— Это я, Этрен. Мне можно уже войти?
— Да.
По мне, так мы уже вполне были готовы к приему гостей, особенно родственников. Я уже была одета, братишка тоже впрыгнул в джинсы и быстро натягивал на себя футболку. А вот Рутор…
— А где Рутор? — растерянно оглядывая юрту третий раз, спросила я, не обращаясь ни к кому конкретно.
— На охоту ушел… — как-то со слишком загадочным лицом ответил мне Алекс. Но устраивать пытки оленей из заповедного леса мне не дали, тихим покашливанием обратив внимание на себя.
— Жаль, что Рутора с нами не будет. В первый раз нужен кто-то, кто присмотрит за твоим зверем, если у нас все получится. Тогда, может быть, вы доверитесь моему внуку?
Интересно, а кто у нас внук?
Как будто услышав мой мысленный вопрос, Этрен вышел и минут через пять вернулся с юношей, ну, может чуть нас постарше — просто уж очень выражение лица у него было серьезное, похоже, от осознания повышенной ответственности и важности возложенного на него поручения.
Я, как его увидела, сразу идолом языческим так и застыла — прямо вот готовый антураж к церемонии пробуждения зверька брата.
Волосы у внука Этрена были длинные, чистого черного цвета, а в челке — несколько белых прядей. Стройный, высокий, мускулистый. И разрез больших глаз очень оригинальный — внешний угол, у виска, приподнят и слегка удлинен. Хищные, резкие черты лица были очень красивыми для парня, в отличие от пушистых длинных ресниц — предмета зависти всех девушек в клане, наверное.
Алекс ущипнул меня сзади за мягкую часть и прошептал в ухо: «Нас двоих тебе уже мало, что ли?». И глаза у него были такие, что я — даже без учета недавно проявившихся скоростных способностей брата — не стала бы с уверенностью ставить на нашего нового родственника.
— Не ревнуй! Он просто один в один — парень Хранительницы, — ласково потеревшись щекой об плечо брата, успокоила я его.
И на всякий случай решила всем объяснить свое поведение, пересказав сон-воспоминание.
Внук Этрена заинтересовано посмотрел на меня, потом на Алекса, и хмыкнул:
— У меня уже есть планы на другую женщину. Я тебе не соперник, брат.
Нет, в глазах братишки он, наверное, набрал какое-то количество очков, но я посчитала себя немного оскорбленной. Даже с учетом того, что никакого влечения у меня к нему не было, но вот так сразу откровенно объявить, что я ему не интересна… Но на самом деле хорошо, что мы с ним оба ничего друг к другу не испытываем — проблем меньше.
Всю дорогу до их «капища» наш старший родственник молча шел впереди, за ним шел его внук, которого нам так и не представили, а потом мы с братом.
Камни их богов были не очень далеко от селения, в низине. Это были два огромных валуна, поросшие снизу мхом.
На одном камне был нарисован значок, при виде которого неверующей мне захотелось сказать: «Чур меня!» — он безбожно напоминал свастику, с лучами, загнутыми по часовой стрелке. «Знак великого закона движения, который дал нам Велес — лучи солнцеворота, идущие посолонь, от Тьмы к Свету, от Нави через Явь к Прави» — пояснил Этрен, спасибо ему, конечно.
Хотя, на самом деле кроме слова «посолонь» я вроде бы даже все поняла.
На втором камне был нарисован круг, разрезанный толстыми линиями на шесть равных треугольников. Используя метод исключения, и ежик в угаре смог бы определить, что это был знак Рода.
Когда я начала пытаться понять, чем же именно «нарисованы» эти знаки, мне резко стало как-то сильно не по себе. У брата опыт общения с местными богами уже был, а мне вот как-то еще не пришлось с ними встречаться, и, если уж честно, что-то и не рвалась я очень с ними познакомиться. Но рисунки явно были сделаны художником, имя которого — Природа.
Церемония «доброе утро, зверушка моя» носила несколько интимный характер, толпы болельщиков не наблюдалось, только трое молодых людей подошли и встали на одинаковом расстоянии друг от друга вокруг нас.
АлексЯ разделся до плавок и лег спиной на камень Велеса, раскинув руки.
Сестренка и новоявленный брат уселись чуть поодаль. А Этрен встал у камня Рода и начал что-то бубнить себе под нос. «Роде Всевышний, породивший жизнь Яви и Нави! Ты есть Богом Богов Наших и всему Роду Божескому начало…», ну, а дальше вообще что-то несуразное пошло.
Камень был очень теплый, но меня все равно немного потряхивало. Не от холода, а от волнения. У меня в этом мире каждый день что-то новенькое: то богини, то парни, теперь вот… духа зверя во мне будить будут.
Экспериментаторы кругом научные, а я им всем мышь линейная, подопытная, инбридинговая.
Самое ознобительное было в том, что должно было произойти потом, если все же у нас все получится. Что тогда делать-то буду?!
Этрен закончил болтать с одним богом, и перешел к камню, на котором бабочкой отдыхал я.
ЛексиЗа валуном, на котором лежал крестиком мой братик, находилась яма правильной, почти квадратной, формы, и когда Этрен перешел от одного камня к другому, в этой яме неожиданно вспыхнуло мощное пламя. Я искренне распереживалась, чтобы оно не опалило брату волосы и не прожарило мозг до хрустящей корочки, потому что в высоту оно было реально метра в два, точно. А главное, непонятно, с чего оно вдруг загорелось-то! Я могу поверить в иной мир, но самовозгорающиеся ямы меня беспокоят и очень сильно, между прочим. Особенно, когда там недалеко мой брат, а Рутора нигде, кошака блудного, не видно. Похоже, я нашла очередной минус наличия двух мужчин в жизни — волнуюсь и за того, которого вижу, и уже начинаю волноваться за того, которого не вижу.
Этрен продолжил говорить что-то и иногда поднимать руки к небу, и тогда пламя как будто тоже тянулось, становилось еще выше, еще ярче.
Тут один из трех парней подошел и протянул жрецу тушку какого-то животного, очень похожего на зайца. После прощальной речи в несколько фраз, зверек полетел мимо валуна в огонь. Искры, треск, и все… как корова языком слизала. После чего следующий парень вручил Этрену нож, и тот склонился сначала над одной рукой моего братика, потом над другой. Я знала, что сейчас это произойдет, но все равно слегка напряглась — мало ли чего. Вдруг его Круот подкупил, и он сейчас Алексу вены вскроет…
Рутора-то рядом нет!
— Успокойся, сестра, все будет хорошо. Дед — опытный жрец, он часто поит камень кровью. Даже моей несколько раз поил.
Конечно, мне сразу стало легче, как только я узнала, что мой родственник опытный веновскрыватель, и даже на внуке поотрывался. Где этот гулящий кошак?!! Ру-у-у-тор! Мамочки! Как мы решились-то на все это?! Маньяки полоумные…
