Рано утром волшебника и его спутников разбудили слуги Каллендбора. Юный паж сообщил, что им предлагалось позавтракать вместе с хозяином, после чего предстояло отправиться вместе с ним на верховую прогулку.
Кыш-гномы уже были сыты по горло гостеприимством владельца замка и упрашивали советника разрешить им спокойно посидеть у себя в комнате. Волшебник пожал плечами и согласился, радуясь про себя, что будет избавлен от их постоянного нытья и сможет думать только о деле. Надо было найти способ поскорее забрать бутылку у Каллендбора, пока он не наделал бед со своим Злыднем. Приказав Сельдерею накормить гномов и присматривать за ними, советник Тьюс вместе с Сапожком поспешил на завтрак с лордом по его приглашению.
Однако сам Каллендбор явился уже в конце завтрака, снова в тяжелой броне, вооруженный с головы до ног. В руке у него была сумка, и Тьюс сразу понял, что там лежит бутылка. Лорд Каллендбор сухо поприветствовал волшебника и жестом пригласил его следовать за собой.
Они вышли во двор замка, где их уже ждали несколько сотен тяжеловооруженных конных рыцарей. Хозяин велел привести своего коня, а также лошадь советника, уселся верхом и приказал рыцарям построиться. Советник Тьюс поспешил последовать примеру Каллендбора. Открылись ворота, поднялись решетки, и весь отряд выехал из замка.
Волшебнику полагалось ехать впереди, рядом с Каллендбором, а Сапожок, как всегда, быстро шел пешком, стараясь держаться в стороне, чтобы ему не запорошило глаза пылью из-под конских копыт. Советник Тьюс сначала пробовал искать скорохода глазами, но тот вскоре исчез из поля зрения, и волшебник сосредоточился на наблюдении за владетелем. Пока они ехали через город, Каллендбор молчал. Люди, стоявшие в дверях домов и магазинов, провожали глазами лорда и его спутников. Несколько человек выкрикнули приветствия в честь своего господина, но тем дело и ограничилось. Горожане не знали, что затеял Каллендбор, да, видно, и не хотели знать. Единственное, что их беспокоило, — это собственная безопасность. Они боялись могущественного лорда, но не любили его. В Зеленом Доле правили двадцать лордов, но Каллендбор считался самым сильным из них, а остальные до сих пор относились к нему с почтением.
— Меня предали, советник Тьюс! — внезапно заговорил Каллендбор. — Я действительно чувствую себя как в осаде, чего раньше и вообразить не мог. Заметь, меня предали мои же собратья — лорды Стост, Харанди, Вилс, — те, кому, казалось, я вполне мог доверять, или по крайней мере я был уверен в том, что они не осмелятся ничего предпринять против меня. Но больше всего поразил меня Стрехан — именно его я считал своим другом, советник Тьюс. Он подобен неблагодарному ребенку, кусающему руку отца.
В это время конный отряд проехал по мосту и выехал на зеленую равнину. Советник Тьюс попытался представить себе высокого, угловатого, угрюмого Стрехана в виде неблагодарного ребенка или вообще в виде ребенка, но не смог этого сделать.
— Они вчетвером построили эту… крепость, советник Тьюс! — гневно воскликнул Каллендбор. — Они воздвигли ее у Сирского водопада, на границе моей земли! И еще говорят, что это всего лишь аванпост. За дурака меня считают, что ли?! Эта крепость выше, чем Риндвейр, и она господствует над моей восточной границей. Стоит им захотеть, они смогут перекрыть реку плотиной, лишив мои поля орошения! Эта крепость — неслыханное оскорбление, нанесенное мне, волшебник! — Он наклонился к Тьюсу и сказал, понизив голос: — Я, конечно, в один миг разрушил бы ее, но она охраняется соединенными силами этих четырех псов. Я не могу разгромить их, не обескровив собственного войска, что поставило бы меня в очень опасное положение. Поэтому я и вынужден пока что терпеть эту мерзость. — Он выпрямился, и глаза его гневно сверкнули. — Но больше терпеть не желаю!
Советник все понял.
— Милорд, колдовские чары этой бутылки очень опасны… — начал он.
— Опасны?! — возмущенно перебил его Каллендбор. — Ничто не может быть опаснее, чем это сооружение! Оно должно быть разрушено. И если бутылка поможет мне достичь этой цели, то плевать я хотел на прочие опасности!
Он пришпорил коня и вырвался вперед, осыпав Тьюса дорожной пылью. Волшебник почувствовал, что он бессилен остановить надвигавшиеся события.
Они долго ехали на северо-восток, пока около полудня не достигли водопада. Громадная каменная крепость, возвышающаяся над обрывом, ощетинилась многочисленными бойницами. На стенах ее было установлено множество машин для отражения штурма. На парапетах стояли вооруженные воины, а мосты охраняли конные отряды. При приближении Каллендбора в крепости зазвучали трубы и послышались громкие команды, словно там только и ждали появления владельца Риндвейра.
По команде Каллендбора его люди остановились в нескольких сотнях ярдов от возвышенности, где стояла крепость. Каллендбор подозвал одного из своих рыцарей:
— Передай тем, кто в крепости: они должны покинуть ее ровно в полдень. Скажи, что крепость будет взорвана немедленно. Поезжай!
Рыцарь ускакал, а Каллендбор со своими людьми остался ждать. Советник Тьюс еще раз обдумывал возможность разговора с ним об опасностях, которые связаны с бутылкой и ее зловещим обитателем. Мудрее было бы дать сейчас лорду довести свое дело до конца и сразу после этого брать бутылку. Волшебник сам был не в восторге от такого решения, но, увы, другого выхода не видел. Вдруг Тьюс вспомнил о короле и об Абернети, и эти воспоминания расстроили его еще больше. Не много же он сделал до сих пор, чтобы помочь им обоим!
Между тем гонец вернулся. Он сообщил, что гарнизон крепости вовсе не собирается уходить, что ее защитники просто посмеялись над ультиматумом Каллендбора. Лорд Зеленого Дола злобно усмехнулся, выслушав доклад гонца, после чего уставился на крепость и не сводил с нее глаз до наступления полудня.
А ровно в полдень Каллендбор снова уселся на коня и сказал волшебнику:
— Поезжай за мной, советник Тьюс.
Они проехали сотни ярдов вдоль берега реки, после чего снова остановились и спешились. Каллендбор встал так, чтобы лошади послужили ему укрытием и его люди не видели бы, чем он занимается. Затем отвязал сумку от седла и достал из нее раскрашенную бутылку.
— Ну, теперь посмотрим, — шепотом сказал он.
Вытащив пробку, Каллендбор выпустил Злыдня.
— Слушаю тебя, хозяин, — прошипел тот. — Чего желаешь?
— Разрушь вон ту крепость, — ответил Каллендбор и добавил, искоса поглядев на Тьюса: — Если, конечно, твои чары достаточно сильны!
— Хозяин, сила моих чар равна твоей жизненной силе, — презрительно ответил Злыдень.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
