Читаем без скачивания Тени безумия - Юрий Пашковский

Именно в «Веселом Марке» остановился сошедший с парома человек с незапоминающимся лицом, в темной дорожной одежде и сером плаще, с дозволенными мечом и кинжалом. На пофримийской таможне человек предъявил документы на имя барона Тешвальда из Майоранга. Он снял комнату на день и попросил отправить слугу на почтовую станцию за лошадью, пообещав щедрую награду, если ему выберут доброго коня. Отказавшись от предложенного обеда, барон поднялся в номер на третьем этаже, откуда не выходил до наступления вечера.

Спустившись в обеденную залу, человек расплатился за комнату и приобретенную на станции кобылу. Барон собирался выехать немедленно, хотя хозяин «Веселого Марка» отговаривал его от столь позднего путешествия. Дорога была небезопасной, поскольку в округе разбойничали беглые рабы. Стоило переждать до утра и отправиться с торговым караваном или в дормезе, охраняемом магом. Сославшись на срочность своего дела, барон быстро покинул постоялый двор.

Отъехав от гостиницы, человек направил лошадь по дороге, ведущей к Эквилистону. Однако целью назвавшегося бароном Тешвальдом была не столица Эквилидора.

Апостол Инглар следовал в Школу Магии.

Если на запад от Пофримия вытянулась голая равнина, то на востоке раскинулась лесистая долина, в которой до сих пор водились древние духи. Они, может, и не застали эру титанов, но наблюдали за войной богов и убогов и видели самые разные народы, населявшие правый берег Эскадота задолго до того, как человеческая раса стала господствующей в Серединных землях. Этих духов нельзя было назвать дружелюбными, но они никогда не трогали тех, кто проезжал через их владения, не покушаясь при этом на их свободу и территории. Куда опаснее древних созданий были существа из плоти и крови – отнюдь не живущие инстинктами звери и нечисть, а обладающие разумом смертные.

Горизонт полностью проглотил солнце, когда за крутым поворотом путь Апостолу неожиданно преградил повалившийся набок фургон с лежащим рядом тяжеловозом. Инглар натянул поводья, останавливая лошадь, бросил настороженный взгляд на обступивших воз смертных. Они не походили на разбойников, да и не действуют так разбойники. Лихой люд валит дерево поперек дороги и не показывается вплоть до того момента, когда засвистят стрелы и зашипят огнешары.

Трое людей в кожаных доспехах, у каждого на поясе короткий меч. Шрамы на лице, короткие стрижки, татуировки разных вольных отрядов на щеках. Судя по виду – наемники.

Позади солдат удачи стоял смертный, какого редко встретишь в Эквилидоре. Белые волосы, слегка светящиеся синим цветом глаза, нос почти не выражен, безгубый рот. Высокий тайкеши в просторном плаще опирался на трость, походившую на вампирский гворд, только крупнее.

Рядом с ним застыл драуга из Черного Рода – похожий на ставшую на задние лапы жабу, ростом с гнома, с доходящими до колен мускулистыми руками и приспособленными к огромным прыжкам мощными ногами. В руках он держал громадную секиру.

В сторонке от фургона лежала связанная по рукам и ногам молодая девушка в простом холщовом хитоне, точеным лицом и раскосыми глазами похожая на дриаду. Ее били, но аккуратно. Не стоило наносить вред стоящему больших денег товару.

Несмотря на сумерки, Апостол разглядел на плаще тайкеши метку охотника на беглых рабов.

А еще Инглар увидел, что ни на плечах, ни на кистях дриады не было рабского клейма, которое обязательно наносилось на всех эквилидорских невольников при покупке.

Охотники молча смотрели на Апостола. Он ловил их заинтересованные взгляды на серебряном поясе, дозволенном в Роланском Союзе для ношения баронам и виконтам, на дорожной сумке, на выглядывающем из-под плаща мече и особенно – на кобыле.

Ничего не говоря, Инглар пустил лошадь по краю дороги, объезжая повозку и мертвого, как он определил по запаху, тяжеловоза. У коня в четырех местах небольшими сосновыми ветками, все еще торчавшими из ран, была насквозь пробита шея.

Стоило Апостолу объехать фургон и отъехать от него на несколько метров, как драуга бросил секиру ему в спину. Жаболицый все хорошо рассчитал – Инглар не успевал ни пригнуться, ни послать лошадь галопом. Вот только драуга и представить не мог, что из воздуха прямо позади всадника появится бледная девушка со сверкающими алым светом глазами и ударом темноэльфийского кастета отобьет секиру в сторону.

Тайкеши распахнул плащ. Взведенный арбалет глянул на неожиданно возникшую смертную и послал стрелу прямо ей в грудь. Но каким бы быстрым ни был бельт, девушка оказалась быстрее. Она просто поймала арбалетную стрелу и, хищно оскалившись, метнула ее обратно. Тайкеши присел, пропустил снаряд над головой.

– Gea he! – приказал он.

На секунду заколебавшиеся наемники выхватили мечи и рванулись к девушке. Она хохотнула и бросилась им навстречу, игнорируя драугу, вытащившего еще одну секиру и подбирающегося к ней сбоку. Однако перед жаболицым из ниоткуда возникла бледная хрупкая девушка с короткими каштановыми волосами, в куртке и просторных шароварах. Из ее рук вырвались цепи, захлестнули ноги драуги. Жаболицый подпрыгнул, намереваясь лишить противницу цепей, но та с недюжинной силой рванула их на себя. Грохнувшийся на дорогу драуга с такой силой ударился головой о землю, что его череп раскололся.

Наемники не видели смерти своего товарища. Впрочем, они довольно скоро составили ему компанию. Двигаясь легко и грациозно, словно танцуя, та девушка, которая появилась первой, увернулась от выпадов мечей и нанесла каждому из противников по одному удару в горло.

Тайкеши не стал дожидаться, когда воительницы доберутся до него. Прошипев ругательство, он стремительно побежал в лес по правую сторону дороги и скрылся между соснами и елями в считаные мгновения. Из воздуха появился еще один смертный, на этот раз короткостриженый темноволосый парень. Принюхавшись, он без труда определил, куда направился беглец, и поспешил следом за ним.

Иукена приказала не дать уйти тайкеши, и Лиррон Тааш Сайкеу намеревался выполнить распоряжение командира.

К удивлению упыря, ему пришлось постараться, чтобы догнать синеглазого. В скорости и выносливости тот почти не уступал Живущему в Ночи. Пускай Лиррон не прибегал к трансформе, но он был Высшим упырем, к тому же Гением Крови. Тайкеши вряд ли являлся обычным смертным, раз смог удивить его.

Так и оказалось.

Осознав, что ему не оторваться от преследователя, синеглазый остановился возле густых зарослей боярышника у подножия низкого холма. Лиррон не стал скрываться и подкрадываться, вышел прямо на тайкеши. Тот внимательно следил за Живущим в Ночи, готовясь в любой момент провернуть ручку гворда, высвобождая трехгранный зазубренный клинок.

Первая ошибка. Когда твой враг Гений Крови, оружие должно быть готово к бою.

Тайкеши сбросил плащ, остался в одном безрукавном камзоле и коротких штанах. По мнению Лиррона, синеглазому лучше было использовать плащ как отвлекающее средство, но он отлично понял, зачем тайкеши его снял.

Покрывавшая правое плечо татуировка слабо светилась во мгле ночного леса. Змея обвила меч, распахнув пасть над острием. Символ Школы Меча. Знак тех, кого зовут Мечеными.

Лиррон усмехнулся.

Вторая ошибка. Еще более глупая, чем первая.

– Мы можем разойтись с миром, – произнес тайкеши на всеобщем языке. – Сражение между нами ни к чему не приведет.

– Надо было думать об этом до того, как вы решили обзавестись имуществом одинокого путника, – хмыкнул Лиррон. – Нет, ну честное слово, мы же не на Островах Блаженных, где можно жить, ни о чем не думая. Если кто-то по ночам странствует в одиночку, то вряд ли он такой же простой, как стилос. Он ведь вам и слова не сказал. Хотя, как по мне, с похитителями свободных стоит поговорить. – Сайкеу осклабился. – На языке оружия – единственном языке, который понимают андраподисты вроде тебя.

– Это бессмысленно. Ты видишь мою татуировку? Знаешь, что она означает?

– Вижу. – Сайкеу пожал плечами. – Знаю. Ну и что?

– Ты что, не понимаешь? – изумился синеглазый. – Я – Меченый! Тебе это ни о чем не говорит?

– Меченый-размеченный, – усмехнулся упырь. – Я же сказал, что знаю, что означает твоя татуировка. Вот только ты, очевидно, и не думаешь, что я действительно знаю. А я знаю, что если изображен короткий гладий, то ты всего лишь обычный выпускник Школы Меча. Великий воин, но не величайший. Наставляющие Школы зовут таких Мечущими. А вот если изображен полуторный бастард, то ты проходил особые тренировки Наставляющих и Мастеров, обучавших тайным техникам Школы. Величайший воин. Лучший из лучших. Таких Наставляющие зовут Мечеными. Но если ладонь и плечо украшает двуручный клеймор – значит, тебя тренировала вся пентада Мастеров под руководством Архимастера, и тебе были открыты техники, именуемые в Школе божественными. Совершенный воин. Абсолютный воитель. Таких Наставляющие зовут Меченосцами.