Читаем без скачивания Темная богиня - Бри Деспейн

— Нет. — Папа не сводил пристального взгляда с коробки. — Я больше не в силах ему помочь.

— Что значит «нет»? Ты не нашел лекарство или не можешь его исцелить?

Папа снял очки и аккуратно положил их на стол, потом откинулся на спинку стула.

— Скажи мне кое-что, Грейс. Ты любишь Дэниела?

В смятении я принялась разглядывать ногти.

— Разве я могу любить его после того, как он обидел Джуда?

— Ты любишь его? — настойчиво повторил отец. — Да или нет?

К моим глазам подступили слезы. А я-то думала, что выплакала их все, до последней капли.

— Да, — тихо прошептала я.

Папа вздохнул.

— В таком случае от меня больше ничто не зависит. — Он поставил коробку передо мной, внутри что-то громыхнуло. — Тебе предстоит самой найти ответ. Я поддержу твое решение, но выбор за тобой.

Вечер.

Сидя на кровати по-турецки, я вертела в руках коробку. Мне не верилось, что недостающие кусочки головоломки действительно лежат в этом узком ларчике. Быть может, лекарства не существует, и меня ждет сплошное разочарование. Тогда ясно, почему отец выглядит таким усталым и расстроенным. Наверное, он считает, что я должна сама убедиться в этом и смириться с судьбой.

Однако, по словам отца, мне предстоит сделать выбор, а для выбора необходимо знание. Так что же я медлю?

Если честно, я просто трусила. Может, неведение и не сулит блаженства, но мне оно казалось в стократ лучше боли, которую принесли недавние открытия.

Застыв, я сверлила коробку взглядом, пока у меня не затекли ноги. Наконец я потянулась дрожащими пальцами к тусклому золотому замочку, откинула петлю и подняла крышку. Внутри лежала книга, с виду невероятно древняя и ветхая. Темно-синюю обложку тоже украшали золотые изображения луны и солнца. Я осторожно взяла книгу в руки, опасаясь, что она вот-вот развалится на куски, и заметила, что из нее торчат листки бумаги. Быть может, папа отметил важные отрывки, чтобы облегчить мне задачу? Бережно переворачивая хрупкие страницы, я добралась до первой закладки. Текст походил на письмо, написанное от руки блеклыми коричневыми чернилами. Папа упоминал, что это перевод, а не оригинал. Разбирая выцветшие строки, я пожалела, что не ходила к миссис Миллер на занятия по каллиграфии.

Дражайшая Катарина,

радостная весть о твоем браке с Саймоном Сент-Муном достигла меня как нельзя вовремя. Наш лагерь погрузился в отчаяние, пехотинцы и сквайры дрожат от страха, заслышав вой волков, что окружают нас по ночам. Они думают, что Бог позволит им пожрать нас за наши грехи.

Мой оруженосец Алексий утверждает, что это непростые волки, а Псы Смерти, о которых говорится в местных легендах. По его словам, некогда они преданно служили Господу, но потом дьявол сбил их с пути истинного, и ныне они обречены скитаться по Земле в образе диких тварей.

Милая сестренка, сквайр Алексий наверняка пришелся бы тебе по душе. Я не жалею, что взял его в оруженосцы после тех пожаров. Других местных юношей ждала более плачевная участь. Я молюсь о скорейшем, окончании этого похода и возвращении в Святую землю. Не для того я покинул родную деревню, чтобы убивать других христиан. Возможно, дьявол пытается и нас завлечь в свои сети.

Отец Мигель уверяет, что наше дело правое и Господь укрепит нас в борьбе с греческими предателями.

В дверь моей спальни тихонько постучали. Накрыв футляр и книгу одеялом, я крикнула: «Входи!» — ожидая увидеть Черити с ужином.

— Привет. — В дверях стоял Джуд. Подойдя к кровати, он вручил мне темно-зеленую папку. — Это тебе.

— Что там? — Я незаметно затолкнула книгу поглубже под одеяло.

— Все твои домашние задания. — Джуд сдержанно улыбнулся. — Оценки важны для поступления в колледж. Я не хочу, чтобы ты отстала, поэтому попросил Эйприл сделать копию конспекта по английскому языку. Но миссис Хауэлл говорит, что ты пока не вернула ей контрольную с подписью родителей.

Вот черт, об этом я начисто забыла.

— Я сказал ей, что тебе в последнее время нездоровится, и уговорил допустить тебя к пересдаче. Можешь переписать тест после уроков, когда поправишься.

— Ну и ну! Спасибо. Это очень… — «…похоже на Джуда». Чему я удивляюсь? Брат всегда вел себя именно так, потому он и был особенным. Но я-то думала, что теперь Джуд и знать меня не захочет. — Это очень мило с твоей стороны.

Джуд кивнул.

— Я подожду тебя после школы, когда будешь писать контрольную, чтобы тебе не пришлось идти домой одной. — Он двинулся к двери, потом обернулся и взглянул на меня. — Пора вылезать из постели, Грейси.

Он знает! Мне известно, что с ним произошло, и он об этом знает.

— Прости, что не слушала тебя, — тихо сказала я.

Джуд снова кивнул и закрыл за собой дверь.

Убедившись, что он спустился на первый этаж, я достала книгу с коробкой из-под одеяла и заперла секреты Катарины и ее брата в ящике стола. Хватит с меня загадок и тайн. Надо просто обо всем забыть и жить дальше, как Джуд.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

ВЫБОР

В четверг утром.

На следующее утро мы с Джудом вместе отправились в школу. Проезжая по мерзлым улицам, я думала, что наше примирение ничего не изменило: мы по-прежнему молчали обо всем, что произошло.

Может, оно и к лучшему.

Джуд проводил меня к шкафчикам и отправился на поиски Эйприл, чтобы повидаться с ней до начала уроков. Оставшись в одиночестве, я попыталась слиться с толпой и весь день притворялась, что у меня все нормально. Получалось неубедительно.

Все вокруг сплетничали — главным образом, о жутких событиях минувших выходных.

Я надеялась, что за время моего трехдневного отсутствия в школе слухи утихнут. Как бы не так! Одни сочувственно шептались о Дженни Вилсон, нашедшей истерзанный трупик своей кошки посреди тупика. Другие обсуждали спасение Крошки Джеймса из лесной чащи. Третьи шушукались о преступлениях, в которых Джуд обвинил Дэниела. Хуже того, меня не покидало ощущение, будто о моей скромной персоне тоже судачат гораздо больше обычного.

Все вокруг подходили к листовкам с фотографией Джессики, расклеенным по школе, смотрели на ее длинные светлые локоны, большие оленьи глаза и сокрушенно качали головой, приговаривая: «Какая жалость!» А ведь им и невдомек, какая опасность ей угрожает на самом деле. Они понятия не имеют о подлинном ужасе. Они не знают, что в нашем художественном классе учится оборотень.

Что бы они все сказали, узнав правду? Нарекли бы Дэниела новым Маркхэмским монстром? Обвинили бы его во всех бедах, что стряслись за последнее время? Я остановилась на полпути к кабинету Барлоу. Неужели я сама в это верю? Нет, не может быть. Даже в обличье волка амулет помогает Дэниелу сдерживать звериные инстинкты, чтобы не навредить людям. Значит, он невиновен.

А вдруг папа с Дэниелом ошибались и кулон не действует? В обратном случае… что, если Дэниел бесновался, находясь в сознании?!

После звонка на урок я долго стояла в коридоре, не решаясь войти в класс, так как знала, что Дэниел там — доброжелатели успели сообщить мне, что сегодня он явился на занятия, и это меня ничуть не радовало. Сделав три глубоких вдоха, я взялась за ручку двери.

В здравом уме Дэниел не тронул бы тех несчастных, это сделал кто-то другой, но выяснять, кто именно, я не стану. Хватит с меня игр в частного сыщика.

Распахнув дверь, я прошла прямо к столу Барлоу, положила перед ним свой эскиз дерева и, не дожидаясь комментариев, отправилась через весь класс к своему ящику с красками и карандашами.

Когда я приблизилась к Линн и Дженни, обе немедленно смолкли. Искоса взглянув на меня, Линн что-то прошептала на ухо подруге. Не удостоив их вниманием, я достала из ящика акварель, кожей ощущая присутствие Дэниела. Нас разделяло всего лишь несколько шагов, его землисто-миндальный аромат пробивался ко мне сквозь едкую вонь растворителей и клубы меловой пыли. Так и не осмелившись посмотреть на него, я сгребла остальные принадлежности и поспешно села на свое место рядом с Эйприл.

— Я звонила тебе раз десять. — Не глядя на меня, она покрывала лист бумаги острыми, угловатыми линиями. — Могла бы хоть по электронной почте ответить.

— Прости. — Я открыла коробку с пастельными мелками и высыпала содержимое на стол, забыв, что там одни обломки.

— С ним покончено? — Эйприл слегка кивнула в сторону Дэниела.

Я взяла кусок красного мелка, но он оказался слишком крошечным, таким не порисуешь.

— Да, наверное.

— Вот и хорошо, — заявила Эйприл, отложив карандаш. — Джуд говорит, что Дэниел на тебя плохо влияет.

— А что он еще тебе говорил в последнее время?

Подруга вздохнула.

— Он злится, потому что ваш отец все пытается помирить их с Дэниелом. Якобы Джуд должен все простить и радоваться, что тот вернулся. — Эйприл непонимающе покачала головой. — Что за дела? Ведь Джуд — его родной сын. На что ему сдался Дэниел?