и тупой моськой. Да она уже сейчас легко умертвит средних размеров городок! А потом воскресит и снова заставит сдохнуть! Странная идея, прямо скажем. Между тем исповедь продолжалась:
— Но есть и весьма хорошие новости! Я договорилась с Орланом о твоих отношениях с Мангустовым! — сердце девушки пропустило удар, и она задержала дыхание, сама не замечая это. — Правда, детей вам придётся делить между тотемами, в зависимости от способностей. А всё остальное я смогу обеспечить. Я знаю людей нужных, купим твоему мальчику княжеский титул. В общем, всё решаемо, если интересны подробности, после расскажу.
— Тёть, — перебила её княжна. — Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Я хоть молодая и наивная, почти глупая, но не настолько. Скажи прямо, кому я должна продать душу, чтобы это стало правдой? Чего конкретно ты от меня хочешь?
— Растёшь, девочка моя, — горько усмехнулись на той стороне трубки. — Всего две вещи, которые тебя не напрягут. Оставаться верной Орлану, это нормально, многие пары нашего уровня так поступают. Ну, и слегка помочь в войне, если что-то пойдёт не так, и нашему роду будет грозить уничтожение. Я постараюсь вырулить сама, но, всякое бывает.
— Я согласна! — не раздумывая выпалила девушка, а Надежда исполнила жест «рука-лицо». Глядя на это, Наташа добавила. — Но, у меня тоже будет пара условий, которые я озвучу завтра. Договорились?
— Конечно, моя девочка, — голос был актёрски искренним. — Как же я рада, что ты нашлась. Мы всё решим, обещаю тебе!
Мобилет погас, сообщая о разрыве связи. Надежда, что сдерживала дыхание, с шумом выдохнула и чуть ли не заорала:
— Ты с ума сошла? В подобной ситуации ты ей нужна больше, чем она тебе! Впрочем, она тебе вообще не нужна, а ты услышала про Андрюху и поплыла. Ты же сейчас что угодно можешь, пока эта старуха с молодым личиком в цейтноте и нокауте! Ты у неё что угодно стребовать сможешь!
— Людей жалко, — тихонько пробормотала девушка, и её подруга сбилась со своей красивой речи. — Я уже знаю, что такое смерть. Знаю, как умирают тысячи. И какое горе это доставляет выжившим. А родовая война — это всегда потери. Огромные. С обеих сторон. Людей, которые ни в чём не виноваты. Точнее, виноваты, но только в том, что подчиняются мудакам, которым на них срать. Я не леди сейчас, да? А мне плевать! Так вот, этих простых людей мне жалко!
— Наташ, Наташ, — затараторила Коброва. — Да ты что, милая, я же не про это говорила. Я про то, что ты именно эту старую дрянь могла прогнуть. Наоборот, чтобы людям легче было. И я не только про войну. Ты же можешь власть себе забрать прямо сейчас, у тебя права все есть. И она прогнётся, она жить хочет. А дальше ты устраиваешь жизни людей так, как правильно, как считаешь нужным!
— Ох, Коброва, и змеюка ты, — слабо улыбнулась девушка. — Но ты заставила меня задуматься, твои резоны достаточно веские. В любом случае, у меня есть время до завтра. И кстати, у нас вино шипучее греется и выдыхается. Налью?
Где-то под Краснодаром, огромный особняк,
обнесённый высоченной каменной стеной.
Хозяин ходил по комнате. Слишком давно у него не было подобных физических нагрузок. Это немыслимо! Операция, спланированная с особой тщательностью, пошла через жо… зад, короче.
Бутылка коньяка, стоящая на столике, была распечатана угодливыми слугами, но не тронута. Что являлось по истине небывалым, уникальным случаем.
Наконец, тяжело дышащий от серьёзной для него нагрузки мужчина остановился и уставился в пол.
«Свин, как мне быть?», — вопросил он мысленно. — «Война привлечёт ненужное внимание, но и спускать подобное невозможно, иначе остальные почувствуют мою слабость! А главное, перестанут бояться».
— Действуй, — раздался отовсюду голос, заставив вибрировать на столе тарелочку с лаймом. — Ты мыслишь правильно, я одобряю. Сильный может быть только один, и мы идём в этом направлении. Уже скоро!
Очень толстый мужчина в экстазе упал на колени и ударился лбом в пол. Его божество редко баловало его визитами и ответами. Но он делал всё, чтобы его бог был им доволен. В принципе, Свин и научил его, как можно контролировать это стадо. Которое, как в этом случае, иногда отбивалось от рук. А значит, его надо покарать!
Уже совершенно спокойный, он подошёл к журнальному столику и плеснул себе коньяка из легендарной коллекции. Он хотел вкусить его уже лет десять, но только вчера ему доставили три бутылочки. За баснословные деньги.
* * *
Когда я очнулся, я почувствовал, что всё моё лицо испачкано в чём-то жирном. Открыв глаза, я увидел ту самую толстую повариху, которая в этот самый момент тащила к моему рту очередную ложку каши. В которой, похоже, я и был изгваздан.
Уже сознательно я открыл рот, взял вкусное варево и тут меня накрыло. Выхватив ложку и отобрав довольно большую миску, я стал закидывать в себя довольно вкусную похлёбку, напомнившую мне военные сборы из прошлого мира.
Да, гречка с тушёнкой. Чисто русское блюдо. Мало того, что почти нигде в мире не едят гречку, так и с тушёнкой её мешают в основном полевые кухни моей родины. При всём при этом, прямо перед тем, как меня убили, цена на этот никому в мире ненужный продукт внезапно выросла почти втрое. Вот ведь, умеют в бизнес через панику. Кстати, тоже неплохо бы изучить и, возможно, использовать.
Миска опустела минуты за три, но передо мной уже стояла вторая. А ласковый голос толстой поварихи уточнил:
— Господин, может за стол? Мы приготовили вам. И остальная еда там. Пойдёмте, ваше сиятельство?
А чего же не пойти? Схватив вторую миску и не забывая черпать из неё кашу, я двинулся вслед за поварихой. Она не обманула. Обычный стол, полностью очищенный от всего, что используют на кухне, две миски на нём, парящие невозможно соблазнительным запахом, и с десяток огромных кастрюль по периметру. Просто рай в моём текущем состоянии.
Отбросив вторую пустую миску, я плюхнулся на простую деревянную лавку, хватаясь за третью огромную посудину. И в этот момент меня снова накрыли чужие и даже чуждые воспоминания.
Где-то, когда-то, очень много лет назад
— Запомни, внук! — вещал старый и даже немного облезлый кот котёнку. — Рано или поздно перед тобой станет выбор. Попробовать прорываться на третий уровень, или, как все мы,
