствовал соленого воздуха, не слышал шум волн, а тишина ночи вызывала лишь грусть.
– Мне тепло, – кивнула Оливия, слегка улыбнувшись. – Пытаюсь оживить этот дом музыкой ночи и запахом моря.
Она не понимала, зачем продавать этот дом, стоящий на таком прекрасном месте. Даниэль имел все, и, видимо, «всего» ему было слишком много.
– В свои годы ты многого достиг, Даниэль. – Она повернулась к нему, оказавшись в его объятиях, и шепотом произнесла: – У тебя есть высокое звание, любимая работа, бескрайнее небо, сотни стран и тысячи городов. Что ты хочешь еще?
– Сохранить это все, – так же шепотом произнес он почти ей в губы.
Она коснулась его губами, ощущая спиной горячий воздух, пришедший с залива. Но губы были горячее. Пламенем были слова. Сохранить – значит находиться как можно дальше от нее. Сохранить – не целовать ее, не прикасаться к ней. Но она продолжала чувствовать Даниэля рядом, его руки, его губы, не в силах оторваться. Ненавидеть друг друга было проще. Но судьба распорядилась иначе. Вполне вероятно, их отношения не будут вечными. Но сейчас, в его доме, она ощущала его губы, чувствовала его прикосновения, и ей было хорошо.
Утро встретило Оливию неожиданным звонком от Келси. Мысленно прокляв все на свете, она поморщилась и нажала на входящий вызов. Это было странно – старшая бортпроводница никогда не звонила так рано. Странно, что она вообще звонила ей. Может быть, вылет перенесли? Но… Оливия посмотрела на спящего Даниэля, которого не разбудил ужасный звонок. Он капитан и первым узнает такую информацию. Значит, дело не в вылете.
– Алло, – ответила Оливия максимально тихо и, встав с кровати, направилась в ванную комнату, где закрыла дверь плотнее. Сразу же возникло желание вернуться в постель и прижаться к Даниэлю. Через пару минут она так и сделает.
– Оливия, прости, что так рано, но у меня срочное дело. Ты умеешь танцевать?
Это сон? Странный сон в доме Даниэля Фернандеса…
– Оливия, мне нужен ответ срочно – «да» или «нет», ты моя последняя надежда.
– Какой ответ нужен?
– Конечно, «да».
– В детстве я занималась танцами в школьном кружке. Но, может, ты объяснишь мне причину странного вопроса?
– Да, конечно, – бодро воскликнула Келси, – но обещай сделать это!
– Я не могу обещать того, чего не знаю. – Оливия пожала плечами, продолжая смотреть на себя в зеркало. Кажется, она почти проснулась. Она уже четко видела своего двойника в зеркале.
– Звонил Марк…
Первые же слова Келси заставили девушку вскрикнуть. Марк приехал! Он уже здесь! В этом доме!
– Он уже приехал? – воскликнула Оливия, забыв про спящего Даниэля.
– Нет, он звонил из Катара.
Девушка облегченно выдохнула.
– Марк сказал, что руководство авиакомпании решило устроить праздник для наших пилотов. Они уже арендовали помещение. Приглашены все экипажи, и наш в том числе.
Становилось все интересней, и Оливия присела на край ванны, продолжая внимательно слушать старшую стюардессу.
– Я знаю, как тяжелы ваши отношения с Даниэлем. – Тут Келси сделала паузу, и Оливия улыбнулась, молча продолжая слушать про тяжелую жизнь с капитаном Фернандесом. Чем больше она слышала, тем радостней становилось на душе. – Но, может быть, стоит пойти на компромисс и сделать ему подарок на праздник.
– Подарок? – не поняла Оливия, начиная вживаться в свою старую роль.
– Нина, Мирем и Дженнет собрались танцевать для него фламенко. Оливия, будь четвертой в танце!
Открыв рот, Оливия встала с края ванны, не зная, что ответить на это безумие. Но какое совпадение! Фламенко ей пришлось танцевать на школьном балу. Только партнер все испортил, постоянно наступая ей на ноги.
– Фламенко танцуют парами.
– Ну если ты уговоришь Джуана станцевать с тобой, я только «за».
Перспектива вновь почувствовать на своих пальцах тяжелую мужскую обувь не прельщала. Хватит с нее выпускного.
– Я не знаю, Келси… – Оливия услышала тяжелый вздох на том конце и закусила нижнюю губу, раздумывая над просьбой.
Даниэль подарил ей целый закат, взлет и посадку, восторг и массу впечатлений. Почему бы ей не сделать подарок в ответ? Это всего лишь танец. Но она была уверена, что он получит удовольствие от воспоминаний о солнечной Испании.
– Я согласна. Что мне надо делать?
