- Тоже очень боялась, - она склонила головку набок. - Моя жизнь была романтической сказкой. Я любила и цеплялась за неё. Меня интересовали только материальные блага. Ах, если б я знала, что всё это мишура. И только любовь, истинная любовь всё решает.
- Ну-с, господа, теперь вы можете задавать вопросы, - разрешил Стахов.
Зал оживился.
- Кто вы? - надтреснутым голоском раздалось откуда-то сзади.
- Я отвечу на ваш вопрос, - снова вмешался лорд. - Энергию надо беречь. Это мадам Гнежинская. Великая танцовщица, бывшая когда-то славой и украшением русского балета.
Дино похолодел.
- Вы счастливы? - посыпались вопросы.
- Очень!
- Скажите, - с кавказским акцентом неуверенно начал мужчина в дорогом костюме и характерной горбинкой на носу, - ислам - правильная религия?
- Все религии правильные, если помогают человеку стать лучше.
- А вы сейчас где живёте, - старичок, задавший вопрос, осёкся, - обитаете?
- Я не поднялась высоко, но там всё равно чудесно! У вас на земле так неприветливо и мрачно. Но это для вашего же блага!
- А это не грех - вызывать мёртвых? - задала вопрос полная пышногрудая дама и тут же смущённо покраснела.
- Пожалуйста, не называйте нас мёртвыми, - попросила балерина. - В нас больше жизни, чем в людях.
Маленькая и подвижная, она словно лучилась неисчерпаемой энергией. Необыкновенная женственность и обаяние исходило от неё. Плавный изгиб спины, гордый поворот головы; трудно, невозможно было поверить, что эта женщина, грациозно и свободно проплывающая по зале, не была человеком. Вернее сказать, уже не была человеком, а духом, покинувшим телесную оболочку много лет назад.
- А вы верили в Бога?
- Я ходила в церковь каждое воскресенье, но в расчёт принимается только ежедневная духовная жизнь.
- А вы видели Бога?
- Нет, что вы! Бога увидеть нельзя. Он везде - вокруг вас. Внутри. Но я видела Христа. Он был весь в сиянии.
Зал ахнул.
- Как он выглядит? Так же, как мы его себе представляем?
- Не совсем. Христос не воплотился в тело человека по имени Иесус 2009 лет тому назад, 20 марта, почти за два часа до восхода солнца. Настоящий Христос уже приходил на Землю, но это было задолго до того, как появился Иисус Назорей, который был Великим Учителем, как и Будда, и Магомет у мусульман, и ещё сотни просветлённых. Но его учение невероятно исказили и обезобразили.
По залу пробежал недовольный ропоток.
- Тот образ, к которому вы привыкли, тоже очень свят, - балерина смотрела грустными глазами, полными любви. - Но всё же молиться нужно высшим сущностям, а не людям.
- А как же церкви, люди, верующие в него вот уже сколько столетий? - возмутился набожный старик.
- Важно, что люди делают, а не во что верят. Но не имеет большого значения, что вы делаете, если вы не помогаете другим. Религии созданы, чтобы сделать вас чище. Но, - чувства переполняли её и глаза её наполнились влагой. Казалось, она вот-вот расплачется, но она с достоинством продолжала, - близится тот день, когда рухнут прогнившие церкви, придёт конец их жестоким учениям.
Её тонкий голосок звенел и переливался.
Стахов облокотился двумя руками на кресло и с довольным видом со стороны наблюдал за реакцией зрителей. Не каждый день удаётся получить такие чудесные результаты. На редкость удачный сеанс!
- Скажите, госпожа Гнежинская, - не удержался он, чтобы не задать свой вопрос, - не могли бы вы описать сферическое строение тонкого мира. Проще говоря, куда попадают люди сразу после..., - он подыскивал нужное слово.
- Я поняла, - обаятельно улыбнулась балерина, - то, что вы называете смертью похоже на выход в другую комнату. А там, - она прищурилась, - первая сфера из семи, которые окружают землю. Каждая сфера отделена одна от другой. Выше находятся самые лёгкие, самые тяжёлые внизу.
- А где находится ад? - не унимался старик.
- Нет иного ада, чем этот видимый мир.
- Когда придёт Мессия? - робко подал голос полноватый, в ермолке на гладко выбритом черепе, молодящийся мужчина преклонного возраста.
- Ждать Спасителя, чтобы он сделал за людей всю работу, неправильно. Каждый человек должен сам, благодаря инструментам, которые ему даны, выполнить всё, что полагается именно ему. Познать, где вы есть, познать себя - вот ваша задача.
- Расскажите о своей жизни там, - прошамкала милая старушка - божий одуванчик. Она перестала, наконец, креститься и немного осмелела.
- Я не могу, мне не разрешают. Вы должны просвещать людей. Говорите им, что смерти нет. Всеобщее невежество...
Последние её слова потонули в стенаниях медиума, продолжавшей всё это время стоять с раскинутыми руками. Лицо её очистилось, голова пришла в движение.
Видение, ещё мгновенье назад казавшееся прекрасной женщиной, начало таять.
- Энергия почти на нуле, - заторопился Стахов. - Госпожа Гнежинская! Последний вопрос. Наш новый друг хотел узнать...
- Пусть спросит у Макоши, - её голос растягивался и грубел, словно старая заезженная пластинка. Контуры её фигуры стали прозрачными. - Макоша знает.
Быстро уменьшившись, она превратилась в маленькое светящееся облачко на полу. Померцав, исчезло и оно, окончательно растворившись в воздухе.
Глава 15.
Таинственная бездна, удивительный мир, населённый жизнью, непостижимо существующий где-то рядом, а быть может, пронизывающий видимую нами реальность и лишь небольшую часть которого он увидел, лишь на мгновенье приоткрыв мистическую завесу, пугал и притягивал одновременно. Что это было? Обман чувств, ловкая инсценировка или в самом деле души, нашедшие временное пристанище? Но не могло же всем сразу померещиться одно и то же! К тому же, видения были разные, а мистическое превращение Лизы исключало режиссёрское вмешательство. Значит, всё это происходило на самом деле. Тогда человечеству, которое без конца усиленно развивает свой материальный мир для улучшения комфорта собственного тела нужно отбросить всё и обратить свой взгляд на Небо, заняться изучением этих феноменов.
Эти открытия могут перевернуть наши, и без того с ноготок, знания о строении Мироздания, месте человека в нём и смысле жизни вообще и тогда всё, что изучалось до этого, все ничтожно малые знания, наработанные за сотни веков пойдут прахом.
Смерть Лизы и её чудесное воскресение, лицо живой, но словно опутанной паутиной, подобно мумии, женщины со странным призванием и лицо уже покойной, но такой восхитительно осязаемой и совсем не иллюзорной балерины - всё это внушало панический страх до такой степени, что он, взрослый мужчина, боялся выключить свет. Боялся, чтобы таинственные видения, повинуясь каким-то своим законам, не выплыли бы из темноты, ведь для них не существует преград, которые мы сами для себя установили. Мозг отказывался понимать, что всё вокруг не есть пустота. Было даже страшно подумать, что воздух наполнен ими, невидимыми сущностями. Они окружают тебя, кто-то моля о помощи, кто-то просто с интересом наблюдая. Он снова взволнованно вспомнил до костей пробирающий леденящий стон несчастной души, не ведавшей, что ей делать дальше и неприкаянно бродившей во мраке холодной неизвестности. Если смерти нет, а есть жизнь, другая, но не менее, а, может, и более деятельная и осмысленная, то кому выгодно это скрывать? И зачем обрекать человека, который и так настрадался в этой жизни на ещё большие страдания в мире ином, когда можно сделать жизнь легче, и легче встретить смерть? Ведь существовали на Тибете, в горных монастырях, в Древнем Египте сакральные Книги, которые наставляли усопшего при переходе в потусторонний мир. Значит, древние знали больше?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
