Читаем без скачивания Драконы моря - Андрей Посняков

— Так у них есть и весла? — обернувшись, спросил молодой человек Спросил просто так лишь бы поддержать разговор, в надежде вызнать еще что-нибудь интересное.

— Конечно есть, — тряхнув рыжей шевелюрой, презрительно расхохотался парень, — Римляне повсюду таскают с собой весла: мало ли пригодятся. А вот сейчас не пригодятся! Никак! Клянусь древними богами, тебе несказанно повезло, новичок чувствую, добыча сегодня будет богатой! Давно уже не попадался такой корабль!

— На нем должно быть немало охраны, — остудил собеседника пленник. Или… уже не пленник? Матрос?

— Немало. Но мы же сильнее! И бьемся, как волки! Одинокое судно, даже такое большое, как это, — наша добыча!

Александр непроизвольно поджал губы. С чего бы это одинокому судну так спокойно, без всякого конвоя, фланировать в кишащих пиратами водах? Бери — не хочу! Бесплатный сыр…

— Что ты говоришь, друже?

— Говорю, бесплатный сыр только в мышеловках бывает!

— Хм… что-то я не возьму в толк — а при чем тут сыр?

Да-а… Сашка покачал головой: тяжелый случай.

— Вообще-то, я сыр люблю…

— Я тоже, дружище Эрлоин. Мировой закусон, особенно под красненькое.

На носу судна возник Тибальд. В развевающемся за спиной красном плаще, в чешуйчатых — лорика скуамата — доспехах, в сверкающем округлом шлеме с широким наносником, он напоминал сейчас варяжского ярла.

Часть воинов с мечами и копьями, в таких же доспехах столпились за хевдингом. Другая часть, вооруженная луками, дротиками и абордажными крючьями, укрылась за вывешенными по бортам щитами. Подскакивая на волнах, словно дрожа от нетерпения, «Золотой бык» стремительно приближался к жертве. Вот Тибальд вытащил из ножен меч, обернулся:

— Спустить парус… Весла на воду!

И тотчас же помощник кормщика ударил коротким мечом о звенящий медный диск, задавая темп гребле. Саша чуть замешкался и тут же получил валиком заднего весла в спину — не зевай! Быстро поднялся, ухватил весло за специальную скобу и погрузил в воду одновременно со всеми. Не особенно-то и сложно, греб ведь когда-то на шлюпках, призовые места занимал…

Уфф! Только вот брызги… И волны! И парусный корабль! И снова — щемящая радость!

— Пригнись!

С керкура полетели стрелы. Попасть с качающейся палубы в другой корабль достаточно сложно, но, исполняя команду хевдинга, гребцы разом пригнулись.

Следующего залпа не последовало: «Золотой бык» содрогнулся всем корпусом, врезавшись тяжелым тараном в борт торгового судна. Послышался треск, и, подняв голову, Саша увидел, как Тибальд и последовавшие за ним воины тучей хлынули на керкур.

И в устах разбойников и пенителей моря звучали не христианские молитвы, а имена древних жестоких богов:

— Донар! Водан! Тюр!

С этим кличем разбойники ворвались на палубу несчастного корабля, сокрушая на своем пути все и всех. Стоны раненых, звон мечей и свистящий в ослабевших снастях ветер слились в симфонию боя.

Пленник скосил глаза. Эх! Эрлоин так и рвался в битву, даже вытащил из-за пояса нож. Однако никуда не бежал, как и прочие гребцы. Видать, они должны были еще понадобиться и, зная это, сидели и ждали, держа наготове весла.

С кормы керкура вдруг повалил густой черный дым. Сеча не прекращалась, но видно уже было, что нападавшие теснят купцов и команду, сбрасывая в воду убитых и раненых. Вот уже кто-то принялся рубить мачту устрашающих размеров секирой.

Хевдинг Тибальд появился внезапно — перепрыгнул на ют «Золотого быка» с лицом, черным от копоти и сажи.

— Весла назад!

Тут же зазвенел диск.

Вспенившие волны лопасти весел, подняв буруны, резко бросили судно обратно.

— Разворот! Левый борт — табань!

Развернулись лихо, так никакой шлюпке не удастся.

— Поднять мачты! Паруса на рей!

Это уже распоряжался кормчий, высоченный дядька с худым смуглым лицом и недобрым взглядом. Тибальд давал указания вернувшимся на борт воинам.

Вернулись, впрочем, не все. И почему вернулись? Ведь победа была уже так близка!

Не переставая грести, Александр обернулся: на корме керкура не было видно пламени. Но откуда тогда дым? Густой, черный — откуда? Неправильный вопрос, правильный — зачем? А затем, чтоб подать кому-то условный знак… Кому? А вон они — чужие серые паруса! Уже можно было разглядеть шесть вражеских кораблей, преследующих судно Тибальда. Так вот почему хевдинг вернул своих людей с керкура! Вовремя заметил опасность.

Уйдем? «Золотой бык» — ходкое судно. Но таран наверняка поврежден от удара. Да и пока поднимали мачты и паруса, ловили ветер, потеряли драгоценное время. Задающий темп гребле диск звучал все чаще, вот уже и паруса наполнились ветром, судно пошло ощутимо быстрее. Настолько быстро, что теперь гребцы стали мешать и была получена команда сушить весла. Что Сашка с большим удовольствием и выполнил: запыхался с непривычки. Впрочем, не он один — с Эрлоина пот тоже лил ручьями… или то была соленая морская водица?

— Паруса долой!

Что за нелепость? Что, Орестус Тибальд сошел с ума и хочет принять бой с преследователями?

Так и есть — хочет! Только не с преследователями: впереди показался скалистый остров или мыс, из-за которого, словно почуявшие добычу гиены, выскочили еще три узких приземистых судна, сугубо гребных или тоже с опущенными мачтами.

— Хильперик, мхх, — гнусно выругался Тибальд — Это все его штучки. Нам от них не уйти. К бою! Лучники — на борта. Гребцы — бросить весла.

Вражеские суда уже зажали «Золотой бык» в клещи так, что не вырвешься. Да-а…

Александр усмехнулся: этот лихой пират оказался заложником собственной самонадеянности и, можно даже сказать, глупости. Ну надо же, польстился на одинокое судно. Показали детинушке игрушку, он за ней и побежал! Что ж теперь, погибать по его милости? А похоже, не было иного выхода! Черт…

Сашка снова поймал себя на том, что рассуждает сейчас в категориях того времени, о котором говорил антиквар. Четыреста тридцать восьмой год, пираты… А это, видать, конкуренты, и, похоже, не горят желанием договориться.

Пленник повернул голову:

— Что это за суда, Эрлоин?

— Хильперик— коротко пояснил алан, — Флот Бонифация.

— Ого? — Александр решил показать знакомство с местными реалиями — Что, наместник все ж таки решился показать зубы?

— Наместник — одно… Хильперик… О, этот хитрый черт пестует флот для себя! Говорят, он сильно поссорился с Гейзерихом, королем вандалов. Но я не верю! Впрочем, и те и другие — наши враги. Здесь все враги.

— Да-да, вот именно!

Бросив весло, Эрлоин взобрался на палубу и оглянулся:

— Ну? Что ты тянешь?

— Цепь!

— Цепь? Хевдинг! Хевдинг!

Александр скривился: все понятно — никак нельзя освобождать пленника без санкции отца-командира. Даже в таких экстремальных условиях.

— Тибальд!

Немного покричав, Эрлоин умчался выполнять приказ какого-то хмурого бородача в серебристом шлеме — десятника, или как он там у них назывался. Тибальд тоже был занят подготовкой обороны: расставлял метателей дротиков и лучников. Всяк был занят своим делом, и до пленника не оказалось дела никому. Погибнет, и черт с ним. А погибнуть — раз плюнуть! Не достанет вражеская стрела, так срубит голову меч или пойдешь ко дну вместе с тонущим судном. Или сгоришь в пламени пожарища, если противники решат поджечь «Золотой бык». В общем, хрен редьки не слаще. Четыреста тридцать восьмой год, что поделать?

Между тем вражеские корабли сошлись, сдавили корпус судна Тибальда, третий ударил тараном. А позади поспешали еще шесть галей.

На этот раз военное счастье изменило Тибальду Теперь он уже не атаковал, а защищался. Враги наседали, врываясь на обреченную галею со всех сторон. На носу уже кипела схватка, звенели мечи, раненые и убитые падали в воду, поднимая пенные брызги.

Несколько вражеских воинов в коротких туниках перепрыгнули на постис — брус, к которому крепились уключины. Им навстречу полетели стрелы. Трое со стоном упали в воду, но их сотоварищи все прибывали и прибывали. Сюда же, к постису, к банкам гребцов и сложенным веслам, вылетел, кипя злобой и ненавистью, здоровяк Видибальд — косматый детина с огромной двойной секирой в руках. На первый взгляд не очень-то удобная штука, того и смотри, чтоб не зацепить самого себя, однако в умелых руках — оружие страшной силы. Что и показывал сейчас Видибальд, с воем круша врагов направо и налево:

— У-у-у-у!!! Хэк! Хэк! Да проклянет вас Донар и Святая Дева!

Поначалу все происходившее казалось для впавшего в некий ступор Саши кошмарным сном, чем-то ненастоящим, вроде киносъемок. Вот так же весело звенели мечи, кричали и ругались актеры, каскадеры прыгали с корабля на корабль, некоторые из них, не долетая, с восторгом падали в море. И как славно лилась бутафорская кровь! Александр невольно поискал глазами камеру: может быть, она установлена на каком-нибудь катере, его сейчас не видно… или нет — конечно же, на этом ют скалистом островке, у которого, собственно, и разворачивалось морское сражение.