Ухудшение погоды, туман, шторм, укорачивающиеся осенние дни вынудили Пири прекратить работы. Он описывает последнюю ночь пребывания на острове:
Дикий шторм несся из глубин залива Мелвилл, завывая в такелаже корабля, и гнал снег в горизонтальном направлении. Белые склоны холма, по которым был спущен метеорит, в темноте казались грязно-серыми, огонь, вокруг которого виднелись силуэты эскимосов в мехах, распространял свой яркий, красный свет на небольшое расстояние; немного сбоку, сквозь кожаную стену отшельнической палатки, пробивался тусклый свет. Мой собственный маленький отряд трудился возле метеорита, и на переднем плане выступало главное действующее лицо, raison d’etre [56] всего этого, Савиксу, «Железная гора», возвышаясь над человеческими фигурами, черная и непреклонная. В то время как все вокруг утопало в снегу, Савиксу оставалось нетронутым. Большие снежные хлопья исчезали, прикасаясь к нему, и это производило неизгладимое впечатление. Гигант словно говорил: «Я далек от всего этого, я рожден небесами и все еще несу в сердце тепло тех давних времен, когда я не был заброшен в эту замерзшую пустыню». Иллюзию, что метеорит до сих пор хранит отблески небесного огня и тех чувств, усиливали целые фонтаны мерцающих искр, которые зажигались во мраке, когда сани, с трудом направляемые в темноте… случайно ударяли по нему, и глубокий звук, похожий на колокольный звон, полярный набат или на разъяренно-страдальческий крик погибшей души, был ответом на удар.
Все это время… мои эскимосские помощники честно и с довольным видом работали, отсыпаясь между палубами, когда могли найти время для этого. Они всячески помогали и ни разу не высказывали ни малейшего возражения против того, что я забираю их небесного гостя. На самом деле они казались практически такими же расстроенными, как и я, когда лед, набивающийся в залив, вынудил меня отказаться от приза до следующего раза.
«Палатка», 1897 год
12 января 1897 года Американское географическое общество наградило Роберта Пири только что учрежденной медалью Каллома[57] – «За исследования, проведенные в Северной Гренландии». На заседании Пири огласил свой план достижения Северного полюса, считая его «не просто самым практичным, а единственным». В Северной Гренландии он создаст базу, и все дальнейшие операции займут 5 лет. Стоимость проекта – 150 000 долларов. Комитет, созданный для изучения плана Пири, рекомендовал Обществу выделить средства.
Но прежде всего лейтенанту нужно было добиться пятилетнего отпуска. Просьбы главного союзника Чарльза Дэйли, президента Американского географического общества, и других научных и деловых тузов о длительном отпуске не увенчались успехом. Полярный исследователь получил назначение на военно-морскую базу Мар-Айленд в Калифорнии, однако его выручил знаменитый кадровый республиканец округа Нью-Йорк Чарльз Мур, который обратился непосредственно к президенту Мак-Кинли. Книга Фитцхью Грина:
«Мистер Мур ничего не знал о полярном море, но что-то в Пири подкупило его боевую натуру. Он выслушал историю Пири и поинтересовался:
“На какое время вам нужен отпуск?”
“На пять лет”, – быстро ответил Пири.
“Хорошо. Я сделаю это для вас”, – прозвучал поразительный ответ.
Господин Мур лично отправился к военно-морскому министру. “Вы сделаете мне одолжение?” – спросил он. Министр был бесконечно рад возможности отблагодарить человека, который так много сделал для того, чтобы республиканцы пришли к власти. Но когда он услышал, что объект покровительства – Пири, лицо его вспыхнуло румянцем и он воскликнул: “Мур, все что угодно, но только не это!”
“Что ж, – невозмутимо возразил политик, – в таком случае я попрошу президента приказать вам сделать то, что я хочу”…
Господин Мур перешел улицу, и не прошло и часа, как он уединился с президентом… “Помнишь, мистер Мак-Кинли, как ты сказал мне, чтобы я пришел к тебе, если мне когда-нибудь что-нибудь понадобится?”
“Помню”, – смело подтвердил президент… Мур ни разу не требовал вознаграждений, и президент приготовился выслушать просьбу большой важности. “Я хочу, чтобы лейтенанту Пири из военно-морских сил был дан отпуск на 5 лет для того, чтобы он смог продолжить свое великое дело на Севере”.
Президент откинулся в кресле. Улыбка облегчения заиграла на его добром лице. “И это все, Мур? – тихо засмеялся он. – Конечно, я сделаю это”. Он послал за секретарем и продиктовал распоряжение в Министерство военно-морских сил…
Извещение об отпуске на 5 лет пришло к лейтенанту Пири спустя 48 часов”.
26 мая 1897 года Пири освободили от службы. Теперь он стал, можно сказать, государственным путешественником – партийный босс от республиканской партии и президент США направили его на Северный полюс.
«Хоуп» возле острова Метеоритный, 17 августа 1897 года
В этот год Пири доставил-таки в Соединенные Штаты третий необыкновенный метеорит, тот, что оставался на острове, получившем название «Метеоритный», фактически на берегу. Еще он привез в Нью-Йорк шесть инуитов: двух мужчин, женщину, двух мальчиков и девочку, о чем пойдет речь в следующей главе.
Книга Пири:
Прибыв на мыс Йорк 12 августа, мы увидели, что ледовая обстановка в заливе Мелвилл благоприятна для того, чтобы немедленно подойти к метеориту…
Мои десять дней работы с Савиксу в 1896 году позволили досконально познакомиться с его особенностями и своенравием и дали полное представление о его весе, неуступчивой форме и о его почти непреодолимой инерции.
Однако с полной уверенностью я считал, что то оборудование, которое я привез с собой [в этот раз]: мощные гидравлические домкраты, внушительные дубовые бревна (лучшие из тех, что можно было купить), тяжелые стальные рельсы, болты, цепи и инструменты различных типов, все – самого лучшего качества, даст мне возможность доставить метеорит без происшествий на борт при условии, что враждебные арктические льды позволят мне подойти к нему близко…
