Читаем без скачивания Архивы оборотней - Андрей Белянин

Природа здесь была изумительная, Дойл не соврал, а какой воздух, чудо! Утопающая в цветах настоящая альпийская деревушка образца девятнадцатого века, с телегами вместо авто и маленькими альпийскими шале вместо многоэтажек, крошечной кондитерской с горой чудесных пирожных на витрине (кстати, я узнала, что здесь изобрели знаменитые безе-меренги), кабаком с колоритными деревенскими пьяницами в тирольских шляпах, гуляющими по улицам коровами, романской церковью одиннадцатого века и заснеженными горными вершинами, вид на которые открывался с любого места на улице, куда ни развернись. Крутиться вокруг своей оси можно было до бесконечности, непрерывно любуясь пейзажами. А какое чистое небо здесь было!

— Дорогой Холмс, — не выдержал любопытный Ватсон, когда после обильного обеда на веранде нам подали настоящий швейцарский кофе. — А что было в той телеграмме из Скотланд-Ярда?

— Милый друг, мне бы не хотелось вас пугать, но… — Шерлок Холмс на секунду задумался, смахнул набежавшую слезу, сделал несколько глубоких вздохов, а потом его глаза неожиданно озорно блеснули. — Быть может, мистер кот скажет нам, что там написано, ведь он же читал вашу книгу на русском.

— Как два когтя об асфальт, — буркнул Пусик, вытирая губки салфеткой. И почти дословно процитировал:

— Они накрыли всю шайку, кроме него! Он один ускользнул! Ну конечно, я уехал, и этим людям было не справиться с ним. Хотя я был уверен, что дал им в руки все нити. Знаете, Ватсон, вам лучше поскорее вернуться в Англию.[5]

— В целом вы правы, если бы вы слово в слово процитировали то, что было написано в телеграмме, я бы счел вас либо ясновидящим, либо шарлатаном.

— Вы хотите, чтобы я уехал, Шерлок? — искренне возмутился добрый доктор. — Нет-нет, я ни за что не покину вас, мы столько пережили вместе, провели столько дел, выкурили столько табака, разгадали столько загадок…

— Особенно вы, — тихо протянул Холмс, но, к счастью, старина Ватсон его не услышал.

— В общем, я ни за что не уеду, даже не просите!

— А ваша жена в курсе, что вы вообще уехали в Швейцарию?

— Она сейчас в Норфолке, помогает тете по саду и, слава богу, совсем не интересуется заграничными поездками.

— А вы у нее спрашивали?

— Зачем? — простодушно удивился доктор. — Разве ваш супруг спрашивает вас, куда вы хотите поехать?

Командор покраснел. Я выразительно посмотрела на него, напоминая, что я не такая и, если они с котом вздумают удрать в Швейцарию, я ни за что не останусь копаться в саду у какой-то там тети. Впрочем, спор быстро прекратился, потому что великодушный Холмс первым протянул руку верному другу, искренне благодаря его за самоотверженное желание еще несколько дней потусить с нами на курорте, ибо, как вы помните по книге, Ватсону-то ничто не угрожало.

— А как же ваши пациенты? — вежливо осведомился Пусик. — Вы ведь еще ведете практику?

— Холмс, простите, а я веду практику? — Ватсон неуверенно посмотрел в сторону великого детектива.

— Ну, судя по тому, что ваш внутренний нагрудный карман, где вы обычно носите бумажник, оттопыривается от его толщины и три дня назад вы купили себе новую пару обуви, хотя старая еще вполне пригодна для носки, а новая золотая заколка совершенно не идет к вашему галстуку, но явно куплена в дорогом магазине… Думаю, да, вы точно где-то подрабатываете!

— Что ж, тогда, джентльмены, не вижу смысла спорить. Но их там всего-то каких-то пятьдесят штук. Полагаю, мой коллега Дженкинс охотно примет всех моих пациентов.

Порой простодушие бывшего армейского доктора умиляло, а порой его хотелось стукнуть по голове. Но если еще вчера я жалела Ватсона, то теперь я поняла, что эти двое стоят друг друга.

На следующее утро, прикупив в местной лавочке шипастые ботинки и альпенштоки, мы всей компанией отправились обследовать ту самую знаменитую площадку у Рейхенбахского водопада, где и должно было все произойти. Разумеется, Профессор лез ко всем с советами и поучениями, но наши английские друзья отмахивались вежливыми фразами типа: «Да-да, сэр, мы непременно так и сделаем, но не сейчас», а мы с Алексом его просто игнорировали.

Во-первых, диктат этого хвостатого прощелыги время от времени действительно всех достает, а во-вторых, какой бдительности меня может учить старший по званию кот, позволяющий себе так напиваться на службе?! И хотя бренди напоил его сам Холмс, это все равно никак не извиняло агента 013 в моих глазах.

Дорога вверх заняла почти два часа, я взмокла, как шотландский пони под поклажей. Полнеющий Ватсон снял шляпу и тяжело дышал, обмахиваясь ею как веером, в то время как мой муж и мистер Холмс прыгали по камушкам, словно два веселых козлика.

— Итак, это должно произойти здесь?

— Да, — подтвердила я, с трудом отрываясь от развернувшегося перед нами зрелища.

Я бы, конечно, и не пыталась описать его в стиле Дойла, такие шикарные выражения, как «неизмеримая глубина», «кипящий колодец», «доносившееся из бездны бормотание, похожее на человеческие голоса» и всякая подобная патетика сейчас вызывают у образованного читателя только снисходительную улыбку…

Ну да, водопад. Не Ниагара, конечно, но тоже вполне себе впечатляет. Однако для человека двадцать первого века, побывавшего не только в разных странах, но и временах, измерениях и на планетах, это зрелище выглядело не так жутко, как настаивал на этом писатель Конан Дойл…

— Мы пришли. Вот здесь вы и должны сойтись с Мориарти в последней схватке. — Командор обвел рукой небольшую площадку пять на шесть метров, мокрую от долетающих брызг.

— Тут?! — не поверил Холмс. — Да здесь всего три шага до края!

— Так написано в…

— К дьяволу вашу книгу, не буду я здесь ни с кем бороться! Да тут и без борьбы поскользнуться как нечего делать. Давайте я его просто застрелю! Из револьвера Ватсона, чтоб остались его отпечатки, а потом мы легко докажем, что доктор действовал из лучших побуждений, в состоянии аффекта…

— Стыдитесь, Холмс, — укоризненно покачал головой Пусик. — За вашей схваткой столетиями будут наблюдать придирчивые читатели, а вы — застрелю, застрелю…

— А вам, мистер кот, я бы вообще посоветовал не совать свой нелепый нос в мои дела! Жену свою поучи мышей ловить!

— Секундочку, господа, — вступился Алекс, вставая меж ними, когда агент 013 уже принял боксерскую стойку. — Мне кажется, есть разумный компромисс между храбростью и глупостью. В книге мистера Ватсона написано, что Мориарти напал на вас, понадеявшись на свое искусство японской борьбы баритсу. В действительности такой борьбы в Японии нет. Скорее всего, это просто неправильное прочтение слова «джиу-джитсу».[6] А приемам джиу-джитсу я вас легко научу! И даже более, добавлю от себя кое-что неизвестное вашему врагу. Вы непременно победите!

— Хм… — на миг задумался знаменитый сыщик и вдруг, широко улыбнувшись, пожал моему мужу руку. — Вы правы, дорогой друг! Пусть Мориарти думает, что все идет по его коварному плану, но мы удивим его сюрпризом в конце. Я готов стать вашим учеником!

Два последующих дня Алекс с Холмсом, нарядившись в смешные полосатые купальники и круглые шапочки с ушками, чтобы не замерзнуть, тренировались на лужайке за отелем по пять-шесть часов в сутки. Подтянутый детектив показал себя хорошим спортсменом, следящим за своей формой.

В отличие от Ватсона, который всегда полагался только на свой армейский револьвер, его знаменитый друг неплохо боксировал, обладал хорошей реакцией и, несмотря на постоянное курение, мог даже совершить километровую пробежку. Командор быстро научил его основным принципам практически всех японских единоборств, добавив чисто от себя два приема старого советского самбо. Учитывая среднюю низкорослость японцев, наша спортивная борьба действительно имела некоторое преимущество, так как Холмс и Мориарти были примерно одного роста и веса.

Доктор Ватсон следил за дорогой, чтобы не пропустить приезд злодеев, правда, в основном из окна деревенского кабака. Я ему помогала из деревенской кондитерской напротив, где сидела, обложившись пирожными, со своей тетрадкой, привычно ведя путевые заметки. Агент 013 устроился в гостинице поближе к кухне, его отношения с Холмсом оставались натянутыми — фразу о том, что он должен учить Анхесенпу ловить мышей, кот категорически отказывался воспринимать иначе как прямое оскорбление.

Однако на самом деле появление незнакомцев первым заметил хозяин нашего отеля, который прислал ко мне мальчика с сообщением, что с той стороны гор, с северной дороги, спустились четверо иностранцев и ищут каких-то англичан.

— А разве сюда ведет не одна дорога? — удивилась я, экстренно сворачивая свои записки.

— Конечно нет, мисс, целых четыре.

— Но ведь Конан Дойл писал, что… — Я бросила гневный взгляд на добродушного Ватсона, сидящего в обнимку с бутылкой виски в баре напротив, и все поняла. В таком состоянии хорошо, что он хоть одну дорогу увидел, а мог бы вообще насочинять, что сюда все прилетали на воздушном шаре. Никогда нельзя слепо доверять географическим познаниям писателей. Я оставила на столе несколько швейцарских франков и бросилась на поиски мужа и Холмса.