нервы. Моим первым желанием было отгородиться и от ее напористого взгляда, и от тяжёлой энергии, которая от нее исходила.
– Как вы меня нашли?! – воскликнула я.
– Вы же сами назвались, сказали, что вы писательница Люся Лютикова, так что это было не трудно.
ИП Серпокрылова сделала еще один шаг в мою сторону, но я живо от нее отскочила.
– Стойте! Не приближайтесь! Зачем вы пришли? Я же объяснила, что не имею отношения к вашему мужу!
– Я пришла извиниться за свое поведение, – смиренно отозвалась женщина. – Простите, что нахамила вам. Муж мне всё рассказал: и что вы приходили в пекарню, и про Аделаиду, которая на самом деле оказалась Александрой, и что у него была с ней связь. А я ведь чувствовала, что этой девахе нельзя доверять! В общем, я была не права. Давайте забудем наш конфликт, как будто его и не было вовсе.
– Да я, собственно, уже забыла… – ответила я, предпочитая держаться на безопасном расстоянии.
– Знаете, вообще-то я нормальная. Просто у меня тогда выдался тяжёлый день. Даже не день, а период в жизни сейчас нелёгкий. Я вся на нервах.
«Ну да, и поэтому можно спускать людей с лестницы», – угрюмо подумала я.
– В тот день, когда я на вас накричала, сорвалось очередное усыновление, – продолжала Серпокрылова. – Валера же рассказал вам, что у нас нет детей?
Я кивнула.
– Детей нет по моей вине, я никогда не смогу их иметь, мой организм даже яйцеклетки не вырабатывает. Для меня это огромная трагедия.
Хм, а вот Валерий говорил, что проблемы с его стороны. Впрочем, это не мое дело, углубляться в чужие врачебные тайны я не собираюсь.
Мария судорожно вздохнула, как будто подавляла рыдания. Я неожиданно увидела в ней живого человека и посочувствовала:
– Как я вас понимаю, у меня ведь тоже проблемы с зачатием.
– Не знаю, какая ситуация у вас, но мне ребёнок нужен позарез. Мне уже сорок четыре, а Валера на девять лет меня младше, и я постоянно боюсь, что он меня бросит, понимаете?
– Так и с детьми бросают… – философски заметила я.
– Конечно, бросают. Но когда есть ребёнок – это настоящая семья, а сейчас у нас с ним не пойми что, какой-то рабочий коллектив, связанный регистрацией в одной квартире.
Я подумала, что иногда московская квартира держит покрепче выводка детей, но предпочла оставить свои мысли при себе.
– Уже несколько ночей не могу нормально заснуть, – продолжала Мария, – всё ворочаюсь и думаю… А вдруг это и правда его дочь? Я про девочку, которую приносила няня.
– Валерий признался мне, что не может иметь детей, – не удержалась я от комментария.
– Да, у него плохие анализы, «живчики» не слишком подвижные, если вы понимаете, о чём я. Но молодая любовница, у которой здоровые яйцеклетки, вполне могла забеременеть, такая вероятность была. Измена в браке – это, конечно, плохо, но, как бы там ни было, все-таки Ева – его родная кровь. Я считаю, что девочка должна жить с отцом, мы заберём ее к себе. Я так поняла, сейчас она находится у вас?
И хотя мне по-прежнему не очень нравилась госпожа Серпокрылова, я решила сказать ей правду.
– Можете спать спокойно, ваш муж не является отцом Евы.
– Это точно?! – Брюнетка, кажется, даже немного расстроилась.
– Максимально точно покажет генетический анализ, но уже сейчас ясно, что скорее нет, чем да. Я провела расследование и выяснила, что отец Евы – богатый бизнесмен, владелец мебельной фабрики, его тоже зовут Валерий, как и вашего мужа, и он женат. Есть версия, что Александра опасалась за свою жизнь и за жизнь дочери. Она считала, что родственники Валерия готовы убить Еву, лишь бы не делить с ней наследство. Не знаю, насколько это соответствует действительности, но мать в это верила. Поэтому она исчезла сама, предварительно отправив дочь к надёжным людям. Вашего мужа она считала надёжным…
Последняя фраза прозвучала как упрёк.
– Бедная женщина, – вздохнула Мария. – Должно быть, тяжело ей пришлось. Почему она не обратилась за помощью к настоящему отцу ребёнка?
Я пожала плечами. Вопрос застал меня врасплох. Действительно, ведь это первое, что пришло бы матери в голову… Может быть, отношения между ними ухудшились и Александра больше ему не доверяла? Ох, тогда мне следует быть осторожной в разговоре с бизнесменом, чтобы ненароком не сболтнуть лишнего.
– А она, случайно, не наркоманка? Или, может, запойная алкоголичка?
Я вытаращила глаза:
– С чего вы взяли?
Мария пожала плечами:
– Всякое в жизни бывает.
– Судя по тому, что я узнала, Александра не наркоманка и не алкоголичка. Вот только курит, это да.
– Так я не поняла: мать Евы жива или нет? – допытывалась брюнетка.
– Не знаю. Сначала поступили сведения, что мать погибла вместе с дочкой, потом оказалось, что это была непроверенная информация. Но если она жива, почему до сих пор не объявилась? Когда она отправляла к нам Еву с няней, речь шла о неделе, а уже пошла вторая. Александра Айхнер не даёт о себе знать, и это тревожный знак.
– А вы, значит, ее ищете?
– Ищу, но пока безрезультатно.
– Зачем?
Сегодня уже второй человек задаёт этот вопрос, а у меня по-прежнему нет на него ответа. Поэтому я раздражённо отозвалась:
– А что, сидеть сложа руки? Я не могу, я нервничаю от этой неопределённости.
– Если вам мешает девочка, отдайте ее мне. Я за ней присмотрю.
Я оторопела от такого предложения.
– Девочка не мешает, мы уже к ней привыкли. Но мать найти надо, чем я и занимаюсь.
– Если я могу чем-то помочь в ваших поисках, дайте мне знать. Я с радостью!
– Обязательно, – ответила я, уверенная, что никогда не обращусь к госпоже Серпокрыловой за помощью.
Когда я вернулась в квартиру, Искра спросила:
– Ну что, подписала книгу?
Я пробормотала нечто невнятное. Конечно, Мария соврала, что является почитательницей моего таланта, в находчивости ей не откажешь, но могла бы ради приличия заехать в книжный магазин и купить роман. У меня остался неприятный осадок.
В домофон позвонили.
– Это еще кто? – удивилась я. Мелькнула мысль: может, все-таки Серпокрылова вернулась с книжкой?
– Здравствуйте, я няня, меня прислало агентство, – раздался из домофона женский голос.
– Проходите. – Я повесила трубку и крикнула золовке: – Радуйся, Искра, кончились твои мучения, новая няня приехала!
– Еще неизвестно, подойдёт ли она нам, – буркнула Искра. – Ты не очень-то доверяй агентству, сама проверь, адекватная ли, чтобы не получилось, как с двумя предыдущими.
– В этом можешь не сомневаться.
С первого взгляда няня произвела на меня хорошее впечатление: высокая худая блондинка, возраст чуть за сорок,
