Читаем без скачивания Цивилизация каннибаллов - Борис Диденко

Недооценивание мужчинами, а не то и полное непринимание ими в расчет, зла, исходящего от женщин, и их огромной потенциальной опасности, делают для них "слабый пол" на порядок опаснее. Эта разница — без всякого преувеличения, — как соотношение между реальной живой змеей на груди и "змеей" просто: как с абстрактным понятием или с одноименной статьей из энциклопедии. У любого мужчины найдутся десятки примеров, доказывающих и прискорбно иллюстрирующих сказанное.

Вот почему совсем не случайны попытки мужчин всех времен и народов всячески осадить женщин. Эта дискриминационная в отношении женщин тенденция прослеживается буквально у всех народов и во все эпохи, и декларируется она чаще всего в форме присвоения женщинам статуса второсортности. Крайний, предельный случай в этом направлении явили миру арабы: у них женщины — это существа, не имеющие души и поэтому вынуждено пользующиеся душами своих детей. (Здесь оказалась как бы предвосхищена практикой позднейшая "психологическая теория отсутствия души у женщин", созданная О.Вейнингером[20].) Дальше вроде бы как уже и некуда, разве еще только то, что кормят женщин во многих арабских сообществах в последнюю очередь: вместе с собаками, и — тоже объедками.

[Прибавление. Есть и еще один, самый страшный (опять-таки, понятно, для женщин) факт проявления неравноправия полов. Это — старение: "старый мужчина — это все-равно мужчина, а старая женщина — это старая женщина". Все это очень и очень несправедливо, и все — как раз именно из-за влияния хищного стереотипа "красоты", и в этом моменте тоже проявляющей свои истинные, реальные "спасительные" возможности. Ведь человеческая красота — это разновидность уродства, но как бы со знаком плюс. 95 % людей по ее канонам откровенно некрасивы! И поэтому влечение к женщине в нормальном, т. е. нехищном обществе должно оставаться всегда на "казановском" уровне. Как известно, Казанова имел равно повышенное влечение ко всем взрослым женщинам, даже к старухам. Одновременно, он смертельно ненавидел гомосексуалистов. Подобную сексуальность можно лишь приветствовать. И она, действительно, предельно естественна. Достаточно вспомнить "голодное" поведение мужчин, длительно пребывавших в условиях изоляции от женского общества. Или — замечательные порядки, бытующие у австралийских аборигенов: мальчики и юноши "набираются опыта" у древних старух, а затем, по мере взросления и старения берут себе все более и более молодых партнерш. Великолепный обычай! Трогательный и справедливый!] В этом же состоят и корни "двойной морали", согласно которой поведение женщин не должно быть схожим с мужским в любой области, но особенно грозно это "морализирование" проявляется в двух сферах — профессиональной и сексуальной. Действительно, женщины претендующие на успешное овладение мужской профессией или уже обладающие таковой выглядят в глазах мужчин, по меньшей мере, подозрительно. В идеальном случае, женщины, имеющие детей, не должны работать вообще, а заниматься их воспитанием и заодно — самообразованием. Но и то — лишь до наступления у детей пертубертатного периода (полового созревания). Дальнейшее воспитание должно осуществлять уже общество — это было бы аналогом "мужских домов" у т. наз. "примитивных" народов, точнее бы — естественных обществ. Но, конечно же, подобные мероприятия способны принести пользу и осуществимы они лишь в гипотетических — честных и разумных — человеческих сообществах, что пока (или же и вообще) слишком фантастично для того, чтобы стать реальностью.

Если вышеприведенные упреки в адрес наших милых дам можно все же попытаться как-то оспорить, то второсортность и ущербность эстетического восприятия у женщин прослеживается уже бесспорно и однозначно, точно так же, как и эстетическая (помимо нравственной) сниженность мужеложества. Ситуация здесь такова, что в обоих этих случаях присутствует влечение к мужчине, как к психоэстетическому элементу восприятия, объекту. Но все дело и вся соль в том, что женщины объективно красивее мужчин! Ведь именно они являются носительницами симметричного набора хромосом — XX. Контрастным доказательным примером являются птицы, у которых наряднее уже петух, также имеющий тот же симметричный хромосомный набор.

И поэтому требования женщин к физическим — т. е., собственно эстетическим — качествам мужчины, как предмету их любви (объекту сексуального предпочтения или же позитивной оценки) вынуждено более элементарны, точно так же, как и у петухов к курицам. Действительно, — ну, прямо-таки какой-то эстетический курьез, и не иначе: красавец — разноцветный петух (алый гребень, шпоры, хвост радугой!), и… как угорелый без устали гоняется за невзрачными блеклыми хохлатками. Хорошо хоть, что у людей активное начало все же за мужчинами, именно поэтому так чудовищно смотрятся все эти суфражистки и феминистки — в большинстве своем лесбиянки или же бисексуалки.

[Прибавление. Но есть все же в этой женской необъективности что-то очень и очень отталкивающее. Роскошно-пышнотелая, златовласая, изумрудно-зеленоглазая красавица боготворит (или же только создает видимость — это еще более противно!) своего мужа: высочайшего начальника — брюхатого, плюгавого, лысого, уродливого мужичонку, к тому же еще — растлителя и садиста, что наверняка хорошо известно и ей самой.] Для женских критериев в оценке ими мужчин доминантны сила, волевые качества, нередко — физиология, часто — материальная сторона вопроса может решить все. Существует даже определенная, зафиксированная в литературе и фольклоре зависимость: чем красивее женщина, тем большая вероятность того, что ей будет нравиться, или же в конце концов так или иначе "сядет ей на хвост", и причем — успешно, что называется, "завоюет ее", более уродливый мужчина. "Соломенный парень золотую девку берет", — и хотя в этой пословице, точнее, в народном наблюдении, предполагается несколько иной контекст (этакий "мужской шовинизм"), тем не менее все это лишний раз говорит о том, что красивая пара — это большая редкость. И причина этого во многом состоит именно в "некомпетентности" женщин в этом оценочно-эстетическом вопросе.

[Прибавление. Кстати, нигде так явно не проявляется связь столь знаменитых философских категорий — эстетическое и этическое, — как в гомосексуальной своей сниженности. Достаточно будет указать лишь на творения великого Микеланджело, точнее, на те из них, в которых этот знаменитейший гомик пририсовывал к откровенно по-мужски мускулистым телам женские груди, и получал таким патологическим образом своих псевдоженщин — совершенно неотличимых от современных уродин, которых делают из себя путем "бодибилдинга" (культуризма) некоторые женщины. Подобное наращивание мышц женщинами — это такое же отвратительное занятие, как и женский бокс, борьба (в мазуте или в грязи), как и вообще весь этот неприемлемый — ни этически, ни эстетически — спектр: от женщин-гладиаторов в цирках Древнего Рима и до позавчерашней пьяной драки проституток на Казанском вокзале в Москве.] О второсортности эстетического восприятия у женщин и их одновременной этической сниженности совершенно объективно говорит еще и то, что все эти "сердцееды", "бонвиваны", "дамские угодники", "донжуаны", "половые разбойники" и т. д., пользующиеся у наших милых дам неограниченным успехом, — все они, как на подбор, представляют собой, во всех мыслимых отношениях, немыслимо мерзкую публику.

Кроме того, эти потаскуны, а как правило, большинство из них — суггесторы, вырабатывают и сообразные своей подлой сущности неимоверно похабные ритуалы ухаживания, становящиеся по необходимости затем и общепринятыми, что разлагающе воздействует на культуру общества. (К счастью, не все женщины "падки на подлецов и мерзавцев", есть и "счастливые исключения", и к тому же — достаточно многочисленные, как, например, до недавнего времени в России.) Ко всему еще нужно учесть и то, что именно такими вот павианообразными паскудцами наводнены все творческие сферы культуры и искусства. Вот, как-то совсем недавно, довелось услышать по радио рассказ о некоем отечественном кинорежиссере (имя им сейчас легион!), который лепит такую "порнуху-чернуху", что даже его "творческие" коллеги чувствуют себя смущенными, вплоть до того, что пытаются как-то его урезонить! Тот же им "объясняет": "Ну, дайте же мне, наконец-то, выплеснуться, перегореть!" А сам он, рассказывают дальше, весь из себя старый, лысый, остатки волос седые… Ну куда и когда такому-то уже выплеснуться?! Когда он сам по себе и есть помойка! Только так вот — вместе с помоями! Похоть, до конца жизни — похоть, в самых мерзких своих формах…

В дополнение к отмеченным этико-эстетическим категориям, нужно сказать, что инверсное (извращенное) половое влечение еще ко всему и "портит погоду" в общей, нормативной области взаимоотношений полов, созданием некой "атмосферы подозрительности" как бы замарывает всех мужчин. Единственным до некоторой степени возможным оправданием пассивных гомосексуалистов (педерастов) является их психо-либидозный движитель: сексуальная мечта о женщине с фаллосом. Все-таки женщина, даже и здесь справедливо: "ищите женщину" и найдете! Примечательно, что подобная, позорящая весь "прекрасный пол", прослойка — это продажные женщины, проститутки, а отнюдь не лесбиянки и бисексуалки.