– Интересно, у всех ваших друзей такой же ровный характер, как у вас? - Софи бросила на него взгляд исподтишка и успела заметить, что ее вопрос явно застал его врасплох.
– А вы действительно считаете, что у меня ровный характер?
– Ну конечно.
Истлин ухмыльнулся:
– Я непременно расскажу о ваших словах Уэсту и остальным. Уверен, они их развлекут, тем более что сами они придерживаются совершенно иного мнения.
– Неужели?
– Думаю, дело в том, что им приходилось видеть меня совсем с другой стороны, нежели вам. В Хэмбрик-Холле мне часто доводилось срывать на ком-нибудь раздражение. - Истлин вспомнил, как Сауту и Уэсту пришлось удерживать его, чтобы он не вцепился в горло Аннет во время приема у Хелмсли. - Друзья говорят, что с тех времен мало что изменилось.
Софи не могла себе такого представить. Ей нередко доводилось испытывать терпение маркиза, но он никогда не выходил из себя.
– И в чем же проявлялся ваш дурной нрав?
– Я дрался. Дрался непрестанно. Практически со всеми. Все свое время. Меня бы непременно исключили, если бы мои родители не употребили все свое влияние. - Заметив, что Софи смотрит на него с подозрением, он со смехом добавил: - Если вы сейчас думаете, что влияние в данном случае означает деньги, то вы совершенно правы. Им пришлось выложить крупную сумму, потому что однажды я случайно нанес своему противнику серьезное увечье.
– Лорду Нортхему? - спросила Софи. - По-моему, у него сломан нос.
– Я здесь совершенно ни при чем. Нос ему сломал Уэст.
Они как раз поравнялись с конюшней, и Софи распорядилась, чтобы им приготовили лошадей. Софи была в платье, поэтому ей пришлось остановить свой выбор на дамском седле. К явному удовольствию Истлина, она извинилась перед Аполлоном за то, что собирается причинить ему подобное неудобство.
– Возможно, он бы и не возражал, если бы я имела побольше опыта, но, к сожалению, в дамском седле я чувствую себя далеко не так уверенно, - пояснила Софи. - Надеюсь, вы собираетесь всего лишь совершить прогулку, как мы договаривались. И речь не идет о гонках наподобие вчерашних.
Истлин заверил ее, что у него нет и тени намерения вновь оказаться побежденным. Затем он обхватил руками талию Софи, легко поднял ее и посадил на лошадь, прежде чем леди Колли успела осознать, что, собственно, происходит. Софи приоткрыла рот от удивления, и Истлину пришлось приложить неимоверные усилия, чтобы не поцеловать ее.
С этой женщиной невозможно сохранить рассудок, подумал Истлин. Когда возникает желание ее поцеловать, то все аргументы против просто утрачивают смысл.
Они выехали из конюшни, и долго двигались молча, пока Истлин наконец не заговорил:
– Я не собираюсь извиняться, Софи.
Леди Колли явно получала удовольствие от прогулки и не обращала особого внимания на маркиза.
– Я и не ждала, что вы извинитесь. Мне хочется насладиться тишиной парка, а не вступать в пустые разговоры.
Истлин в очередной раз поразился способности Софи мгновенно поставить его на место.
– А почему вы так много дрались? - услышал сквозь свои мысли он голос Софи, которая не обращала никакого внимания на его глуповатую улыбку. - Я имею в виду в Хэмбрике.
Итак, они снова вернулись к годам его учебы. Истлин пожалел, что вообще упомянул злополучный Хэмбрик. Ему не хотелось, чтобы Софи так скоро изменила свое мнение о нем, о его «ровном» характере.
– Наверное, потому же, почему дерутся все мальчишки, - не вполне искренне ответил Ист.
Софи удивленно изогнула бровь, всем своим видом давая понять, что ответ ее не удовлетворил.
– Ну хорошо, - неохотно проговорил Истлин. - Иногда бывает нужно защитить свою честь, честь члена семьи или друга. Бывает необходимо ответить на оскорбление, реальное или воображаемое, отмести обвинение или упрек, посчитаться за предательство, за раздувание сплетен и слухов. А еще существуют секретные товарищества и тайные общества, в которые так любят играть мальчишки. В Хэмбрике, например, действовал «Орден епископов».
– «Орден епископов»?
– Довольно жестокая игра.
Софи искоса взглянула на Истлина. Он смотрел прямо перед собой, глубоко задумавшись, и его профиль казался высеченным из камня.
– Вам хотелось стать членом «Ордена»?
– Нет. Никогда. Они стали моими врагами с первого же дня. - Истлин улыбнулся.
– А ваши друзья?
– Вначале мы оказывали сопротивление «Ордену» поодиночке.
Леди Колли и маркиз приблизились к лесу, и Истлин заставил коня идти медленнее. Деревья росли тесно друг к другу, и на узкой тропинке мог уместиться только один всадник. Ист придержал лошадь, чтобы пропустить Софи. Теперь она скакала впереди, показывая дорогу, а Истлин на своей лошади двигался за ней.
– Так, значит, общая ненависть к епископам объединила вас с друзьями? - спросила Софи.
– Нет. Не совсем. - Истлин взглянул на леди Колли, и легкая морщина пересекла его открытый лоб. - Неужели вам так интересна история Компас-клуба?
Почувствовав, что своим вопросом он еще больше разжег любопытство Софи, Ист продолжил, предупреждая следующий вопрос девушки:
– Мы сами назвали так свое общество. Предложил идею Уэст. Нортхем, Саутертон, Истлин, каждый из нас выбрал себе сторону света «Фамилии членов Компас-клуба - Нортхем, Саутертон и Истлин - созвучны английским названиям сторон света (север, юг, восток).». Мы провозгласили себя заклятыми врагами епископов. Дали впечатляющую клятву с необходимыми драматическими эффектами.
– Клятва на крови?
– Нет, к сожалению, до крови дело не дошло. Норт не выносит вида крови. Саут тоже терпеть не может кровопролитий, насколько я помню.
Софи рассмеялась. Она легко могла представить себе Истлина ребенком. Сейчас он очень напоминал ей того мальчишку, который пытался уговорить своих друзей вскрыть вены, чтобы скрепить клятву кровью. Легким ударом ноги леди Колли направила Аполлона на тропинку. В тени сосен воздух заметно прохладнее, и Софи плотнее закуталась в шаль, набросив ее себе на плечи.
– Если не общий враг в лице епископов сплотил вас всех вместе, то что тогда? Ваши имена? Хотя, должна признаться, я не вполне понимаю, как быть с мистером Марчменом? - поинтересовалась Софи.
– Наши имена тут ни при чем. Ни один из нас не обладал титулом, когда Уэст высказал свою идею. Он предположил, что при определенных условиях каждый из нас может когда-нибудь унаследовать титул. Смерть какого-то количества родственников откроет путь к нему.
От Истлина не укрылось, что Софи передернуло от такого чудовищного расчета. На какое-то мгновение он даже испугался, что она может упасть с лошади. Когда она медленно повернулась к маркизу, ее лицо выражало такое изумление, что Ист невольно смущенно пожал плечами.
