Долгое время они стояли и молча смотрели друг на друга. Двое мужчин, которые некогда были ближе, чем братья, и чьи пути настолько разошлись. Годы не пощадили сэра Роберта. Вблизи он выглядел гораздо старше своих лет, а в лице появилась суровость, как у человека, сильно побитого жизнью. Он больше походил на отца того Роберта, которого некогда знал принц Руперт. Хок не мог не задуматься: не изменился ли и он сам так же сильно?
— Мы находимся здесь по поручению принца Руперта и принцессы Джулии, — осторожно начал Хок. — И располагаем поддержкой вашей королевы. Вы бросаете им вызов?
— Необязательно, — ответил сэр Роберт. — Не прямо сейчас. Сколько веревочке не виться, конец один. Но будьте осторожны, капитаны. Здесь происходит многое, о чем вы не подозреваете. Здесь секреты кроются внутри загадок, да и правда у всех разная. Не каждый и не всегда является тем, чем кажется.
Хок и Фишер переглянулись. Не намек ли это на узнавание? В лице сэра Роберта определенно ничто не предполагало, что он узнал Руперта и Джулию. Как ни странно, Хок испытал почти разочарование. Как мог Роб Хок настолько его забыть — после всего, что они пережили вместе?
Сэр Вивиан выступил вперед и смерил сэра Роберта ледяным взглядом:
— Похоже, вам не мало известно об этой запутанной ситуации, ландграф. Возможно, вы окажете нам любезность и предложите собственный способ расследования?
Сэр Роберт пожал плечами:
— Вам известно мое отношение к этому делу. Я не делал из него секрета. Единственный способ докопаться до правды, — это допросить под заклятием правды каждого, от самых высших до самых низших.
— На это уйдут месяцы, — отрезал сэр Вивиан. — И, кроме того, это нанесет смертельное оскорбление всем тем представителям благородного сословия, которые дали слово, что ничего не знают о смерти короля Харальда, и поклялись в том своим именем, честью и кровью. И потом, кому вы доверили бы управлять таким заклятием? Магусу? Как будто вы не в курсе, что ему никто не доверяет полностью — ни при дворе, ни за его пределами. Шаману с его знаменитыми предрассудками? А может, какой-нибудь выбранной наугад ведьме из Академии? Нет, учитывая обстоятельства кончины его величества, колдунам доверять расследование нельзя. Мне, как и всем изучавшим это дело, ясно: убийство короля не обошлось без использования магии. Другим путем убийце было не миновать моих гвардейцев и Магусовых щитов. Нет, в первую очередь следует арестовать всех находящихся в данное время в замке магов и подвергнуть их всех допросу под заклятием правды.
— Любой волшебник, кому хватило могущества пройти мимо Магусовых барьеров, без труда стряхнет с себя заклятие правды, — терпеливо разъяснил сэр Роберт. — И, кроме того, магия слишком глубоко проникла в нашу жизнь. Замок и страна просто не в состоянии функционировать без волшебников. Мы не можем позволить себе вступить с ними в открытый конфликт. Гораздо полезнее было бы допросить с пристрастием всех ваших проштрафившихся гвардейцев. Они продолжают клятвенно уверять, будто ничего не видели и не слышали в момент убийства короля, хотя находились прямо за дверями комнаты, когда оно произошло! Мы всегда можем заменить их более независимыми представителями наших вооруженных сил.
— Верьте наемникам, если хотите, — бросил сэр Вивиан. — Впрочем, ваша преданность трону всегда была, по меньшей мере, сомнительна. Мои люди останутся. Они единственные, кто знает замок и его обитателей достаточно хорошо, чтобы иметь возможность досконально расследовать это дело.
— Как всегда, мы с вами остаемся при противоположных мнениях, — заметил сэр Роберт. — Старое против нового.
— Честь против практицизма, — возразил сэр Вивиан.
— Почему бы не перейти сразу к сути вопроса? — предложил сэр Роберт. — Король, как это ни печально, умер, и нам представляется уникальный шанс изменить всю нашу политическую систему. Мы можем сместить монархию, которая служит только себе самой, и заменить ее демократическим правительством, которое служило бы народу.
— Король Харальд при жизни был категорически против решительных перемен, — подчеркнул сэр Вивиан. — А я поддерживаю то, что осталось от его семьи. Ваши слова, однако, все больше и больше звучат, как мотив к убийству. Вы устали ждать перемен и решили самостоятельно начать процесс, убив Харальда?
Теперь уже оба — и сэр Вивиан, и сэр Роберт схватились за рукояти мечей, воздух накалился в предчувствии неминуемого столкновения. Гвардейцы быстро вышли вперед, чтобы поддержать своего командира — и столь же быстро от толпы отделились придворные с суровыми лицами, чтобы встать рядом с сэром Робертом.
Тут королева Фелиция откашлялась. Все остановились и повернулись к ней.
— Харальд никогда и никому не позволял входить к нему в тронный зал при оружии, — холодно проговорила она. — Подобные вспышки взаимного раздражения объясняют почему. Сэр квестор!
Чанс шагнул вперед.
— Да, ваше величество?
— Вы по-прежнему служите трону и вашей королеве?
— Да, ваше величество.
— Тогда окажите нам любезность — убейте первого идиота, который вытащит меч.
— С восторгом, ваше величество.
Огромная двуглавая секира тут же оказалась у Аллена в руках. Он держал тяжеленный топор с такой легкостью, словно тот ничего не весил. Хок с пронзительным узнаванием отметил присущую покойному сэру Чэмпиону холодную улыбку убийцы на губах Чанса. Чаппи стоял рядом с другом, шерсть пса встала дыбом. Зверь громко рычал. Все очень старательно убрали руки прочь от оружия, включая сэра Роберта и сэра Вивиана. Чанс медленно кивнул:
— Так-то лучше. Видите, как приятно проявлять благоразумие? Всем успокоиться и быстро! Или то, что от вас останется, придется убирать веником.
— Как типично для монархии — разрешить дискуссию угрозой насилия, — спокойно заметил сэр Роберт. — Очередной признак того, насколько интеллектуально убога ее позиция. Возьмите Хока и Фишер, которые здесь только потому, что Руперт и Джулия отказались вернуться. Что они такое, как не громилы, облеченные минимальной властью? Принц и принцесса знали, что дни монархии сочтены, потому-то и не приехали.
— Чушь собачья! — отрезал Хок. — Просто у них имеются и другие обязательства.
— Ну да, согласился, — сэр Роберт. — Разве вы могли ответить иначе?
— Во всех слышанных мной песнях, — осторожно начал Хок, — принц Руперт являлся вашим другом. Товарищем по оружию. Вы вместе сражались против тьмы, чтобы спасти Лесное королевство. По-вашему, он одобрил бы то, что вы делаете сейчас?
