Читаем без скачивания Экспедиция инженера Ларина - Михаил Белов

Ларин, беседуя с Сигачёвым, наблюдал за движением на палубе через задний иллюминатор штурвальной рубки.

— Мой совет вам — выспаться, — говорил он Сигачёву. — А завтра утром начнём разведку в прибрежных водах. Краб должен быть ещё там. Чёрт возьми, вот это великан! — вдруг воскликнул он, увидев на стропе грузовой стрелы сетку с крабом. — Пойдёмте посмотрим.

Возле обитателя моря в окружении матросов с рулеткой в руке уже хлопотала Поленова. Краб оказался норовистым и никак не хотел вытянуть ноги. Наконец удалось их измерить. Длина ног в размахе была равна трём с половиною метрам.

— Весу в нём больше пуда, — авторитетно заявил боцман.

Матросы расступились и пропустили в круг Ларина и Сигачёва.

— Василий Михайлович, — Саша умоляюще посмотрела на Ларина, — я его возьму в свою коллекцию.

— Да куда его, такого верзилу! В башню его не сунешь.

— В трюм, — просила Саша. — Немного накачаю воды туда, и он будет жить. Такая редкая находка для науки.

— Брось, Саша, — сказал Вершинин, появляясь на палубе. — Из него тётя Паша великолепных котлет нажарит. Вот это будет действительно находка…

— Надо отпустить его в море. Пусть живёт, — предложил Володя Данилов, робко посмотрев на Ларина.

— В море? Зачем? — удивился Сигачёв.

— Жалко, — смущённо ответил Данилов и зарделся.

— Эх, Данилов, Данилов, всех-то вы жалеете, — с улыбкой сказал Ларин и, обращаясь к Саше, добавил: — В трюме, Александра Николаевна, краб и трёх дней не проживёт — задохнётся. Раз владелец краба за котлеты, я не возражаю.

Матросы одобрительно зашумели.

— Значит, крабы тут есть? — с надеждой спросил Сигачёв, показывая длинными пальцами себе под ноги.

— Вот его одного встретили.

Сигачев как-то сразу обмяк и посерел лицом. Ларину стало искренне жаль его.

— Не отчаивайтесь, — сказал он. — Не всё ещё потеряно.

— Может быть, — вяло отозвался Сигачёв и, чуть ссутулясь, зашагал прочь.

Ларин, кажется, сейчас только понял Сигачёва и пожалел, что наговорил ему под горячую руку оскорбительных и несправедливых слов.

…Погода портилась. Над морем стоял такой густой туман, что целыми днями не видно было солнца. Потом ветер рвал туман в клочья и гнал на север, открывая серое, в белых барашках море. Через день-другой море опять укрывалось туманом, более плотным, чем прежде.

Ещё четверо суток «Ураган» плавал в поисках крабов. Как и предвидел Ларин, обнаружили их в прибрежных водах. Лов возобновился. Каждое утро мотоботы покидали Колпаково и возвращались лишь поздно ночью.

Сигачёв больше не сутулился. Сияющий и возбуждённый, он с утра до вечера пропадал в цехах консервного завода или на катере носился от одного мотобота к другому. Однажды он выскочил из плотной пелены тумана и чуть не врезался в «Ураган». Катер сделал крутой поворот, сбавил обороты двигателя. Сигачев изумился, увидев, как из моря лебёдкой поднимают громадные оцинкованные баки с крабами. Он перепрыгнул на трап, бегом поднялся на траулер и свистнул от удивления. Палуба была завалена крупными крабами. Ларина он застал в каюте. Василий Михайлович пригласил его к столу и налил кофе. Сигачёв решительно отодвинул стакан, пытливо посмотрел на Ларина.

— Рассказывайте, — попросил он.

— Что рассказывать-то?

— Про крабы. Как ловите?

Ларин усмехнулся:

— Так и быть, поделюсь с вами своей мечтой. Вы уже видели наши лёгкие гидрокостюмы. Представьте себе такую картину, морское дно. Сумрак. Тишина. По песку, перебирая ножками, неслышно ползут крабы. Тысячи крабов. Вдруг появляются подводные краболовы. Специальными сачками они начинают лов. Наполнив небольшие бачки, плывут на сдаточный пункт, ссыпают добычу в громадную цистерну и опять спешат на крабовые поля. Где-то в стороне стоит плавучий крабоконсервный завод, а к нему отовсюду везут цистерны с драгоценным сырьём.

— Заманчивая картина, — засмеялся Сигачёв, придвигая к себе остывший кофе. — Вы думаете эту картину увидеть не только в мечтах, но и наяву?

Ларин кивнул головой и продолжал:

— Обработка крабов, как вы знаете, полностью механизирована. А добыча? Не мне вам говорить… — Ларин махнул рукой. — А вот гидрокостюмы могли бы, мне думается, решить и проблему добычи.

— Знаете что, я полезу в море, — вдруг сказал Сигачёв.

Ларин невольно засмеялся: он не ожидал от Сигачёва такой прыти.

— Это не так-то просто. Вы должны показаться нашему судовому врачу. Кроме того, без тренировки плавать на глубинах небезопасно.

— Ерунда! Я здоров, как бык. Мне бы только взглянуть на ваших краболовов. Стоящее это дело?

Чтобы отвлечь Сигачёва от ненужной затеи, Ларин сказал:

— Камчатка, как вам известно, занимает первое место в мире по добыче крабов. Сырьевые ресурсы у нас громадные, но придёт время, когда надо будет подумать и о воспроизводстве запасов. Вот вы спуститесь однажды на морское дно, — шутливо продолжал он, — и перед вами ворота, а на воротах надпись: «Краборазводный завод. Лов запрещён».

— Это вроде беляевского фантастического совхоза под водой, что ли? — усмехнулся Сигачёв. — Когда-нибудь, может, так и будет. А сейчас нужен краб. Меня убедил не столько ваш рассказ, сколько улов на палубе «Урагана». Я хочу заглянуть в море.

Ларину понравилась настойчивость представителя совнархоза — одного из руководителей крабовой промышленности Камчатки. «Если Сигачёв заинтересуется костюмами „ЛЛ-3“, — размышлял он, — то наверняка они быстрее поступят на вооружение краболовов. Рискнём».

— Приходите завтра утром, и мы с вами спустимся в море, — сказал он.

— Завтра мне некогда. Сейчас.

Минут через тридцать они в гидрокостюмах вышли на палубу. Сигачев подошёл к борту и глянул вниз. Он не умел плавать и никогда не прыгал с вышки, но желание повидать краболовов было, очевидно, так велико. что он, не раздумывая, бросился в воду. Но погружаться почему-то не стал, а упорно барахтался и лез на поверхность. Ларин нырнул и утянул его с собой вглубь. Увидев дно моря, Сигачев стал на ноги и, подпрыгивая, пошёл вперёд. Лврин догнал его и знаками приказал принять горизонтальное положение.

Они подплыли к краболовам. По дну двигался косяк крабов. Они шли сплошной массой, и у Сигачёва заблестели глаза. Богатство! Соболев и Поленова, лёжа в воде, сачками ловили крупных крабов. Попросив у Поленовой сачок, Сигачёв занялся промыслом. Дело это нехитрое, не то, что подстрелить рыбу из гарпунного ружья, но всё же требует быстроты и сноровки. Сигачёву охота понравилась, работал он с азартом и скоро наполнил бачок крабами.