Смелый вызов произвел желанный эффект. Софи подняла глаза и встретилась взглядом с маркизом. Теперь ее глаза цвета дикого меда казались почти черными.
– А знаешь, все равно я тебя поцелую.
Да, она знала. Ей стоило больших усилий не прильнуть к его губам, когда он наклонил голову. Софи хотелось прижаться к его груди, обхватить его и крепко обнять. Собственно, и сегодняшнее купание состоялось для того, чтобы погасить вспыхнувшее чувство. Она и не думала вновь столкнуться с Истлином, скорее наоборот. Вода должна была немного остудить ее кипящую кровь. Однако результат купания оказался не совсем таким, как она того желала. Маркизу ничего не стоило свести на нет все ее усилия.
Теплые и нежные губы Истлина коснулись ее губ, и Софи почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. Закрытые веки Софи задрожали, и, когда Истлин оторвался от ее губ, она порывисто вдохнула и испугалась. Она пожалела, что отступать уже поздно, проклиная в глубине души свой эгоизм и неблагоразумие.
Ист прижался лбом к ее лбу и прошептал ее имя, почти касаясь губами пылающих губ Софи. Для леди Колли оно прозвучало одновременно и нежно, и оскорбительно. Она сама не смогла бы до конца понять почему.
– Я попросил Тремонта приготовить для меня другую комнату.
– Я не знала. Благодарю вас, - произнесла Софи сдавленным голосом.
– Я поступил так не ради вас, Софи, а потому, что дверь в вашу комнату притягивала бы меня и оказалась бы слишком тяжелым испытанием. Я понял, что не хочу ему подвергаться, - объяснил Истлин.
– Но…
– Я бы не выдержал его, дорогая Софи, вы были бы скомпрометированы, и нам пришлось бы пожениться. Вот и вся правда.
– То есть вы полагаете, я позволила бы себя скомпрометировать?
Истлин удивленно приподнял бровь:
– Рискуя показаться чрезмерно самонадеянным…
Софи уперлась ладонями в грудь Иста и оттолкнула его от себя.
– Дайте мне пройти, милорд.
Тихонько посмеиваясь, Истлин отошел в сторону и освободил ей дорогу.
– Позволю себе заметить, что ваша одежда совсем сухая, - произнес он вслед Софи. - И что у вас с собой нет мокрой одежды. - Истлин и не думал отводить глаза, когда она бросила на него испепеляющий взгляд. - В следующий раз, Софи, когда решите поплавать без одежды, непременно вспомните, что у меня в ванне намного теплее.
***
На следующий день Софи решила, что избегать Истлина глупо. Что толку притворяться, будто она не замечает маркиза, постоянно встречая его повсюду в доме. В обеденном зале она старалась вести себя как обычно и даже обменялась с Истлином несколькими фразами. А вот Тремонт так и не появился, что показалось Софи довольно странным. Однако Истлин объяснил, что у ее дядюшки мигрень.
– Он слишком много выпил вчера за картами, - проговорил Ист, с аппетитом принимаясь за яичницу и не сводя глаз с Софи, которая с рассеянным видом едва прикоснулась к еде. - У вас нет аппетита?
Софи и вправду потеряла аппетит. Но гордость заставила ее храбро проглотить большой кусок яичницы.
– Кажется, Тремонту удалось обыграть вас вчера в вист? - съязвила она.
– Совершенно верно.
– Не похоже, чтобы проигрыш вас сильно расстроил.
– Пока удача на его стороне, - ответил Ист. - Но я еще и не проиграл.
– Я полагаю, вы не собираетесь объяснить, как следует понимать ваши слова, - нахмурилась Софи.
– Нет, не собираюсь, - медленно произнес Истлин.
– А знаете, Тремонт жульничает за карточным столом.
– Знаю. И у него неплохо получается. - Истлин зацепил вилкой тонкий ломтик помидора. - Должен признаться, я немного удивлен, что вам известно о его жульничестве. Вы имеете обыкновение играть с ним?
– Нет. В былые дни он любил поговорить о том, что карты есть порождение дьявола и доброму христианину не подобает предаваться азартным играм. - Софи неожиданно поняла, что разожгла интерес Истлина к разговору. - Отец сказал мне как-то, что Тремонт игрок, - продолжала она уже гораздо сдержаннее. - И еще он предупредил меня, чтобы я ни в коем случае не садилась с ним играть, потому что он мошенничает. Тремонт ни разу не предлагал мне сыграть с ним. Было бы довольно неловко отказывать ему и объяснять, что мне все известно.
– А вы бы действительно осмелились ему сказать? - спросил Истлин.
Софи заколебалась. Одно дело проявить неповиновение воле дядюшки и отказаться выйти замуж за Истлина, и совсем другое - объявить Тремонта мошенником и лицемером.
– Нет, - ответила она наконец. - Пожалуй, я не смогла бы.
Софи не удивилась, когда после ее ответа взгляд Истлина скользнул по ее обнаженным рукам. Короткие пышные рукава простого муслинового платья оставляли ее руки открытыми, и если бы они хранили какие-нибудь следы грубого обращения, то сразу стало бы заметно. Софи сделала вид, что не заметила изучающего взгляда маркиза, и предпочла оставить его без внимания.
– Боюсь, дядя вряд ли получил бы большое удовольствие от игры со мной. Я так давно не держала в руках карт.
– Вы играли в карты с отцом?
– Да, довольно часто, - кивнула Софи.
– Если вам не тяжело говорить об этом, я хотел бы узнать немного больше о вашем отце, - попросил Истлин.
– Вы имеете в виду о том, как он умер?
– Нет, о том, как он жил.
Леди София никак не ожидала, что Ист способен задать ей подобный вопрос, и первым ее порывом было отказаться отвечать. Но не придет ли ему в голову навести справки у Тремонта или Гарольда? И тогда он получит предвзятую информацию. Софи отложила вилку и уронила руки на колени.
– Моя мама умерла, когда мне не исполнилось еще и трех лет, - тихо начала она. - Кое-кто утверждает, что ее убил мой отец. На мой взгляд, правильнее сказать, что он умер вместе с ней. Мама пыталась произвести на свет сына, наследника, но после моего рождения доктора запретили ей иметь детей. Мне известно это не со слов отца, он никогда не говорил со мной о маме. Сведения о родителях мне пришлось собирать по крупицам в течение многих лет. Я беседовала с разными людьми, и прежде всего со слугами, и знаю, что мама действовала не по принуждению, а по собственному выбору. Мой отец очень любил ее. Он винил себя в ее смерти.
Ист удивился, что Софи не воспользовалась предлогом и не отказалась рассказать ему о своем отце, хотя ей явно тяжело говорить об этом.
– Любовь - сложное чувство. - Софи криво усмехнулась. - Никогда не знаешь, что ждет тебя впереди. И исход редко бывает счастливым. После смерти матери отец стал редко бывать в Тремонт-Парке. А если и появлялся, то чаще всего не один. Он приезжал в компании друзей, знакомых и случайных попутчиков. Вы не можете себе представить, какое оживление царило здесь во время его наездов. Все комнаты занимали гости, прислуга сновала туда-сюда, всюду звучал веселый смех. Играли в карты, устраивали всевозможные развлечения, приглашали артистов, музыкантов, поэтов, чтецов, даже гадалок. Танцевали до самого утра. - Внезапно у Софи перехватило дыхание, но она быстро справилась с собой. - Обычно я засыпала где-нибудь на ступеньках или под лестницей. Конечно, я делала вид, что иду спать, но любопытство пересиливало. Папа находил меня в моем укрытии и относил в кровать. Меня никогда не ругали за привычку подглядывать за гостями.
