и выспавшимся. В который раз подумал, как здорово иметь под боком такую целительницу, как Фальвэ. Вот же повезло Булатовой. Надо будет с эльфийкой поговорить. Может, подгонит какую-нибудь свою знакомую. На такое благое дело никаких денег, честно говоря, не жалко!
— О, Кенто. Доброе утро, — окинул меня изучающим взглядом Орлов, выходя из ванной. — Выглядишь неплохо. Готов к славе?
— В смысле?
— Ты вчера, наверно, не слышал слова княжны. Ну понятное дело, не совсем в состоянии был. На самом деле Мария говорила очевидные вещи. После оглушительной победы над Вэйдом Рогу у тебя теперь не только из-за твоего музыкального творчества автографы будут брать. Первокурсник размазал по арене третьекурсника!
— Да брось ты, чушь какая…
— Ну вот и посмотрим какая чушь, — ехидно усмехнулся тот.
Ну и, понятное дело, оказался прав. Когда мы, собравшись перед столовой нашей ставшей традиционной компанией, (к ней прибавились Потемкин и Меньшикова), зашли в обеденный зал, я почувствовал, что всё внимание курсантов приковано именно ко мне. По всему залу прошелестел легкий шепоток, и взгляды скрестились на Кенто Каядзаки. Блин… Народ даже есть прекратил. Не знаю, радоваться или нет. Уж очень непривычно, когда на тебя вся столовая пялится. Ну слава богу хоть никто не подходил за автографами
Мои спутники сегодня оказались на удивление неразговорчивыми, не знаю почему. Но я решил не загоняться, в принципе хватало болтовни Меньшиковой и Потемкина. Новички, которых я уже стал считать своими, активно общались и старались всех втянуть в разговор. Как ни странно, даже Булатова спокойно отнеслась, что в центре внимания не она. И чего все сегодня такие… пришибленные какие-то?
А вот когда мы вышли из столовой и уже направились к постоянному терминалу, ведущему на «Общую магию», к нам подошел представительный молодой человек в курсантской форме. Военная выправка, кричаще-специфичная осанка… Сразу было понятно, что перед нами не первый курс. Внешность европейская, чем-то напоминающая мне презрительно—холодных английских лордов, какими их изображали в исторических романах и костюмированных мелодрамах.
— Кенто Каядзаки? — поинтересовался старшекурсник.
— Да, — ответил я, — с кем имею честь?
— Лорд Ирвинг Балтимор Третий к вашим услугам, — представился тот, сопроводив свои слова легким кивком. — Староста четвертой группы третьего курса.
Кстати о старостах… они, как мне тут недавно рассказали, выбирались в каждой группе, начиная со второго семестра. Типа чтобы первый семестр народ присматривался друг к другу и определился, кто их будет представлять. Особо власти старосты не имели, но к ним все же иногда прислушивались вышестоящие чины.
— Что ж, рад знакомству, — улыбнулся я, покосившись на спутников, которые наблюдали за нашей беседой.
— Хочу отнять у вас всего несколько минут, — произнес лорд, — Наедине, если, конечно, не возражаете.
Он покосился на мое сопровождение. Те, переглянувшись, только пожали плечами и отошли в сторону, оставив меня с явным англичанином (тоже мне имечко) один на один.
— Что вы хотели мне сказать? — полюбопытствовал у него
— Разговор будет касаться одного студента моей группы, — ответил тот, — Вэйда Рогу.
— И что? — аж интересно стало, что же он мне выдаст. Неужели извинится? Что-то сомневаюсь. — Какие-то вопросы?
— Да. По поводу вчерашней дуэли.
— Что не так? — недоуменно осведомился я.
— Дело в том, что курсант Рогу ее проиграл.
— Ну да, — перестал я вообще что-то понимать, — проиграл. Такое в жизни случается, знаете ли. Не понял, какие ко мне вопросы? Его проблемы!
— Нет, уважаемый курсант Каядзаки, — строго произнес тот, — проигрыш — не только его проблемы, а всей нашей группы и, можно сказать, всего третьего курса. Проиграл первокурснику! Да еще кто? Чемпион Черного корпуса, дважды чемпион академии. Вы не понимаете, что само поражение подобного рода подрывает авторитет старших курсов?
— Нет, — честно сообщи ему, — он меня вызвал. Я вызов принял. Головой нужно думать, а не другим местом. Или, по вашему, я должен был поднять вверх лапки и снести унижение только потому, что Вэйд Рогу учится на третьем курсе?
— Именно так!
— Нет, уважаемый курсант, — я постарался выделить обращение, вложив в интонации максимально возможный сарказм. По-моему получилось. Лорд нахмурился. — Если я дерусь на дуэли, я сражаюсь, чтобы выиграть. Иначе не было никакого смысла принимать вызов, если априори не собираешься победить.
— Тем не менее вы не правы. И очень жаль, что не понимаете!
Вот же не уймется хороняка…
— Чего вы хотите? — задал вопрос в лоб. Надоело уже, пусть вещает и проваливает.
— Вы должны принять мой вызов и проиграть
Я ошеломленно уставился на идиота. Он что, серьезно? Последние слова я произнес вслух.
— Абсолютно, — ответил Балтимор какой-то там третий, — разве похоже, что я шучу?
— Забавно, — хмыкнул я, — а если откажусь?
— Не советую, курсант Каядзаки, — голос моего собеседника был спокойным и холодным. — Вы новичок в Академии Земли…
— Вы мне угрожаете? — смерил его ледяным взглядом. Обалдеть у него самомнение, конечно, да и наглости не занимать. Пойти к победителю и потребовать принять вызов и проиграть… Он не боится, что я соглашусь и еще и его нагну? Или считает, что круче него только вареные в лаве яйца?
Ну не знаю, выглядит хлипче Рогу, хотя физически явно достаточно силен.
— Ни в коем случае, — улыбнулся староста, но улыбка вышла какой-то холодной и скорее напоминала оскал. — Как я могу вам угрожать? Я просто предупреждаю. Мы, конечно, не пересекаемся с вами на занятиях, да и вообще старшие курсы с первым мало соприкасаются. Но сами понимаете, учеба в академии в любом случае связана с риском. Всё может случиться… — Он сделал много значительную паузу. — так что жду ваш несомненно положительный ответ.
Стою, охреневаю. Что за наезд такой? Наглость восьмисотого уровня? Такого наезда я вообще не ожидал. Не, ну понятно, всё по теме, типа дедовщина. Ты, мол, душара, на кого тянешь (правда в более интеллигентных выражениях) и тому подобное. М-да, а еще блин «светлое будущее». Хотя какое оно, мать его, светлое! За столько тысяч лет привычки людей не изменились… Но тут уже чересчур. Я даже «духом» в армии старался держать марку… А здесь, думаю, дед вообще бы не понял, если я бы я принял предложение хлыща. Я же Каядзаки, а значит это я здесь всех нагиба, а не встаю в интересную позу.
— Вынужден вам отказать, уважаемый, — сообщил я ему. Хах! Его англосаксонская невозмутимость дала трещину. Тем не менее хлыщ быстро взял себя в руки.
— Ясно, — ответил он, — тогда не смею задерживать. Но заранее предупреждаю — готовьтесь, курсант Каядзаки, к будущим проблемам.
— Знаете что, курсант Балтимор, — задолбал, блин лошара. — Идите-ка вы… На свой третий курс. И не надо мне угрожать… Угрожалка не отросла еще. Сколько я зарезал… сколько перерезал… сколько душ я загубил…
К чему я вдруг напел слова песни из старого, но до сих пор весьма гениального фильма моей древней молодости, не знаю. Но на третьекурсника подействовало. Он слегка побледнел и, поджав губы, одарил меня презрительным взглядом, развернулся и ушел. Выдержка железная, однако, на фоне многих. Меня сразу обступили спутники, наблюдавшие за нашей беседой с небольшого отдаления.
— И чего он хотел? — поинтересовался Орлов.
— А я знаю его… — радостно сообщила Элла, — он ко мне подкатывал. Типа ну земляки и должны держаться вместе, — она поморщилась, — какой он земляк. Я с Уэльса, а он с Англии. Лайм долбанный!
Вот интересно. Вроде «лаймами» всех англичан называли… ну бог его знает здешние национальные расклады.
— Так что он сказал? — тем временем поддержала Александра Юки.
— Да много чего… Насчет моей дуэли с Рогу, вызов бросал…
— Ого! — рассмеялась Булатова, — становишься популярным среди старшекурсников. Скоро будут записываться к тебе в очередь. Правда странно, что они не испугались твоей победы над местным чемпионом.
— Ты не поняла. В том-то и дело, что испугались, — пояснил я, — мне предложили принять вызов и слить.
Мои спутники переглянулись. Судя по их лицам, известие оказалось весьма неожиданным.
— Что значит проиграть? — удивленно поинтересовался Голицын
— То и значит. Мол, я победой над Рогу авторитет третьего курса уронил.
— Вот оно что, — задумчиво протянул Орлов. — И что ты ему ответил?
— Послал, — коротко сообщил я.
— И он так просто ушел? — неверяще спросила Юки.
— Ну не своем просто, — неохотно ответил ей, — угрожал конечно же. Типа смотри по сторонам, теперь все что угодно может случиться.
— Ого, — нахмурилась Юки. — Это проблема.
— Да ну его, забудь. Пойдём уже, а то опоздаем на «Общую». Сами же говорили, что
