задумывалась об этом. — Ты её всё равно потеряешь! Она клялась уйти из рода, только получив его, лишь бы быть вместе с Мангустовым.
— С Мангустом я договорюсь, дети будут пополам делиться, как вариант. Это не Свин! С ним дел иметь нельзя. Да и ваши тупые сословные различия палки в колёса им ставить будут. Короче, смертная, ты поняла мой посыл? Свинье девушку не отдавать, и мне глубоко всё равно на твои проблемы. Иначе у твоего рода будет новый правитель! А то и покровитель! Она! Мне! Нужна!
Облака резко скакнули вверх, скрыв Орлана от взора княгини в молочном тумане. Вытянув руку, она не увидела и кончиков пальцев. Но, почему-то она не возвращалась домой, как бывало раньше. Кончиками пальцев она ощупала землю рядом, чтобы не свалиться с небольшой скалистой площадки, и, совсем не по-княжески, уселась задницей на тонкий слой неизвестной растительности, похожей на мох.
И вот что ей делать? Её жизнь закончилась. На кой хрен ей сдалась эта девка, разрушившая всё? Знать бы наперёд! Теперь её точно ждёт родовая война. Минимум с одной семьёй, но, скорее всего, это будут три рода. И выстоять шансов достаточно мало.
Хотя против своего божества женщина не была готова идти вообще. Так что, как только она вернётся в обычный мир, она свяжется со Свинякиным и расскажет ему всё, включая требование бога. Шансов на то, что он поверит и поймёт, практически не было, но это было её обязанностью. И будь что будет! Денег у неё действительно много, наймёт армию. Или две. Пусть нападают, щенки эти. Выкрутится, не впервой!
— Осознала? — раздался клёкот сверху. — Молодец! Теперь можешь идти домой!
Туман растаял, я княгиня оказалась в своём вагоне в ванной с новомодным гидромассажем, от которого она нереально кайфовала во всех смыслах. Хлебнув воды, она резко села и принялась откашливаться, позабыв об оргазме. Не до такой ерунды сейчас.
Выйдя из воды, всё ещё покашливая, она одела халатик, даже не смыв пену и не вытерев воду и тут же схватила телефон. Ответили ей быстро.
— Прости, свадьбы с Натальей не будет, мне Орлан запретил, — не дослушав приветствия, нервно выпалила она в трубку. — Что значит какой? Бог мой, вот какой. Он ей зачем-то нужен!
Она долго слушала ответ, краснея от гнева и беспомощности. Наконец, не выдержав, перебила:
— Да мне теперь плевать! Я труп в любом случае! Задолбал ты меня, делай, что хочешь, но я от своей позиции не отступлюсь! Я скорее её Мангустову сосватаю, понял? Выкладывай в газеты, доводи до элиты каждому лично, мне плевать! Срать просто!
Девушка со всей силы бросила трубку в стену, но элитный аппарат выдержал такое с собой обращение. А она сама плюхнулась на кровать вниз симпатичным личиком и разрыдалась. Слёзы постепенно приносили облегчение, но не уверенность в завтрашнем дне.
* * *
После разговора я снова спустился вниз, в малую столовую. Там уже был накрыт настоящий пир на весь мир. Я поморщился. Обидно вот так переводить настоящие произведения кулинарного искусства, я всё равно не почувствую вкуса. В прошлый раз я очнулся, когда еда просто кончилась. Живот требовательно заурчал.
— Коль, — склонился я к довольному пареньку. — Мне нужна просто еда. Не напрягай поваров. Просто тонны еды. Это может быть хлеб, пустая картошка. Не напрягай кухарок и поваров. У меня болезнь, понимаешь? Я не оценю этой красоты.
Парень недоумённо захлопал глазами и выдал:
— Но ведь это вкусно! У меня самого полный рот слюны, хоть и сыт. Да и на остальных посмотри!
— Отлично, — тихонько ему на ухо сказал я. — скомандуй поварам сварить просто с десяток вёдер каши. Вкусной, но обычной. И варить каждый час. Мне сейчас пойдёт.
После чего обратился ко всем присутствующим:
— Добро пожаловать за стол! Думаю, вы все проголодались? Приятного аппетита!
Желудок был категорически против, меня даже начало слегка пошатывать от слабости. Шесть часов, говорите? Да я часа не выдержу!
Где-то, когда-то, очень много лет назад
Третьим симбионтом у крохотного котёнка был мамонт. Ну, или зверь, максимально на него похожий. Бивни, хобот, шерсть, размер. Только пропорции другие, мне незнакомые. Это был чуть ли не первый случай симбиотических отношений с данным видом в истории. И котёнок сделал это! Но ему опять не повезло.
Хотя, в отличие от ранних симбионтов, огромный зверь мог общаться не только на уровне эмоций, он был почти разумен. Уже в старости мамонт признался в любви. Котёнок был на седьмом небе от счастья. Проблем с травоядным животным в плане еды возникнуть было не должно. Подумаешь, поработал бы пару недель комбайном. Вроде всё должно было получиться.
Но, после главного вопроса о подтверждении, обязательном для старта эволюции, старичок рухнул, забился в конвульсиях и издох.
После были сотни лет депрессии, малыш посчитал, что сама судьба против его возвышения. Он принципиально игнорировал все формы жизни. Хотя регулярно выходил на охоту, но не пытался войти в симбиоз. Пока не встретил группу совершенно незнакомых созданий, стоящих и ходящих на двух задних лапах!
Одно из этих чудных зверей попыталось его пнуть, и тогда он решился! Оказалось, что на этих существах, поверх их шерсти, которой, кстати, почти не было, они носили какую-то непонятную одежду, как он выяснил позже. Но ему удалось на остатках сил проникнуть через преграду и раствориться в теле.
К его огромному удивлению, существо оказалось разумным, хоть местами и тупеньким. Но оно общалось, мыслило! И дало ему первую эволюцию. В итоге, они подружились. И котёнок впервые сам почувствовал, что такое любовь, это было удивительное ощущение, волшебное и волнующее.
А вот существо практически того же вида, но тоже эволюционирующее, могло дать ему последнюю возможность провести легендарный прорыв. Да, был огромный шанс, что они оба погибнут. Сдохнут. Но котейка верил своему новому напарнику. Этот — выдержит! Ну, или нет…
От автора: о Котёнке и Правнуке можно узнать из цикла «Системный правнук». https://author.today/work/207847
Глава 16
Я смотрел, как мои друзья и знакомые рассаживаются вокруг шикарно накрытого стола и мне хотелось выть. Есть хотелось невероятно. Даже не есть, жрать! Но я прекрасно осознавал, что это будет перевод продуктов и стараний поваров.
И потому я схватил одну ногу какого-то средних размеров животного, типа барана или козы и принялся срывать мясо. Я старался, чтобы это не выглядело ужасно, но, судя
