– Помогает знакомство с нужным судьей.
– Он не убивал ни этих ребятишек, ни Колтрена.
– Вы же сами на него указали.
– Как на одну из возможностей. Речь шла об убийстве пяти человек, и я не могла себе позволить что-либо упустить.
Она встала.
– Ладно, будь по-вашему. Это были вампиры, и я понятия не имею, почему сбежал Магнус Бувье. Но все равно применение магии против сотрудников полиции есть правонарушение.
– Даже если он не виновен в преступлении, в котором его обвиняли изначально?
– Противоправное применение магии само по себе преступление, миз Блейк. Выписан ордер на его арест, и не забывайте этого, если с ним увидитесь.
– Я знаю, что Магнус не овечка, детектив Фримонт. Не знаю, зачем ему было убегать, но если вы сообщите, что он применил магию против копов, кто-нибудь его пристрелит.
– Он опасен, миз Блейк.
– Как и многие другие, детектив. Но вы же их за это не арестовываете.
Она кивнула.
– У всех у нас свои предрассудки, миз Блейк, и многих из нас они заставляют ошибаться. Теперь мы хотя бы знаем, чья это работа.
– Да, – ответила я. – Это мы знаем.
– Вам известно время, когда было похищено тело девушки? – спросила она, вытаскивая из кармана блокнот. – Итак, к делу.
Я покачала головой:
– Нет. Я поднялась посмотреть, и его уже не было.
– Почему вы решили посмотреть?
Я подняла глаза. Взор Фримонт был доброжелателен и непроницаем.
– Они очень старались сделать ее членом своего сообщества. Я решила, что после всех трудов они могли ее похитить. Так и оказалось.
– Отец поднимает шум, что он просил вас ее пронзить до того, как вы ушли на охоту. Это правда?
Она говорила негромким деловитым голосом, но ответы слушала очень внимательно. В отличие от Дольфа она мало записывала – казалось, блокнот ей нужен, только чтобы вертеть в руках. Я наконец увидела Фримонт за работой. Она знала свое дело, и это успокаивало.
– Да, это правда.
– Почему вы не пронзили девушку по требованию родителей?
– Был у меня клиент, вдовец. Его единственная дочь погибла от укуса вампира. Он хотел, чтобы ее пронзили. Я это выполнила в ту же ночь. Наутро он рыдал у меня в кабинете и просил все исправить. Он хотел, чтобы его дочь вернулась вампиром. – Я откинулась на диване, обхватив себя руками. – Если вогнать в сердце вампа кол, он будет мертв навеки.
– Я думала, что для верности им еще отрезают голову, – сказала Фримонт.
– Так и есть, – ответила я. – Если бы я пронзила дочь Квинленов, я бы вынула ей сердце и отрезала голову. Мало бы что осталось.
Она что-то записала в блокноте – я не видела что. Но могла поспорить, что это не слово, а закорючка.
– Я понимаю ваше желание подождать, но мистер Квинлен говорит, что будет подавать на вас в суд.
– Да, понимаю.
Фримонт приподняла брови.
– Я только хотела, чтобы вы знали.
– Спасибо.
– Мы еще пока не нашли тела мальчика, – сообщила она.
– Вряд ли найдете, – заметила я.
Ее глаза перестали быть доброжелательными – они сощурились и сделались подозрительными.
– Почему так?
– Если бы они хотели его убить, они могли бы сделать это здесь и сегодня. Я думаю, они хотят превратить его в вампира.
– Зачем?
Я пожала плечами:
– Не знаю. Но обычно, когда вампир проявляет такой особый интерес к какой-нибудь семье, для этого есть причина.
– Вы хотите сказать – мотив?
Я кивнула:
– Квинленов вы видели. Они добрые католики. Церковь считает вампиризм самоубийством. Их дети будут вечно прокляты, если станут вампирами.
– Хуже убийства, – заметила она.
– Для Квинленов – да.
– Как вы полагаете, вампиры вернутся за родителями?
Я на минуту задумалась.
– Честно говоря, не знаю. Понимаете, до легализации вампиров бывали случаи, когда какой-нибудь Мастер истреблял целую семью. Иногда сперва подружившись с ней, иногда – как месть за какую-нибудь мелочь. Но с тех пор как они легализовались, я не знаю, зачем бы этому вампу такое понадобилось. Сейчас вампир мог бы просто потащить их в суд. Только что могли такое сделать Квинлены?
Тут дверь открылась. Фримонт повернулась с мрачным выражением лица. В дверях стояли двое. Оба в темных костюмах, с темными галстуками, в белых рубашках. Стандартная одежда федералов. Один – приземистый и белобрысый, другой высокий и темноволосый. Уже одно это должно было бы заставить их выглядеть по-разному, но было в них что-то глубоко схожее – как у пирожков, слепленных одним автоматом, как бы их потом по-разному ни пропекали.
Коротышка махнул перед нами удостоверением.
– Я – специальный агент Брэдфорд, а это агент Элвуд. Кто из вас детектив Фримонт?
Фримонт подошла к ним, протягивая руку. Показывая, что не вооружена и настроена дружелюбно. Молодец, так и надо.
– Я детектив Фримонт. А это Анита Блейк.
Я оценила, что меня включили в представление, и подошла к группе.
Брэдфорд посмотрел на меня долгим взглядом. Достаточно долгим, чтобы подействовать на нервы.
– Вам что-нибудь не нравится, агент Брэдфорд?
Он покачал головой:
– Я слушал лекции сержанта Сторра в Квантико. По его рассказам, вы казались больше. – Он улыбался полудружелюбно-полуснисходительно.
Много ядовитых слов вертелось у меня на языке, но не надо соревноваться с федеральным агентом, кто кого выведет из себя. Наверняка проиграете.
– Простите, что разочаровала вас.
– Мы уже говорили с полицейским Уоллесом. По его словам, вы тоже кажетесь больше.
Я пожала плечами:
– Трудно казаться меньше.
Он улыбнулся.
– Нам хотелось бы поговорить с детективом Фримонт наедине, миз Блейк. Но не уходите далеко; нам понадобятся показания ваши и вашего помощника, мистера Киркланда.
– Разумеется.
– Я лично сняла показания миз Блейк, – заявила Фримонт. – Не думаю, что она сегодня еще будет нам нужна.
Брэдфорд посмотрел на нее пристально.
– Наверное, об этом лучше судить мне.
– Если бы миз Блейк сообщила мне, когда здесь было всего одно тело, не погибли бы еще два полисмена и одно гражданское лицо, – сказала Фримонт.
Я только глянула на нее. Кому-то должны будут припечь задницу, и Фримонт не хочет, чтобы ей. Что ж, ладно.
– И пропавшего мальчика не забудьте, – сказала я. Все обернулись ко мне. – Вы хотите начать поиски виновных? Ладно, тут есть на кого что свалить. Если бы вы не прогнали меня раньше, я могла бы позвонить прямо вам, а так я вызвала полицию штата. Если бы вы доложили начальству то, что я вам сказала, они бы связали оба случая, и вы бы все равно здесь оказались.
– У меня хватило бы людей, чтобы защитить дом, – сказала Фримонт. – И обошлось бы без жертв.
Я кивнула:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
