- Пусть изводится так же, как заставил нас! Пусть эта победа у него поперек горла встанет, - на одном дыхании выдал он, обнаружив, что Снейп разделяет его чувства. Черт, в кои-то веки нашли общий язык, и то потому, что оба оказались в дураках.
- Выражайтесь яснее, - потребовал профессор, и Гарри довольно ухмыльнулся:
- Здесь есть лаборатория?
- Не думаю, что вы сможете применить то, что там найдете. Мерлин задери, Поттер! Что. Вы. Задумали, мать вашу?
Они смотрели друг на друга, и их глаза сверкали одинаковым остервенением.
- Главное, чтобы все это могло гореть, - едва слышно проговорил Гарри, чтобы Малфой, пребывавший в сознании, но не демонстрировавший признаков жизни, не услышал лишнего. - Вы не думали, что можно уйти красиво? Мы должны погибнуть… на время, - он усмехнулся, - пока Дамблдору не осточертеет давать объяснения, почему у нас не было подкрепления и пока Скиттер не надоест искать виноватых.
- Это называется месть, Поттер, - заметил Снейп.
- Ну да!
Профессор ничего не сказал, а потом вдруг сорвался с места и потащил Поттера за собой; тот не сопротивлялся, зная, что времени в обрез.
- Вы же не хотите взорвать здесь все, - на бегу проговорил Снейп, когда они миновали коридор и оказались возле лестницы, ведущей вниз.
- Нет, только половину, - зло отозвался юноша.
Замок на преградившей путь двери Снейп снес заклинанием, и они кинулись дальше. Лаборатория со столами, заставленными ретортами и перегонными кубами, и шкафами, забитыми банками с неизвестным содержимым, была цела. Справа послышался шум, Снейп развернулся, вскидывая палочку, но Поттер успел первым:
- Авада Кедавра, - крикнул он. Зеленая вспышка - и мертвый слуга мертвого Лорда рухнул на пол, взметнув облачко пыли.
Снейп дернулся, как от удара, Гарри перехватил его взгляд и стиснул зубы:
- Я уже наговорил проклятий на пожизненное заключение в Азкабане, - пояснил он, прерывисто дыша. - Одним больше, одним меньше…
Профессор шагнул к нему и схватил за плечи, безжалостно встряхнув:
- Что вы делаете, Поттер?! Вы не убийца!
Искаженное лицо Снейпа не испугало Гарри:
- Я чуть не стал им! Я чуть не принес магическую клятву, что буду служить Лорду! Вы это хотели знать?! Я хуже, чем убийца, я предатель! И все - из-за Дамблдора…
- Без истерик, Поттер! Вы искали уединенное место, чтобы снова себя жалеть, или все-таки собираетесь действовать?!
Гарри тряхнул головой, поправил съехавшие очки и проговорил:
- Нужно взорвать все к Мерлину, прежде чем сюда доберутся авроры! Малфой наверняка скажет, где мы!
- Я еще пожалею об этом, Поттер, - проворчал Снейп, но тем не менее направился к ближайшему шкафу и вынул несколько флаконов. На вид они были абсолютно одинаковыми, непонятно, как зельевар их различил. Но размышлять оказалось некогда: тот по очереди швырнул склянки об стену, так что осколки брызнули в разные стороны, а на каменной кладке остались густые потеки. Еще несколько пузырьков - на сей раз содержимое оказалось красного цвета, а потом все полыхнуло. Языки пламени взметнулись до потолка, сопровождаясь клубами удушливого дыма.
- Этого достаточно? - скептически полюбопытствовал Снейп, оборачиваясь, но Гарри покачал головой и распахнул створку соседнего шкафа. Выхватив одну из крепко запечатанных бутылей, он прочел название и развернулся к Снейпу:
- Оно ведь взрывается, верно? Если добавить кровь мантикоры… - Гарри запнулся, но профессор оборвал его:
- Если добавить кровь мантикоры, Поттер, здесь начнется Армагеддон местного масштаба, - заорал он, - вы этого хотите? Никто не выживет, мы в том числе, а Дамблдор получит все шансы почувствовать себя виновным, но уже вполне оправданно!
Гарри сжал колбу в руке, но не отступил:
- Его можно локализовать…
- Хорошо. Но будете делать то, что я скажу. Портключ, надеюсь, при вас?
- Да.
- Это значит, что наши шансы повышаются, - бросил профессор, - примерно до десяти процентов, если вы не сведете их к нулю своей глупостью.
Снейп резко развернулся к шкафу, одним движением смел в сторону флаконы и банки. Что-то зашипело, справа раздался небольшой взрыв и у стола, на котором стояли пузатые реторты, подломилась ножка. Снова повалил дым, но Снейп уже держал в руке высокую пробирку, наполненную густой оранжевой жидкостью. Шагнув на середину комнаты, поморщился и подозвал Гарри кивком головы:
- Вылейте содержимое, - указал он на склянку с кровью мантикоры. Гриффиндорец, вынул пробку, плеснул на пол мутно-белое зелье, после чего отбросил прочь опустевший флакон.
- Это ограничит зону взрыва, - профессор продемонстрировал баночку, наполненную кристаллическим порошком, и тут же убрал, едва Гарри протянул руку:
- Нет, Поттер. И не надейтесь, что я доверю вам собственную жизнь. Своей можете распоряжаться как угодно, но без меня.
На лестнице раздался шум, а пламя подобралось ближе. Гарри закашлялся, придвинувшись к профессору, и тот передернул плечами:
- Поттер, Вы не хотите вернуть мне мою одежду? - поинтересовался он. - Если уж мне выпала сомнительная честь окончить свои дни в вашей компании, предпочитаю собственные вещи.
Гарри нервно рассмеялся, стянул мантию, передал ее Снейпу и принялся расстегивать застежки сюртука, одолженного профессором. За дверью послышались крики, он понял, что не успеет, резко рванул застежки и тут же услышал над ухом шипение Снейпа:
- Я убью вас, Поттер!
- Охотно верю.
Сунув профессору сюртук, он криво напялил собственную мантию, протянул руку, дождавшись, пока профессор вложит в нее пробирку с кровью - и дверь распахнулась. Всего одно заклятье, произнесенное Снейпом, и количество дыма удвоилось, авроры замерли, а Гарри выхватил волшебную палочку, направив ее на дверь, едва удержавшись, чтобы не зайтись в кашле. Звон лопающегося от жара стекла заставил его подобраться, откуда-то появился сизый туман, обжигающий глаза и горло, из глаз потекли слезы. Но Снейп рассыпал вокруг порошок из бесценной посудины, и на мгновение дышать стало легче.
- Они здесь, - кто-то поперхнулся дымом, силуэты возле дверей заметались неровными тенями, Гарри шагнул вперед, но почувствовал, как его грубо оттаскивают обратно.
- Стойте, где стоите, Поттер, - угрожающе проговорил Снейп.
В отличие от Гарри, он был собран, и юноша только сейчас окончательно поверил, что зельевар действительно мог, не издав ни звука, перенести «Круциатус». В отличие от него самого.
В футе перед ним полыхнуло, Гарри обдало жаром, однако он ощутил ледяной озноб: за пеленой тумана появился Дамблдор, пробирающийся в кабинет, расталкивая с дороги авроров, пока те пытались тушить пламя заклятьями.
- Гарри, мальчик мой, - громко позвал директор. - Сейчас мы поможем тебе!
