Скифы были не единым народом, а группой народов, совместно освоивших Сев. Причерноморье. Геродот передает несколько их племенных этнонимов: авхаты, катиары, траспии, паралаты, но говорит, что их обобщенное самоназвание было иным: "Общее название всех скифов, по имени царя их, сколоты". Интересно, что многие славяне и гораздо позже сохраняли схожие этнонимы. Готский историк Иордан упоминает по отношению к ним название «сполы», Прокопий Кесарийский «споры». На западе их называли «склавины», у арабов и в Средней Азии «сакалиба». Вероятно, от «сколотов» произошло и название реки Оскол. Академик Б. А. Рыбаков считал сколотов праславянами, хотя почему-то относил это имя не ко всем скифам, а к какой-то их части (почему — совершенно непонятно, ведь в данном случае Геродот высказался однозначно: "…название всех скифов"). Что же касается собственно скифов, в племенном, а не «государственном» смысле, то и они именовались несколько иначе. Их самоназвание было «сак», а привычное нам «скиф» — либо множественное число от этого этнонима, либо искажение, греческое или даже праславянское.
Первоначальный толчок, приведший к переселению народов, и в частности к приходу скифов в Причерноморье, дали предки хуннов. В Х в. до н. э. в Китае образовалась сильная и агрессивная империя Чжоу, и в связи с этим кочевые племена были вынуждены переселиться подальше от ее границ — с южной окраины пустыни Гоби на северную. Здесь пришельцы ассимилировали с автохтонным населением, и возник народ хунну, который, окрепнув, принялся завоевывать себе жизненное пространство. А уж дальше пошел "принцип домино" — хунны потеснили соседей, те — своих соседей и т. д. Это согласуется с рассказом Геродота о том, что первоначальный толчок к цепочке переселений дали таинственные «аримаспы», живущие где-то на краю Земли. «Аримаспы» в переводе с иранских языков — "друзья лошадей", что вполне согласуется с обычаями гуннов. К тому же, все греческие авторы представляют их «одноглазыми», вероятно, исказив таким образом информацию об их узком разрезе глаз, поскольку с тюркскими народами им сталкиваться еще не приходилось.
Представляется любопытным, что дата перехода хуннов через Гоби была уточнена с помощью методов радиоуглеродного анализа С. И. Руденко в 1960-х годах, а связь хуннского этногенеза с переселениями других народов, вплоть до скифов, доказал Л. Н. Гумилев лишь в 80-х годах (см. "Тысячелетие вокруг Каспия". Баку, 1991). Но в текстах "Велесовой Книги", находка которой, напомним, относится к 1919 г., а первые публикации и переводы — к 1955–1959 гг., прямо указано: "А после Богумира был Арий с сынами. А когда гунны затеяли великую войну за образование своей великой земли, мы ушли вон оттуда на Русь" (II, 10). Этот пример можно считать одним из ярких доказательств подлинности древних текстов. Кроме того, археологические открытия П. К. Козлова и С. И. Руденко показали, что среди предметов искусства, найденных в могильниках хуннов, господствует скифский "звериный стиль", причем близкий именно искусству причерноморских скифов, а не согдов или других среднеазиатских народов, тоже пользовавшихся "звериным стилем" для изготовления своих украшений. Отсюда видно, что некогда эти два народа обитали где-то поблизости. А значит, прародиной славян по "скифской линии" действительно могло быть среднеазиатское Семиречье, юго-восточный Казахстан.
Общим прародителем скифских народов считался, по Геродоту, Таргитай. Б. А. Рыбаков показал значительное сходство фигуры Таргитая с греческим и малоазиатским Аполлоном — Таргелием и славянским Тархом — Дажьбогом. И в "Слове о полку Игореве", и в "Велесовой Книге" русичи именуются "Дажьбожьими внуками". Можно указать и на сходство имен «Таргитай» — «Арий». Тем более, что главными святынями скифов Геродот называет упавшие с неба золотые реликвии: плуг, ярмо, секиру и чашу. А слово «Арий» переводится как «пахарь» — оно родственно слову «орать». Но Арий, хотя и частично слился у Геродота с образом Таргитая, был не общим, а тоже племенным прародителем, одним из нескольких потомков Тарха — Дажьбога. Возможно, четыре указанных святыни были символами четырех главных народов, составивших скифский союз.
Первым царем Великой Скифии у Геродота назван Колаксай, который стал обладателем небесных реликвии, "поэтому старшие братья согласились уступить младшему все царство". То же самое имя встречается в "Велесовой Книге", хотя причина его избрания на царство указана более земная. "И крови много там лилось оттого, что была распря великая за посевы и пашни по обе стороны от Дона и до гор Русских, и до пастбищ карпатских. И там они начали рядить и выбрали Кола, и был он для них царем, а также он отпор врагам творил… И после стояла земля та пятьсот лет…" (I, 6а). Приставка к имени «ксай» в иранских языках означала «вождь», "царь". А скифское государство просуществовало действительно около 500 лет.
Другие известные нам данные о скифах тоже соответствуют славянской предыстории и текстам "Велесовой Книги". Их прародиной в официальной-исторической традиции принято считать Среднюю Азию, юг Сибири или Урала, откуда их вытеснили родственные массагеты. Около VIII в. до н. э. они из Поволжья пришли в Сев. Причерноморье, заняв земли, ранее принадлежащие киммерийцам. А затем часть скифов двинулись на юг, в Закавказье. Согласно Геродоту, они отправились преследовать киммерийцев, но это лишь легенда — в Переднюю Азию пришли они гораздо позже предшественников, причем совсем другим путем: не по восточному- берегу Черного моря, а по западному берегу Каспия. Да и весь ход событий показывает, что в ходе переселений скифы просто пытались завоевать более богатые и плодородные места. Ведь в I тысячелетии до н. э. климат еще оставался более влажным и холодным, чем сейчас. Например, античные авторы неоднократно упоминают, что зимой замерзали Дунай и Керченский пролив, Геродот пишет о частых дождях и туманах в Скифии. Многие пересохшие или пересыхающие сейчас реки в его время были полноводными, поэтому некоторые реки Причерноморья, названные им, теперь даже не удается локализовать. Он сообщал, также об озерах, из которых якобы вытекали Днестр и Южный Буг, — и это считалось ошибкой, пока следы таких озер не были действительно обнаружены в Винницкой обл. А о большом озере в "стране будинов", "где ловят выдр, бобров и других животных" историки и археологи долго ломали голову, строя самые разнообразные версии, пока следы существования огромного озера не были найдены под Харьковом.
Заняв территорию нынешнего Южного Азербайджана, скифы обрушились на Мидию. Они применяли ту же конно-стрелковую тактику, что и киммерийцы, которой на Востоке еще не знали и противостоять ей не умели. К тому же, скифы ввели еще одно новшество в военном деле — усовершенствованный тип стрел с граненым бронзовым наконечником со втулкой, что значительно повышало эффективность стрельбы. И, как сообщает Геродот, "здесь мидийцы, вступив со скифами в бой и потерпев поражение в битве, лишились власти, а скифы завладели всей Азией". Впрочем, от былого могущества "царства Миттани" к VIII в. до н. э. остались одни воспоминания, и оно давно уже зависело от Ассирии, Даже официальным государственным языком служил уже не арийский, а хурритский, и правили страной чужеземные ставленники. Так что вести серьезной войны против мидийского народа скифам не пришлось. Судя по некоторым упоминаниям в переписке того времени, после первых же поражений царь Миттани попросту бежал к своим ассирийским хозяевам, бросив страну на произвол судьбы (см., напр., Великовский И. "Рамзес Второй и его время". Ростов-на-Дону, 1997). А со многими из местных племен у скифов, наоборот, сложились вполне нормальные отношения. В прошлой главе уже приводился пример, что в армянском, языке их этноним «ска» преобразовался в уважительное обозначение героя и витязя. Да и для мидян они первоначально стали освободителями, а не завоевателями: воспользовавшись скифскими победами и бегством своих марионеточных правителей, в 673 г. до н. э. Мидия восстала и вышла из-под власти Ассирии, А скифы, захватив часть территорий Восточного Закавказья, миднйскпх и ассирийских земель, основали здесь свое "царство Ишкуза".
Вероятно, как раз об этом периоде идет речь в одном из эпизодов "Велесовой Книги": "И тогда князь единый повел своих людей на полдень — отец Арий повел их в кран морской. И была там сушь великая и пустыня. И пошли они в горы, и там поселились на полвека, и собрали большую конницу, прежде чем идти в края чужие. И в тех краях воины встали на их тропе, и вызывали на бой и были разбиты, И так они пошли дальше и увидели теплые земли…" (III, 26) — как видим, здесь тоже отмечается, что края, где скифы поселились "на полвека" еще не были для них «чужими». Поэтому они имели возможность набрать "большую конницу" и из местных союзников, Но для большинства государств Передней Азии вторжение киммерийцев и скифов оказалось таким же бедствием, как для Европы IV–V веков — нашествие готов и гуннов. И точно гак же оно опрокинуло весь этот регион.
