Читаем без скачивания Тени безумия - Юрий Пашковский

Прыгнул – и наткнулся на третий хвост, сброшенный нечистью еще в начале схватки. После третьего десятилетия жизни куролиски обзаводились дополнительным хвостом в каждые последующие десять лет существования, и Герман, хвалившийся глубоким знанием классического ведьмачьего труда «Нежить и нечисть. Способы убиения и предотвращения», позорно позабыл об этом весьма важном в бою с кокатриксом факте.

Острое, как наконечник копья, жало с сероватым сиянием чар разложения вырвалось из земли, устремляясь к горлу молодого Магистра. Волшебник вскинул навстречу руки, пытаясь отбить хвост Кулаком Ветра или защититься Воздушным Щитом. Жало оказалось проворнее, да и незавершенная Цепь Молний мешала новым мыслеформам, затормаживая ноэзис.

Герман вскрикнул, подался назад и уткнулся спиной в валун, из надежного прикрытия превратившийся в смертельную западню. Жало куролиска сверкнуло возле горла чародея – так сверкает ночью, отражая свет звезд, кинжал убийцы, подкараулившего свою жертву.

Ахнула Злата, и Уолт, поморщившись, снял каскад заклинаний с тренировочной комнаты. Сухая потрескавшаяся земля, бурые камни, засохшие деревья, разъяренно шипящая нечисть, клинок жала у горла Германа – полисенситивная иллюзия с эффектом полного присутствия расползлась октариновыми полосами с бело-серебристыми искорками в стоящие по углам шестисторонней площадки артефакты, содержащие в себе многочисленные модели территорий, чудовищ и ситуаций. Этот артефакторий – совокупность усиливающих воздействия артефактов – создал Дзугабан Духар Фаштамед, основатель Школы Магии. Он сконструировал сложную систему динамики, взаимовлияния, направления векторов, притяжения, отталкивания и других отображений физических сил посредством формы измерения временных интервалов. Попросту говоря, создал каждый из шести магических объектов в виде той или иной разновидности часов.

Солнечные часы в форме гномона – вертикального обелиска, увитого дальневосточными иероглифами, со шкалой, нанесенной на полу, – заведовали временем суток и погодными условиями в иллюзии и, несмотря на закрытость тренировочного помещения и отсутствие в нем окон, серебристая тень от гномона подвижной лунной дорожкой постоянно указывала на угловую высоту солнца. До малейших деталей формировали местность водяные часы, точная копия знаменитых клепсидр Ксетибия из древнего Архэ[10], не считая того, что вода в них поступала не извне, а вырабатывалась магией из воздуха. Миниатюрная башня в противоположном от гидрологиума углу на самом деле являлась механическими часами с магической символикой всех четырех древних Подгорных народов – гномов, карликов, кобольдов и кумбхандов. Делений на циферблате не было, механизм не показывал время, а изменял структуру территории. Самостоятельно переворачивающиеся песочные часы с порошком из черного мрамора, пересыпающегося из сосуда в сосуд не струей, а знаками северных рун, отвечали за появление в определенный момент существа или объекта. В лампе из глины сгоревший фитиль восстанавливался сам, а масло, иссякнув, выделялось со стенок светильника; эти огненные часы, покрытые по бокам пиктограммами народов юго-запада Серединных земель, контролировали силу и мощь созданий и объектов, используемых при тренировке.

Всей композицией артефактов и порождаемыми ими магическими фантомами управляла астрария – астрономические часы. Трехъярусная конструкция, чудо магической и инженерной мысли, указывала не только час дня, но и день недели, месяц, год, фазы Луны, небесные явления, приливы и отливы, даты магических и религиозных праздников. Механические фигуры Воплощений Элементалей на нижнем ярусе каждые четверть часа приходили в движение: Орел Небес поводил крыльями, Барах Вулканов шевелил телами, Акула Морей открывала и закрывала челюсти, Грифон Гор вставал на задние лапы, Змей Рек покачивал чешуйчатым телом, Кабан Лесов топорщил щетину, Червь Почвы расползался на несколько частей и соединялся обратно, Слон Джунглей вскидывал хобот. Циферблат на втором ярусе имел модули для отсчета и показа часов, недели, месяца и года, располагались циферблаты концентрическими кругами: сначала указывался год, затем месяц, после день недели, последним шел указатель часов и минут. На третьем ярусе в виде сферы располагались механизмы всех остальных приспособлений, чье устройство хитроумным образом использовало одни и те же стрелки сразу в нескольких модулях, при этом каждый показывал точные данные. Астрария координировала все артефакты тренировочной комнаты, творя неотличимую от реальности иллюзию, способную обмануть даже опытного психомага.

Изначально иллюзориум использовался для подготовки наемных магов-убийц, и Дзугабан потратил немало средств и Силы для возведения имагинативного артефактория, до сих пор непревзойденного, дабы предоставить своим ученикам наилучший полигон для отработки навыков боя в смертельных ситуациях. Когда сильные мира сего перестали интересоваться специфическими услугами Фаштамеда, маг забросил обучение наемников, построил Школу Магии и стал готовить чародеев из сыновей нобилей и зажиточных горожан. Об иллюзориуме забыли на несколько столетий – до момента, когда седьмой Архиректор создал кафедру боевой магии.

Артефакторий Дзугабана использовали для практических занятий со студентами, выбравшими с первого курса профессией или с пятого специализацией боевую магию. Кураторы групп, наблюдая за подотчетными им группами, принимали решение, насколько молодые чародеи готовы к реальным испытаниям, после чего начинались тренировки на полигонах Ничьей земли и даже экспедиции в слои Первого Круга Нижних Реальностей.

Куратор группы «Василиск» Уолт Намина Ракура принял однозначное решение – не доросли еще юные Магистры ни до Тайкоры, ни до пятнадцатого слоя Первого Круга.

– Итак, все вы стали свидетелями… чего? Кто мне скажет? – Уолт внимательно обвел взглядом претендующих на получение звания боевого мага юношей и девушек. Вампир Рой задумчиво почесал затылок. Окраинка Злата старательно рассматривала потолок, словно там были даны ответы на все животрепещущие вопросы бытия. Близнецы Махмуд, Махмид и Махмад из Маудовской Абарии дружно, в унисон, сопели. Орк Шраст вообще прикидывался спящим.

Тагбиирка Мария, черноволосая смуглая девушка, в свете тусклых магических светильников комнаты выглядевшая вообще темнокожей, словно уроженка Укеми, решилась нарушить затянувшееся молчание первой.

– Мы стали свидетелями неудачных действий Германа? – рискнула предположить она.

– Мы стали свидетелями глупых, полностью бессмысленных, ведущих к смерти действий Германа, – поправил ее Уолт. – Рой, скажи мне, какие основные ошибки совершил Герман?

Вампир был умен не по годам, но демонстрировать свой ум не любил, приходилось чуть ли не силой выколачивать проблески интеллекта из рыжеволосого Чистого, проявившего совершенно непривычную для своего народа склонность к магии Стихий и Начал и потому отосланного в Школу на обучение.

Рой посмотрел на бредущего к одногруппникам с другого конца иллюзориума приунывшего гластирца и нехотя ответил:

– Во-первых… э-э-э… он сразу начал атаковать существо вместо того, чтобы… э-э-э… предварительно поставить Барьер или подготовить Печать на случай неудачи первого… э-э-э… удара. Во-вторых, он позволил существу войти с ним в ближний бой… э-э-э… что для него, не защищенного Щитом, представляло несомненную угрозу… э-э-э… так как существо физически сильнее и быстрее него. В-третьих… э-э-э… он неправильно оценил класс и возможности существа. Э-э-э… вот основные ошибки Германа, наставник.

– Верно, Рой. Небольшое уточнение. Неправильно оцененный класс нечисти, нежити или убоговской креатуры является первой и главной ошибкой Германа. Именно потому он безрассудно, не подготовившись, атаковал. И, как вы все видели, – проиграл. Кстати, Злата, что общего между твоим проигрышем драконасу, проигрышем Роя гидре и проигрышем Германа куролиску?

– Мы не смогли разобраться с нечистью на дальней дистанции, подпустили ее слишком близко и не нашли подходящего укрытия для продолжения дистанционных атак, наставник Ракура. – Злата, как всегда, отвечала быстро и четко, не то что Рой, любящий растянуть каждое слово и чуть ли не пожевать его, смакуя.

– Ты согласен, Шраст? – поинтересовался Уолт у орка.

– Та шо там можна согласить мене? – лениво приоткрыл правый глаз Темный, чей клан обитал на стратегически выгодных Диких равнинах перед Золотой горой Великой гряды, постоянно воюя с гномами, краснолюдами, своими собратьями из Восточных степей и легионами Черной империи – и постоянно одерживая вверх над каждым врагом. – Вот як бы и говорити она верно, но кривду одержуем у результати. Отож каждый видеть, як оно было. А было оно так: нихто думку не подумал добрым клинком тварюку угостить. Хотя зрели же усяк, як я секирой волшебной ее глушанул, а потом уже и простой волшбою угостил. Вот думка моя, наставник.