Те, кому посчастливилось попасть в шлюпку, как правило, не спасали тех, кто находился в воде, напротив, они старались отплыть как можно дальше от места крушения, боясь, что находящиеся в воде перевернут их лодки или что их засосет в воронку, создаваемую тонущим судном.
Из воды было подобрано живыми всего шесть человек.
«Титаник» все время подавал сигналы бедствия. Корабль «Калифорниен» был всего в нескольких милях от тонущего парохода, но не ответил. В 22 часа 10 минут «Калифорниен» наблюдал огни корабля на юге. Капитан Стенли Лорд и третий помощник С. В. Гровс позднее решили, что это пассажирский лайнер. В 23 часа 50 минут офицер увидел, что огни судна мигнули, как будто были выключены, и что появился портовой свет. По приказу Лорда на корабль были посланы световые сигналы Морзе. Это случилось между 23:30 и 01:00, но отзыв получен уже не был. Капитан Лорд ушел в свою каюту, однако второй офицер Герберт Стоун в 1 час 10 минут сообщил ему, что неизвестный корабль выпустил пять ракет. Лорд поинтересовался, были ли это цветные вспышки, использующиеся для идентификации. Стоун ответил, что не знает и что ракеты были белыми. Капитан Лорд поручил экипажу продолжать сигнализировать судну лампой Морзе и с чистой совестью отправился спать. Еще три ракеты были замечены в 1 час 50 минут, и Стоун отметил, что корабль выглядел странно, словно был наклонен. В 2 часа 15 минут Лорд был уведомлен о том, что корабля больше не видно. Лорд снова спросил о цвете ракет, и ему ответили, что все они были белыми. Как оказалось позже, ракет другого цвета на «Титанике» попросту не было…
В конце концов примерно в 5 часов 30 минут главный офицер Джордж Стюарт все-таки разбудил оператора беспроводной связи Кирилла Фармстоуна— Эванса, сообщил ему, что ночью были замечены ракеты, и попросил связаться с судном. В ответ он получил известие о гибели «Титаника»; об этом сообщили также капитану Лорду, и судно наконец отправилось на помощь потерпевшим бедствие. Однако оно прибыло на место катастрофы гораздо позже «Карпатии», уже подобравшей выживших.
Шведка Лиллиан Гертруд Асплунд, которой в 1912 году было пять лет, потеряла в катастрофе отца и трех братьев. Выжили ее мать и трехлетний брат. Они были пассажирами третьего класса и спаслись в шлюпке номер 15. Асплунд была последней, кто помнил о том, как произошла трагедия, однако она избегала публичности и редко говорила о катастрофе.
Доподлинно неизвестно, как погиб капитан Смит. Выдвигалась версия, что застрелился. Однако, по свидетельству очевидцев, капитан принял решение не покидать тонущий корабль и до конца выполнял свой долг. Так, стюард Эдвард Браун последний раз видел Смита, когда тот ушел на мостик, все еще держа в руках мегафон. Другой свидетель, Гарольд Брайд, утверждал, что видел, как Смит выбрался с мостика в воду за минуту до погружения. Уже после того, как «Титаник» затонул, кочегар Гэрри Синиор видел в воде человека, похожего на Смита, с ребенком на руках. Другой кочегар, Уолтер Херст, который спасся на складной шлюпке В, до конца своих дней считал, что человек, который плавал возле шлюпки, был капитаном Смитом, но поскольку шлюпка была перевернута и на ней собралось уже тридцать человек, он не делал попыток туда забраться, а когда Херст все же протянул весло, тот был уже мертв.
Тело Эдварда Джона Смита так и не было найдено.
Последняя из пассажиров «Титаника», Миллвина Дин, которой на момент гибели лайнера было два с половиной месяца, скончалась 31 мая 2009 года в возрасте девяноста семи лет. Ее прах был развеян по ветру в порту Саутгемптона.
Как же случилось, что лайнер, который должен был стать поистине «королевским», затонул так быстро, забрав с собой множество человеческих жизней? Исследования и споры, начавшиеся на заре ХХ века, продолжаются по сей день.
Своеобразный рекорд принадлежит горничной Вайлет Джессоп, пережившей аварии на всех трех кораблях класса «Олимпик». Она работала на «Олимпике», когда тот столкнулся с крейсером «Хоук»; спаслась с «Титаника»; выжила, когда пошел на дно «Британник», подорвавшись на мине во время Первой мировой войны.
В 1994 году кусок корабельной обшивки «Титаника» был передан в лабораторию канадского министерства обороны в Галифаксе. Работники лаборатории подвергли его так называемому испытанию на ударную вязкость на образцах Шарпи, определяющему хрупкость стали. Опытный образец, закрепленный в специальном зажиме, должен был выдержать удар 30-килограммового маятника. Для сравнения был протестирован аналогичный кусок стали, используемой в современных судах. Перед испытанием оба образца держали в спиртовой ванне температурой 1,7 °C (такой же была температура морской воды в месте гибели лайнера). Современная сталь выдержала проверку: в результате удара металлическая пластина лишь V-образно согнулась, а фрагмент «Титаника» был разбит на две части. Возможно, он стал таким хрупким, пролежав почти столетие года на дне Атлантики. Однако удалось достать образец стали с белфастской судоверфи, где строился «Титаник», и тест на ударную вязкость он перенес не лучше.
Сталь, использованная для обшивки корпуса «Титаника», была низкокачественной, с большой примесью фосфора, что делало ее очень ломкой при пониженных температурах. Если бы обшивку изготовили из более качественной стали, она бы значительно смягчила силу удара. Металлические листы просто вогнулись бы внутрь и повреждения корпуса оказались бы не столь серьезными.
Однако результаты исследований не доказывают, что сталь, которая использовалась для постройки «Титаника», была низкокачественной или не лучшей для своего времени; ясно лишь, что современная сталь гораздо лучше той, что использовалась в начале XX века.
Кроме того, проведенные исследования и тесты, а также анализ документов о закупках показал, что использовались заклепки кованые железные, а не стальные, как было запланировано. Их качество оставляло желать лучшего, в них было много примесей, в частности кокса, и во время ковки кокс собирался в головках, повышая хрупкость заклепок. Во время удара айсберга головки дешевых заклепок стали попросту ломаться, и стальные листы начали расходиться.
Внутренняя система связи лайнера была крайне неудовлетворительной. Прямой связи с капитаном не было — все сообщения ему необходимо было докладывать устно. Радиосвязь на море в 1912 году была еще новинкой. Приоритетом для радистов была передача платных сообщений состоятельных пассажиров (только за 36 часов работы радисты передали более 250 телеграмм), а не работа с экипажем.
