– Отходим! – скомандовал старший из телохранителей, но послушались его только двое.
Остальные были мертвы или ранены настолько тяжело, что не могли двигаться.
Еще один воин с Волюнтаса, тот, что пошел вперед, погиб через несколько мгновений. Вступил на лестничную площадку, а в следующий миг отлетел в сторону, и там, где он стоял, появилась невысокая женщина с двумя виброклинками в руках и в заляпанной кровью одежде.
– Ты еще кто? – воскликнул Карелус, загораживая Вальгорна собой.
– Такой же реликт, как и ты, тварь, – сказала женщина, – или, если хочешь, я та, кто убьет тебя, точно так же, как убила твоих братьев…
– Тыы? – прошипел дворцовый управитель искаженным от ярости голосом.
Он нагнулся, и горб на его спине будто лопнул, балахон затрещал, показалось нечто похожее на сизые перепончатые крылья. Карелус прыгнул вперед, женщина ударила перед собой крест-накрест и отскочила в сторону, не давая удлинившимся рукам вцепиться ей в шею.
Увернулась от новой атаки, но на горле у нее остались три кровоточащие царапины – след от когтей.
– Держите тыл! – приказал Вальгорн, собираясь броситься на помощь.
Он знал, чувствовал, что не может бросить Карелуса, должен защищать его, как своего ребенка.
Женщина и дворцовый управитель двигались так быстро, что только выучка Скола Анимус помогала Божественной Плоти следить за ними – выпад, удар кулаком, меч вспарывает одежду на боку горбуна, хлещет кровь, брызги летят в стороны, клацанье зубов, впившихся женщине в плечо, и пылающий виброклинок со звяканьем падает на пол…
Самое время вмешаться.
Вальгорн сделал все, как учили, и не посрамил наставников.
Его лезвие вонзилось женщине в сердце, но та почему-то не умерла сразу.
– Ага, разбежался, – прохрипела она, плюясь красным, после чего воткнула оставшийся у нее меч Карелусу под подбородок так, что лезвие прошло через мозг и вылезло из макушки.
Дворцовый управитель завизжал, рванул в сторону, тяжело ударился о стену.
– Не худший вариант… – выдавила женщина, сделала шаг к отступившему Вальгорну, и только затем упала.
Горбун, оставшийся без горба, но теперь мало похожий на человека, рухнул рядом с ней, забился в судороге.
– Готов, – сказал старший из телохранителей, когда корчи стихли.
Глядел варвар на дворцового управителя без страха, только с удивлением.
– Хм, похоже, – проговорил Вальгорн, испытывая непривычные для себя чувства – печаль и горечь потери. – А значит – нам нет смысла задерживаться, пошли дальше… вперед, в тронный зал.
* * *
Спокойное, умиротворенное лицо, и забрызганные кровью губы, аккуратная рана в груди, и еще несколько, оставленных не мечом, а зубами, когтями и пальцами, что обрели прочность стали. И рядом – жуткая перекошенная физиономия, сквозь прорехи в одежде видна сизая кожа в редких чешуйках, разбросаны крылья вроде тех, что бывают у летучих мышей, слишком маленькие, чтобы летать с их помощью, из головы торчит виброклинок.
Ларс стоял над трупом Ультимы и испытывал нечто вроде облегчения.
Бывшая наставница погибла сама, а это значит, что ему не придется убивать ее, как того же Энхо.
– Прием! – пискнул транслятор на запястье голосом Варего.
– Да? – Ларс поднес руку к губам. – Что там?
– Замечены многочисленные воздушные цели, карпентумы класса «Рубер» и «Аенеус», в зону поражения не входят, приземляются на ее границе, – доложил гортатор «Фалько мальтуса». – По всей видимости, это преторианский десант, время подхода к дворцу – примерно сорок минут.
– Ничего, мы успеем, – сказал Ларс.
Да, остались в пределах громадного здания очаги сопротивления, но их-керимберы и воины эру Кайтора должны их подавить, а узурпатор – теперь иначе называть его просто нельзя – направился в сторону тронного зала, откуда он никуда не денется.
Но кто бы мог подумать, что так все обернется?
Декстер и Синистер, братья-карлики из внутреннего двора – «птенцы» Орлиного Гнезда! Ведь он жил рядом с ними почти месяц, но ни разу не заподозрил, что имеет дело не с людьми!
А еще и Карелус, горбатый управитель… и в самом деле, гнездо.
– Пошли, – приказал Ларс, и они зашагали «по следам» Вальгорна, по тому коридору, что ведет в тронный зал.
Когда открылось исполинское, погруженное в сумрак помещение, ряды сидений в амфитеатре и Мерцающий престол, уроженец Аллювии вспомнил тот момент, когда впервые попал сюда – грохочут барабаны, верховный понтифик машет ножом, и Божественная Плоть жует плоть обычную, человеческую…
С того дня не прошло и года, а кажется, что целая жизнь.
Ларс изменился, из юнца, почти ребенка, стал мужчиной… претендентом на власть над Империумом.
– Стоять! – велел он, вскидывая руку.
Вальгорн был здесь – в центре жертвенного круга, тут же лежали трупы двух телохранителей, а со всех сторон наступали преторианцы из «Божественной» когорты.
– Мой государь! – воскликнул Авлин эру Кайтор. – Мы готовы лишить узурпатора жизни!
– Ублюдок! Так ли ты говорил раньше?! – выплюнул Вальгорн.
Он за прошедшее время не изменился, та же бритая наголо голова, темные беспокойные глаза, рыжая бородка, того же цвета две косички на затылке, и клинок не дрожит во вскинутой руке.
– Мой государь… – начал трибун.
– Эй, ты, безродная тварь! – рявкнул Вальгорн, глядя на Ларса. – Рискнешь выйти против меня или дашь этим подлым гнидам, предавшим своего повелителя, пристрелить меня?
Он обучался в Скола Анимус, не слабак и не трус и, если верить Валерии, еще и «птенец», так что разумнее отдать приказ, и десятки лучевых ружей оставят на песке дымящийся труп…
Но тогда сам Ларс и все, кто находился тут, запомнят, что он испугался.
– Я иду, – сказал он, поднимая меч. – Освободить дорогу!
Вальгорн оскалился и бросился в атаку, едва уроженец Аллювии вступил на желтый песок. Столкнувшиеся мечи высекли сноп искр, запястье Ларса обожгла боль, он едва не потерял равновесие.
Да, это не учебный поединок, хотя и противник не столь быстр, как Ультима…
Но сумел же он ее убить!
Сшибка, затем они расходятся, виброклинки так и мелькают, а время словно замедлилось, в каждую обычную секунду втиснули по дюжине дополнительных – руки и ноги работают самостоятельно, вне всякого контроля сознания, и комбинация выстраивается сама: да, на это враг обязательно купится, такого ему не могли показать…
Удар, удар, удар…
Ларс парировал еще один выпад, на этот раз очень спокойно, продуманно, атаковал сам, ударил параллельно земле. Вальгорн перескочил через лезвие, глаза его полыхнули торжеством – как же, враг сглупил, открылся…
Бывший хозяин Империума не мог знать, что это обманный трюк.
Вибросталь разрезала Божественную Плоть с той же легкостью, как и обычную. Замахнувшийся Вальгорн удивленно глянул вниз, дернулся в сторону, хотя было уже поздно.
– Нет… но как? – спросил он, пятясь.
– А вот так, – ответил Ларс, наступая.
Вальгорн развернулся и, прихрамывая, ринулся бежать – к краю жертвенного круга, затем на возвышение и к Мерцающему престолу, что приглушенно светился в сумраке.
Ларс догнал его и ударил, целясь острием в затылок.
Вальгорн извернулся, и виброклинок вошел в висок, легко пробил кости черепа. Бывший правитель Империума упал вперед, прямо на трон, раскинув руки, точно пытался схватить его и унести с собой на Обратную Сторону. Багровая жидкость из его ран потекла по сотням драгоценных камней, кровь ангелов омыла Мерцающий престол, заструилась по его бокам.
– Все, – сказал Ларс, опуская меч.
– Аве, Кесарь! – воскликнул Авлин эру Кайтор и преклонил колено.
Мгновением позже то же сделали остальные преторианцы.
В тексте использованы:
«Так говорил Заратустра» Фридриха Ницше (перевод Ю. М. Антоновского).
Шахматная партия, сыгранная Эмануэлем Ласкером и Хосе-Раулем Капабланкой 18 апреля 1922 года.
