— Г-громко, — простонал он. — Слишком громко!
Откуда у них столько сигнальных ракет и осветительных огней? Или это магия? Нет. Я не раз слышал запуск сигнальных патронов, даже сам использовал. Черт!
Внезапно щит впитал пятнадцать фер. Я вынул из кармана простой алмид и поглотил ману. Сейчас не время экономить.
Откуда, где? Из-за свечения сложно было разглядеть что-то в более темных местах, среди деревьев, за гранью малинового света. Но атаковавший должен был меня как-то заметить.
Я активировал радар-паутину, затратив двадцать фер, и не прогадал. Что-то задело нить на два часа, и я сразу же упал на землю, потянув и мальчишку за собой. Над головой тут же пронесся ветер, зашумев впереди листьями, трескающимися ветками.
Мы подорвались и снова побежали.
Следующие двадцать минут, не меньше, мы падали, поднимались и снова бежали. Не всегда магия была адресована нам, но радар срабатывал, и я реагировал.
Наконец, мы чудом выбрались из высветленной красным дымом зоны. В носоглотке першило, глаза болели. Лица и руки исцарапаны ветками, камнями, из-за почти слепого побега.
К этому времени стало совсем темно, и теперь Ночные Свидетели играли большую роль, периодически пробиваясь через зелень деревьев. Мы притаились в тени и слушали ночь. Паутина уже перестала работать, но я не спешил активировать ее снова. Их больше, и наверняка есть тот, кто сканирует местность постоянно.
Нас точно пытались взять в кольцо, но брали наугад, ориентируясь, скорее всего, по найденным трупам и следам. Стреляли по движению. Рискованно, можно и по своим попасть, но видимо, для кого-то этот нюанс не существенен. Но как? Как на нас вышли в первый раз?
"Слепок маны, — ответил я на свой же вопрос. — Для политических игр ничего не стоит раздобыть слепок этого парнишки и с помощью Следа выйти на него".
Фойре сейчас лежал лицом в землю и пытался отдышаться, вяло шевеля коротким хвостом.
Но оставался вопрос — почему нас брали наугад. Почему не показали численное превосходство, объявившись, как те двое? Может, остереглись показаться на глаза? Как вариант. Но ведь могли попасть по парню, а он нужен им живым, судя по всему. Или с ними целитель, который не даст ему умереть, ведь ничего сверхмощного я не почувствовал.
"Или нас целенаправленно загоняли в нужное место, как животных при охоте", — подумал я, и в груди похолодело.
Дернул мальчишку фойре за плечо и показал на уши, мол, слушай. Детали лица было сложно различить, но нахмурившиеся брови я заметил. Я приставил ладони лодочкой, показывая точнее, что имею в виду. Он кивнул и принялся крутить головой. Медвежьи локаторы завертелись.
Спустя минуту, он указал на двенадцать и три часа, еще неуверенно на семь. Это могли быть ночные животные, ведь неумеющий бегать и прятаться фойре вряд ли умеет различать топот и прочий шум. Но если нет, на нас снова выходят, и коли мы оказались в том месте, куда нас гнали, бежать дальше смысла мало. Но нужно что-то решать.
Где-то я слышал, что когда тебя берут в кольцо, лучше не ждать, когда оно сомкнется, а найти слабое звено и разорвать цепочку. И уж тем более нельзя двигаться туда, где "пусто". Но если это предусмотрено? Если они учли, что мы будем думать именно так?
Я решил рискнуть, надеясь на не слишком продуманную стратегию наемников и указав направление фойре, мы выдвинулись.
В какой стороне сейчас Титану, я уже не мог понять, и после всех этих пробежек придется ориентироваться только по тропам, а там спрашивать у встречных. Но это потом, а сейчас нужно выбраться из ловушки и продержаться до утра.
И где носит Сеару! Хотя, было столько шума и вони, что она могла испугаться и запутаться. Или не могла?
Если ее убили или как-то навредили, я ведь не смогу смотреть в глаза Дереку. Оправдываться тем, что она не вовремя уходит на охоту, глупо, ведь я, по идее, хозяин, и должен контролировать время ее кормления. Так делали Саманта и Дерек. Сеара никогда при них не ходила в самоволку, а только по команде, и время суток в этом случае не играли роль. Бывали случаи, когда Сеара голодала больше суток, но никогда не ослушивалась и не сбегала.
Глава 24
Глава 24
Нирай указывал, куда смещается шум, который слышал только он сам, и я сильно надеялся, что парень все-таки понял, что шелест листьев не в счет.
Ночной лес был заново опасным и диким. Помимо нападавших, нас могли атаковать хищники и не только ради еды, а от испуга. Шум был знатный.
Мы притаились между широким стволом лиственницы и кустарником с дикой ягодой. Нирай указал вперед, показав, что шум близко. Замерли. Шаги стали слышны и мне. Медленные, но не аккуратные. Тот, кто шел, не знает, как ходить по лесу. Как и я, впрочем.
Сначала показалась тень, затем из тени проявилось лицо женщины. Крупная, плечистая, с наложенной на тетиву стрелой. Охотники умеют не шуметь, значит — наемница и не шибко опытная.
Я выждал, пока она поравняется с нами, затем резко подорвался и хорошенько впечатал по челюсти. Она успела увидеть меня и даже дернуть оружием, перед тем как отключиться. Затащил бессознательное тело в наше укромное местечко и обшарил.
Два простых алмида, хилф, пара золотых. Негусто.
Фойре смотрел то на меня, опытно работающего по карманам, то на нее.
— А вы всегда грабите? — спросил он, удрученно, шепотом.
— Это не грабеж, а конфискация в целях выживания. Когда выберемся, я обязательно пришлю благодарное письмо и верну позаимствованное, — так же шепотом ответил я, почесав щетину на шее.
— Серьезно? — удивился он.
Я закатил глаза и кивнул, не став уточнять, что он идиот. Как можно остаться таким наивным после всего этого? Вместо этого указал ему слушать окружение, на что он согласно кивнул и завертел ушами.
Высвободив пару стягивающих легкий дублет шнурков, я связал пленнице руки и ноги. Заткнул оторванной от ее же рубашки тряпкой рот. Растормошил. Она медленно подняла веки,
