– Начинайте! – отдал Витольд команду подданным.
В центр полукруга, образованного столбами на ближнем берегу озера, шагнул палач. Обнажив кинжал-скрамасакс, он обошел всех девушек, поочередно нанося каждой удар по бедру. Раздались громкие стенания несчастных: кровь заструилась по их домотканым рубахам, обильно стекая на землю.
– Таким образом, палач привлекает чудовище на берег, – шепотом объяснил Франсуарт спутникам суть проведенного палачом ритуала, – ведь запах крови оно чувствует даже со дна озера. Вскоре, значит, всплывет! И вот тогда, друзья, дело за вами!..
«Легко сказать!» – подумал Теодорих, в сотый раз нервно проверяя содержимое походной сумки: не забыл ли чего?
Тем временем на место удалившегося палача заступил стражник с огромным боевым барабаном. Вскинув высоко вверх здоровенную палку с набалдашником, он изо всех сил ударил ею по натянутой бычьей коже. Раздался звучный удар, гулким эхом прокатившийся над окрестностями.
И вот спустя некоторое время, примерно на сороковой по счету барабанной дроби поверхность воды начала расходиться клином, словно со дна всплывала не видимая пока гигантская лодка. Еще мгновение – и неподалеку от берега вынырнула длинная блестящая морда темно-зеленого цвета с хищными злобными глазами.
Заговорщики в ужасе замерли, а у Эйнара даже волосы на голове зашевелились от страха. Он тихо проскулил:
– Хочу домой, в Суассон…
Столь же тихо Теодорих ответил ему:
– In rebus bellicis maxime dominatur fortuna.
– Что это означает? – заинтересовался Эйнар, забыв ненадолго о чудище.
– В военных делах наибольшую силу имеет случайность, – перевел Теодорих. После чего извлек из сумки горшочек с греческим огнем и, не давая другу возможности опомниться, скомандовал: – Доставай, Эйнар, огниво! Сейчас мы устроим им «жертвоприношение»!
Стражники при виде дракона тесно сгрудились и выставили копья вперед, заодно плотно прикрывшись и щитами. Витольд же, казалось, и глазом не повел: продолжал спокойно сидеть в кресле прямо на виду у чудовища.
– Он что – колдун, коли дракона не боится? – тихо спросил Теодорих у дефенсора.
– Возможно, но точно не знаю. Однако дракон никогда его не трогает – направляется сразу к жертвам. Скорее всего, он реагирует только на запах крови, – высказал предположение Франсуарт.
И вот, наконец, покрытое крупной темно-зеленой чешуей чудовище, яростно вращая круглыми желтыми глазами и беспрерывно хлеща отвратительным длинным хвостом по воде, неуклюже выползло на сушу. Сразу стало видно, что к быстрому передвижению его короткие лапы не приспособлены. Зато когда дракон разверз свою буквально бездонную пасть и обнажил огромные острые зубы, несчастные жертвы, все как одна, в страхе закричали. Девушки принялись молить Витольда о пощаде: просили заколоть их сначала кинжалами, а затем уж скормить дракону. Тот, однако, в ответ лишь злорадно ухмылялся. Разворачивающаяся на глазах трагедия явно приводила его в ни с чем не сравнимый восторг.
Трое друзей напряглись: Теодорих и Клерет держали наготове горшочки, а Эйнар – огниво.
– Когда чудовище начнет изрыгать огонь? – шепотом осведомилась Клерет у Франсуарта.
– Никогда. Не припомню ни одного случая, чтобы из пасти чудовища хотя бы раз изверглось пламя.
– Хоть это радует, – язвительно проворчал Эйнар.
Пока друзья предавались беззлобной перепалке, дракон уже начал косолапо-неторопливое движение в сторону привязанных к столбам жертв.
– Пора! – отдал команду Теодорих. – Помни, Клерет: я бросаю горшочек в дракона, а ты – в Витольда!
– Не волнуйся, не промахнусь. К тому же сделаю это с превеликим удовольствием, – заверила Клерет и поднесла трут своего горшочка к огниву Эйнара.
– А теперь – вперед! За мной! – уже на бегу выкрикнул Теодорих, устремившись к жертвенной площадке.
Дракон стоял перед столбами, дико вращая желтыми глазами направо и налево, словно выбирая наиболее подходящую жертву. Обезумевшие от ужаса девушки вели себя по-разному: одни истово молились Логосу либо Фрейе, другие впали в полнейшую прострацию, третьи, самые непокорные, предпринимали энергичные, но, увы, тщетные попытки избавиться от веревочных пут.
И вдруг из-за одного из столбов в сторону дракона пролетело нечто горящее, подобное маленькому круглому факелу, угодив ему прямо в открытую пасть. От неожиданности чудовище щелкнуло зубами и сомкнуло челюсти, тем самым окончательно раздавив «подарок с начинкой». Вслед за этим туловище его неестественно дернулось, а уже в следующее мгновение все чешуйчатое существо было объято ярким пламенем.
Гигантский дракон-костер принялся нещадно молотить огромным хвостом по земле, от чего во все стороны полетели смертоносные искры, мгновенно выжигавшие всю траву вокруг него. Наконец, издав чудовищный хрип, дракон замер. Запахло жареным мясом…
В тот же самый миг некий воин, облаченный в блестящие металлические доспехи, выскочил из-за столбов прямо напротив Витольда и запустил в него аналогичный «факел». Горящее чудо упало у ног бенефициария, издав звук разбившегося обычного глиняного горшка, однако уже в следующее мгновение ноги и кресло повелителя здешних земель ярко запылали. Витольд попытался сбить пламя перчатками, но, увы, тщетно: огонь тотчас охватил и его руки.
– Ко мне, бездельники! Сбейте с меня пламя немедленно! – рявкнул бенефициарий на подданных.
Стражники, мигом забыв о сгоревшем заживо драконе, со всех ног бросились к своему повелителю и попытались сбить с него огонь снятыми с себя туниками. Увы, все их усилия оказались бесплодными: огонь поднимался все выше, устремляясь к голове бенефициария…
Пользуясь всеобщей суматохой, Клерет уже перерезала клинком веревки на столбах и освободила одну за другой всех девушек, так еще до конца и не осознавших, что же здесь сейчас, на их глазах произошло…
А в это время к дурно пахнущим останкам дотлевающего дракона подошел Теодорих. Обнажив «Разящую молнию», он покричал что есть мочи:
– Приказываю всем сложить оружие!
Стражники оглянулись и… замерли, увидев воина с мечом, излучающим таинственный лиловый свет. Для пущего впечатления Теодорих взмахнул «Разящей молнией» над головой и в тот же миг оказался в ореоле из серебристых искр.
Несколько особо религиозных стражников рухнули как подкошенные. Теодорих же, довольный произведенным впечатлением, громогласно провозгласил:
– Я – посланник Логоса! Спустился на землю, дабы покарать бенефициария Витольда за все совершенные им злодеяния! – Заметив приблизившуюся к нему Клерет, юноша и вовсе вошел в раж, объединив в своей дальнейшей речи языческих богов с арианскими. – Вместе со мной на землю спустилась Валькирия! Если вы не покаетесь, она заберет ваши черные души с собой в Мир тьмы, и вы будете блуждать там вечно! Покайтесь же! Только так вы сможете спасти свои жизни и души!
