очень странно.
— Ты умеешь скрывать силу? — спросил я.
— Давно уже, — скривился Дмитрий, — иначе возникли бы вопросы.
— Покажи мне их целиком.
Он посмотрел на меня долгим взглядом, будто прикидывая, можно ли мне верить, а потом выдохнул и откинулся на стуле.
Перед моими глазами появились плотные белесые линии, пережатые в нескольких местах. В основном в районе груди. Нарисованный на коже знак действительно выступал ограничителем. А ведь у Кунцева действительно мощная способность! Кажется, он даже сильнее меня.
Я невольно восхитился другом. При таком раскладе, то, что он сейчас сделал с тайником, было просто великолепным.
— Дим, а попробуй что-нибудь сейчас применить способность. Щит поставить или усилить кулак.
— Зачем? — он озадаченно на меня посмотрел.
— Хочу проверить одну теорию.
— Ты что-то увидел? Я себя изучил от и до! Пока на мне этот символ, я не могу ничего толком сделать.
— Дмитрий! — у меня непроизвольно сжались кулаки. — Просто выполни мою просьбу.
Кунцев приподнял бровь, дернул плечом и встал, а затем сформировал свою обычную защиту. Она выглядела почти так же, как и в нашу первую тренировку со старшим классом. Полупрозрачный прямоугольник, закрывающий голову и часть корпуса.
— Погоди-ка, — вдруг сказал Дмитрий.
Щит на мгновение рассеялся и появился снова. И так несколько раз подряд.
— Что не так? — теперь настала моя очередь удивляться.
— У меня получается, — он, как завороженный смотрел на свое заклинание.
— Кунцев, у тебя клещи есть?
— Что? — непонимающе спросил он.
— Тянуть из тебя слова буду! — раздраженно бросил я.
— Прости. Просто я раньше так не мог. Всегда получалось один-два раза поставить защиту, и она была слабее.
— Сбрось щит и сядь.
Не задавая больше вопросов, он подчинился и плюхнулся на кровать. Я подошел и взял его за руку, как тогда в медблоке.
Я решил повторить весь процесс, который запускал в медблоке. Ментальная и целительская сила бойка полилась из меня в Кунцева. Тот несколько раз прерывисто вздохнул и прикрыл глаза.
Подождав еще немного, я снова проверил его потоки. Они налились цветом и немного разрослись. Дальше рисковать не стал. Мало ли как повлияет на него мое вмешательство.
— На сегодня сеанс окончен, — тихо сказал я и поднялся.
Голова сразу закружилась. Что это со мной? во время боя такого не было. Наверное, сказывалась усталость.
Дмитрий открыл глаза и прислушался к себе. Затем вскочил и побежал к зеркалу, рванув ворот рубахи.
В зеркале отразился символ, но края его были в некоторых местах почти полностью стерты.
— Как?! Как ты это сделал? — вскричал он, подлетая ко мне.
Он встряхнул меня за плечи и требовательно посмотрел в глаза. В ответ я стряхнул его ладони и просто сказал:
— Я могу тебя вылечить.
До него не сразу дошел смысл моих слов. Он заходил по комнате, то и дело останавливаясь и рассматривая свои руки. Это продолжалось минут десять. Я уже начал зевать, был опять был голоден несмотря на полторы порции борща, и ужасно хотел закрыть глаза и заснуть.
— Попробуй еще, — он сел на пол рядом со мной. — Пожалуйста.
— Нет. Хватит. Я боюсь пережечь тебя. Действовать в таком тонком деле нужно постепенно.
— Леша, ну, пожалуйста! Хочешь, я тебе денег дам?
— Ты совсем рехнулся? — зашипел я. — Не помнишь, как появляется сила? Скачки настроения, злость? Хочешь, все это именно сейчас? Когда какие-то Михеевы охотятся за тобой? Когда на меня в любую минуту может напасть темный маг?
От моей тирады Кунцев весь сжался и слегка побледнел.
— Извини, я не подумал. Просто у меня будто душа развернулась.
— Ты бы лучше сходил в комнату медитаций и попробовал сам разобраться в потоках. А я лучше посплю.
— Да-да, прости. Конечно, — он взлохматил волосы. — Спасибо тебе.
Он окинул взглядом мою комнату, задумчиво потер подбородок и вдруг просиял.
— Я знаю, как тебя отблагодарить!
Глава 15
Все утро Кунцев загадочно улыбался и постоянно куда-то пропадал. Я периодически косился на него, но ничего не спрашивал. У меня и так голова была забита вчерашним происшествием и постоянно напоминающей о себе темной магией. Она так и рвалась наружу, а мне приходилось постоянно держать контроль, чтобы не засветить ее.
Из-за неудавшегося похищения Дмитрия, мы так и не смогли обсудить те свитки, что он привез из дома. Там всего-то было два чехла-цилиндра и небольшая книжка.
А вот на занятиях сегодня было шумно. Все обсуждали вчерашнюю атаку на территорию академии. Мне удалось услышать и про учеников “Железного острова”, которые решили отомстить за три проигрыша на арене, про бойцов самого императора, которые ошиблись зданием, и даже про тайных агентов соседнего государства, которые хотели выведать все тайны директора.
К слову, Эдуард Львович на третьем уроке вызвал нас с Кунцевым к себе в кабинет и подробно допросил про украденную карету и саму атаку. Он долго слушал наш стройный дуэт, кивал и задумчиво хмурил брови.
Я, в свою очередь, пытался узнать у него, что знает он. Но директор был скуп на слова. Удалось лишь выяснить, но уже направлены сотрудники охранки для дальнейшего разбирательства, и нас могут вызвать на дополнительную беседу.
Дмитрий держался хорошо, и ничем не показав свои чувства. Хотя я видел, что в нем бушевала злость, страх и капелька любопытства.
Лишь когда мы покидали кабинет, я на секунду задержался и спросил Эдуарда Львовича про директора “Железного острова”. На что получил ответ, что вопрос все еще решается.
Кунцев заинтересованно посмотрел на меня, но наш разговор пришлось отложить — начиналось следующее занятие. И уже опаздывали
Влетев в приоткрытую дверь, мы с удивлением застыли на пороге и уставились на незнакомого мужчину.
Он был высокий и очень худой, с коротким ежиком темных с проседью волос и болезненно-бледной кожей, и костюм на нем буквально висел, как на вешалке. Изможденное лицо, запавшие глаза, заостренный нос...
Я на мгновение даже подумал, что это оживший труп. Но этот труп
