что-то, что окажется очень важным. Из Сен-Карно идет поезд прямиком в Портофино. Через три часа я уже буду на месте.
– Аккуратно там, ладно?
– Обещаю!
Пабло довольно быстро сумел узнать, кто прячется в сети под ником GREG. Это оказался итальянец пятидесяти четырех лет по имени Густаво Реджио. Он жил в маленьком городке Санта-Маргерита-Лигуре недалеко от Портофино, был женат на русской и отличался особой любвеобильностью по отношению к женщинам. Как об этом факте узнал Пабло, оставалось загадкой, но некоторые секреты лучше не знать. Самым интересным оказался род занятий сеньора Реджио. Живя в прекрасной Италии, где сохранилось самое большое в мире число фресок и произведений живописи, Густаво считался самым высокооплачиваемым реставратором. Он регулярно выполнял работы для нескольких национальных галерей, был самым востребованным специалистом при работе с частными коллекциями, состоял в Национальном совете по охране предметов искусства и даже вел свою передачу.
«Итак, Густаво Реджио. GREG. У меня есть его адрес, телефон и их переписка в соцсетях с Катрин. Буду импровизировать». – Ирэн отпустила такси в начале нужной улицы и до дома Густаво решила пройтись пешком, чтобы составить первое впечатление. По окружению и соседям можно многое сказать о владельце дома. Это было следствием ее профессиональной деформации, но сейчас такая прозорливость была как нельзя кстати. Улица, на которой жил Густаво, производила впечатление ухоженной и нарядной. В таких районах города жители не просто имеют шикарные дома с изысканными садами, но и стараются продемонстрировать свой статус всем соседям. Даже на крошечной полоске земли с другой стороны от забора они умудряются посадить розовые бугенвиллии, устроить идеально ровную живую изгородь и украсить белоснежными статуями периметр владений. И все это с легкой небрежностью и всегда идеальным вкусом. Такие улицы обычно попадают на открытки и картинки журналов, но почти никогда не встречаются в реальной жизни.
Подойдя к нужному дому, Ирэн увидела за кованым забором ярко-красный «феррари» и бегающую рядом маленькую собачку с бантиками. «А вот это уже банально», – подумала она и нажала на звонок на калитке. Никто не ответил, поэтому она нажала снова. Спустя несколько мгновений на крыльцо вышла молодая женщина в красном элегантном обтягивающем комбинезоне и легкой белой накидке. Ее появление сразу объяснило наличие кричащей машины, ибо представить эту красотку на чем-либо другом было невозможно.
– Здравствуйте, могу я поговорить с синьором Реджио?
– Русская? – спросила ее по-русски женщина.
– Да.
– Беременна?
Ирэн от неожиданности не нашлась, что ответить.
– А вы? – зачем-то спросила она в ответ.
– Слушай меня сюда! Не ты первая и не ты последняя. Думаешь, у вас любовь? Да я таких, как ты, пачками каждый месяц спроваживаю! Он трахает каждую хорошенькую моську, но через неделю забудет, и как тебя звали, и как ты выглядишь. Ты притащишься на вечеринку, подойдешь к нему, а он станет с тобой знакомиться, как будто видит первый раз. Ясно?
– Ясно. Но у меня к нему дело. И нет, я не беременна.
Лицо красавицы в красном на секунду приняло нелепое глуповатое выражение, и Ирэн стало ее очень жалко. Ездить на роскошной машине, одеваться от кутюр и жить на вилле – и все это в обмен на огромную брешь в сердце, когда твой любимый предает тебя каждый день. От этого устаешь, черствеешь и начинаешь ненавидеть людей: женщин – потому что они могут быть соперницами, а мужчин – потому что они могут знать о похождениях твоего мужчины и посмеиваться над тобой. Или жалеть, что еще хуже.
– А что вам нужно от моего мужа?
– Он дома или нет?
– Нет, его нет. И когда он будет, я не знаю. Если повезет, к понедельнику.
– Моя подруга кое-что заказала у вашего мужа, и я хотела бы это забрать.
– «Кое-что»! Какая таинственность! У моего мужа можно заказать только одну вещь. И вы сами знаете какую.
Теперь глуповатое выражение появилось на лице Ирэн.
– Что, нет? Вы не знаете? – догадалась красавица. – Да, вижу, вы не знаете, о чем речь.
– Ваш муж – реставратор? – уточнила Ирэн. – Я, может, домом ошиблась?
– Давай зайдем внутрь. На улице адская жара. Хочешь выпить?
– Конечно. Спасибо.
– Ой, расслабься. Мне тут даже поговорить особо не с кем, так что это тебе спасибо.
Зайдя в просторную гостиную, Ирэн обнаружила все атрибуты шикарной жизни: дорогие статуэтки, изысканную мебель и ультрадорогие туфли, разбросанные у входа. И одновременно бросились в глаза все атрибуты одиночества: обувь была только женская, на столике лежали бутерброды и старые остатки других бутербродов, а рядом с диваном стояли почти пустая бутылка вина и только один бокал. Похоже, хозяйка сегодня уже хорошенько приложилась к бутылке.
– Это ваша машина?
– Давай на «ты». Да, Густаво подарил. После очередной длительной интрижки. Я уж думала, он ушел совсем, но нет. Вернулся.
– Сочувствую.
– Да ладно. Ко всему привыкаешь. Как тебя зовут?
– Ирэн.
– Я – Даша, будем знакомы. – Она протянула гостье бокал вина, допивая содержимое своего. – Так что тебе нужно от Густаво?
Ирэн задумалась, какую часть правды можно рассказать. Пожалуй, стоит спросить пока про деньги, а там как пойдет.
– Моя подруга заказала что-то у вашего… у твоего мужа, оплатив это моими деньгами. И должна была это «что-то», забрать на этой неделе. Я бы хотела получить или это «что-то», или деньги. Лучше, конечно, деньги.
– Ну это вряд ли. С деньгами можешь попрощаться.
– Я собиралась дом купить. Не такой красивый, как у тебя, конечно, но все же свой. К тому же меня подозревают в ее убийстве, а я знать не знаю, во что она ввязалась.
– Ты сама собралась купить себе дом? Ты из феминисток-достигаторш? Все сама, да?
– Не совсем. Но в общем, да. Я копила-копила, а теперь все очень плохо, но не по моей вине.
– А подругу ты убила?
– Нет.
– Ладно, это не мое дело. Как звали подругу?
Ирэн засомневалась. Учитывая, что Катрин спала с кем-то с работы, и принимая во внимание любвеобильность Дашиного мужа, вполне возможно, что у этих двоих был роман. В этом случае ее, как подругу очередной шлюшки неверного мужа, выкинут на улицу, и она так ничего и не узнает. С другой стороны, ее новая знакомая была уже хорошенько навеселе, так что в принципе могла повести себя как угодно.
– Катрин Нуар.
– Катька?
– Да-а, – осторожно подтвердила Ирэн.
– Катьку убили?!
– Да.
– Вот это да! Давай-ка еще выпьем, – предложила Даша, открывая новую бутылку.
– Вы знали ее?
– Слушай, договорились же на «ты», а? Мне же не шестьдесят, в самом деле! Да, знала. Мой муж был знаком
