Читаем без скачивания Кровь ангелов - Дмитрий Казаков

Треск рвущейся ткани, что-то холодное наискосок коснулось ребер, и по ним побежала горячая жидкость.

– Похоже, парень, ты останешься здесь, – сказал преторианец, улыбаясь надменно и презрительно.

Ларс не стал отвечать.

Новый выпад, на этот раз в полную силу, пока сила есть, не вытекла с кровью!

Финт, нырок под чужим лезвием так, что оно едва не срезает волосы с макушки… Восхищенный рев зрителей…

Подножка, удар рукоятью под дых, и добить противника, взрезать ему горло.

Преторианец в последний момент выставил локоть, заблокировал руку прижавшего его к полу Ларса. Но для этого он был вынужден отпустить меч и ничего по большому счету не добился – из этого положения не вывернуться, не перейти в контратаку.

Лицо Тровера Максима побагровело, глаза выпучились.

– Делай свое дело… – выдавил он и перестал сопротивляться.

Ларс ударил, острейшая вибросталь с легкостью вспорола плоть, не защищенную лорика сквамата. В глубокой ране вскипела кровь, из распоротого горла вырвался громкий хрип, и преторианец забился в корчах.

– Достаточно ли этого? – спросил Ларс, поднявшись.

– О да. – На физиономии Марибода было написано удовольствие, причем заглавными буквами. – Будь моим гостем, эру Монтис, и пользуйся всеми благами моих владений, всеми радостями моей души.

На такое предложение, если ты не хочешь оскорбить хозяина, можно ответить единственным образом.

– С благодарностью принимаю, – сказал Ларс и плюнул себе под ноги, едва не попав на труп.

Сейчас это можно сделать, и даже нужно.

– И еще, – продолжил он. – Судьба открыла мне, что вам угрожает опасность… Керимба под угрозой.

Здесь верят, что сражающийся воин, стоящий на грани смерти, как бы выпадает из общего потока времени, может заглянуть в будущее, увидеть то, что еще не наступило.

– Вот как? – Марибод приподнял кустистые брови. – С этим разберемся.

Двое охранников подхватили тело преторианца, третий забрал его меч – павшего в честном бою похоронят среди своих, не как пленника, а как свободного, с оружием в гробу.

– Ты отлично сражался, – проговорил очутившийся рядом Эний, а Ультима одобрительно хмыкнула.

Рана на боку Ларса продолжала кровоточить и саднить, но там, судя по всему, всего лишь порез, и обратить на него внимание сейчас означает потерять с таким трудом добытое уважение.

Мужчина не боится ран и боли и терпит, когда ему плохо.

– Иди за мной, гость, – сказал, подойдя к ним, один из охранников.

Провожатым оказался тот самый Армин, что так неудачно поучаствовал в беседе в самом начале.

– К священным птицам? – спросил Ларс.

Их-керимбер, почти такой же могучий, как и его папаша, нахмурился, а через мгновение захохотал, сотрясаясь всем телом и едва не роняя церемониальный топор, тяжелый, как бревно.

– Нет, не к ним! – проревел Армин, вытирая потекшие из глаз слезы. – Хотя если ты сам хочешь… Но нет, нет, для призванных гостей у нас особые комнаты, и там птиц нет, есть другое, хе-хе.

И он подмигнул Ларсу.

Обычный гость – тот, кому позволили приземлиться на Керимбе и с кем стали разговаривать…

Призванный – тот, кого пригласили пожить среди их-керимберов…

Гость-соратник – чужак, ставший для племени своим, за кого местные вступятся как за сородича…

Ларсу еще предстояло добиться этого статуса.

– Ну другое так другое, – сказал он. – Посмотрим, что именно.

В ответ получил хлопок по плечу, такой мощный, что захрустела ключица, и Армин повел их прочь от трона отца, к выходу из зала, и дальше по полутемным запутанным коридорам.

Двор Судьбы был велик, немногим менее обиталища Божественной Плоти на Монтисе, но напоминал не резиденцию могущественного правителя, а втиснутый под крышу поселок – кое-где роскошный и величественный, местами заброшенный и почти везде грязный.

Кривые лестницы, паутина в углах, статуи из золота, натыканные в самых неожиданных местах, островки мраморного пола среди обыкновенных досок, шныряющие по углам чешуйчатые крысы, слоняющиеся без дела служанки, охранники и непонятно чьи дети, чумазые и довольные…

Запах дыма, горячего хлеба и вездесущей нефти.

– Вот, хе-хе, – сказал Армин, пинком распахивая очередную дверь, стену рядом с которой украшал древний вокалис.

За ней обнаружился круглый вестибюль – гобелены на стенах, старые, выцветшие, несколько диванов разного размера, вспыхнувшая при появлении людей лампа на потолке, забранные занавесями окна.

– Вон там – латрина, там – спальни, числом пять, – рассказывал отпрыск вождя, указывая куда нужно топором. – Грязновато, но сейчас должны явиться девки, убраться, жратвы принести и все такое… Обживайтесь, а если что надо, то любого слугу или дружинника ловите и ко мне отправляйте, хе-хе.

И, подмигнув Ларсу, он вышел.

– Ладно-ладно, веселые тут порядки, – подал голос Эний. – Ты…

Договорить он не успел, дверь распахнулась, и через порог рванула толпа разнообразно оснащенных девиц. Те, что с тряпками, ведрами и швабрами, разбежались по комнатам и принялись воевать с пылью и пауками, еще несколько сгрузили на пол большие корзины со снедью.

А четверо, одетых более чем скупо, выстроились в ряд и дружно заулыбались.

– И что? – спросил Ларс, разглядывая скорее подчеркнутые, чем спрятанные груди и ягодицы, умело подведенные глаза и сочные губы, белые зубы, изящные ноги и тонкие талии.

– Ага, это тебе наложниц прислали, чтобы не скучно было, – объяснила Ультима. – Так, бабы, сейчас пока не до вас, нужно рану осмотреть, если неглубокая, то и я с ней справлюсь…

Врач есть на «Кусписе», но тот стоит в местном эмпориуме, что в часе лета от Двора Судьбы, местному же лекарю доверять опасно: хоть он в резаных ранах и разбирается, но руки вряд ли моет.

Улыбки на девичьих физиономиях поблекли, одна из наложниц, светлокожая брюнетка, сердито фыркнула.

– Посмотрим, снимай комбинезон… повернись! – принялась командовать Ультима. – А ты доставай аптечку!

Последняя фраза относилась уже к Энию.

Ларс послушно развернулся, бросил косой взгляд себе на бок – кожа взрезана, мясо вспорото, но неглубоко. Уловил недоуменное восклицание бывшего эдила, стремительное движение у себя за спиной.

Отпрыгнул прежде, чем сообразил, что происходит.

Развернулся и выставил перед собой выдернутый из ножен меч.

В изящной ладони наложницы-брюнетки дрожал длинный тонкий кинжал с черным лезвием – «ядовитый шип», одного прикосновения которого достаточно, чтобы отправить человека на Обратную Сторону. Сама девушка трепыхалась, насаженная на клинок Ультимы, но все еще пыталась сдвинуться с места, дотянуться до Ларса, и глаза ее горели ненавистью.

Затем она обмякла, упала на пол, и три других одновременно завизжали.

– Тихо, бабы! – рявкнула Ультима, выдергивая меч. – Заткнулись!

Девушки, к облегчению Ларса, замолчали.

– Что это было? – спросил он.

– Может быть, проверка Марибода – чего мы стоим, – сказал Эний, присаживаясь на корточки рядом с телом. – Может быть, привет от кого-то, кто хочет ему навредить, отголосок местных интриг… Или же нечто, связанное непосредственно с тобой, послание от неведомого пока «друга». Привыкай, юноша с кровью ангелов в жилах, для тех, кто обладает властью или стремится к ней, это дело обычное.

Убитая девушка лежала на спине, раскинув руки, и глаза у нее были синие-синие, как небо Галликума.

Карталлус тут выглядел куда более просторным, чем на турригере первого класса.

Зато контактный шлем пришлось подгонять, прежде чем он налез на голову Энхо.

– Нормально? – после второй примерки спросил Меровей, навт-механик, лохматый уроженец Волюнтаса.

– Вроде как да, – ответил эру Венц.

– А то, я же делал, – Меровей с готовностью заухмылялся.

Был он молод, но пространство бороздил чуть ли не с детства и даже родился, если верить рассказам самого механика, на пиратском транснависе. Во всяких устройствах, которых на любом корабле многие сотни, он разбирался отлично, мог настроить вероятностную решетку ремуса или «пробить» инфоцентраль.

С ним, как и с прочими навтами, бывшие офицеры «Аспера» познакомились около стандартных суток назад.

До этого они проторчали в Галлиполисе почти месяц, изучили город, обзавелись знакомыми среди варваров и стали завсегдатаями «Красного карлика», но так и не отыскали, куда пристроиться.

Нет, предложения были, но такие, от которых отказывался сам Янус…

«Грязное корыто, попадешь туда, потом вовек не отмоешься, никто приличный с тобой дела иметь не будет», – говорил он, возвращаясь с очередной встречи с гортатором или владельцем транснависа.

«Эта сволочь предложила такие деньги, за какие он помощника кока не наймет, не то что боевого офицера», – звучало в другой раз.

Арвинд и Симс пили, Глыба таскался по притонам, Якив затевал какие-то сомнительные дела, Энхо же мучила тоска, справляться с которой помогали только ласки хельдии. Он тратил на нее деньги из своей доли бездумно и легко, хотя понимал, что поступает неразумно, но зато, оказываясь в кровати с нелюдью, он мог забыть обо всем, что происходило в последнее время.