Первая немедленно отбыла в Константинополь, вторая под командованием его брата Феодора отправилась разбираться с Шахином в Месопотамии; третья, самая немногочисленная, должна была остаться с императором, удержать Армению и Кавказ и, как надеялся Ираклий, в конечном итоге вторгнуться в относительно незащищенную Персию. Пока же он обратил внимание на одно из главных кавказских племен – хазар, прельстив богатыми дарами их кагана Зиевила и пообещав ему в жены свою дочь Епифанию. Зиевил, сверх меры польщенный, предложил в обмен войско из 40 000 человек. К счастью для Епифании, к концу года он умер.
29 июня 626 года персы и авары были готовы предпринять атаку на Константинополь. Жители окраин искали убежища за городскими стенами; за ними закрыли и заперли ворота, и давно грозившая им осада началась. Воинство варваров численностью около 80 000 человек растянулось вдоль городских стен от Мраморного моря до Золотого Рога. Стены защищала византийская кавалерия численностью больше 12 000 всадников при поддержке всех жителей города, которых патриарх Сергий привел в состояние религиозного воодушевления. Днем и ночью катапульты забрасывали бастионы камнями, но стены выдерживали эти атаки, а их защитники держались стойко. Осада продолжалась весь знойный июль, и каждый день Сергий во главе процессии священников проходил вдоль всех городских стен, неся над головой чудотворную икону Богородицы. 7 августа состоявший из плотов персидский флот, который должен был перевезти войска через Босфор, внезапно оказался окруженным греческими кораблями. Экипажи на плотах либо сразу убивали, либо бросали за борт. Почти сразу вслед за этим похожие плоты, которые славяне собрали в верхней части Золотого Рога, попытались прорваться в открытое море, однако угодили прямиком в подготовленную византийцами засаду и тоже были уничтожены. Похоже, после этой второй катастрофы осаждавших охватила паника. Их осадные машины оказались бесполезными, а все тонкие военные хитрости были разгаданы. К тому же до них дошла весть о победе Феодора над Шахином и о новом союзе Ираклия с хазарами. Этому могло быть только одно объяснение: империя находилась под защитой бога. На следующее утро они свернули лагерь, а еще через день ушли.
626 год, ставший таким памятным для Константинополя, оказался невыносимо скучным для императора Ираклия, поэтому в начале следующего, 627 года он решил двинуться на дворец самого великого шаха в городе Дастагирд недалеко от Ктесифона. Продвигался Ираклий осторожно, так как персидская армия находилась недалеко. Однако персы тоже выжидали удобного момента. Их новый главнокомандующий Рахзад намеревался встретиться с Ираклием, только когда будет к этому готов, так что бой завязался лишь в самом конце года у развалин Ниневии. Сражение длилось 11 часов без перерыва. В разгар битвы Рахзад внезапно вызвал Ираклия на поединок. Император принял вызов, пришпорил боевого коня и, как рассказывают, снес военачальнику персов голову одним ударом. Сам он получил в бою несколько ран, но отказался вложить меч в ножны. Только с заходом солнца греки поняли, что врагов, которые могли бы им противостоять, практически не осталось.
Ираклий добрался до Дастагирда, где обнаружил, что великий шах бежал, а его пышный дворец пуст. Византийцы его не пощадили и предали огню со всем содержимым. Из своего убежища в Сузиане Хосров призывал своих подданных поспешить на защиту Ктесифона; однако он истощил терпение персов, и Ираклию незачем стало свергать правителя, которого вот-вот лишат трона собственные подданные. Через пару недель император и его армия отправились домой. Тем временем сын Хосрова Шируйе бросил отца в тюрьму; там ему давали ровно столько воды и хлеба, чтобы он не умер, и таким образом продлевали его агонию. На пятый день его медленно убили, выпуская в него стрелы из лука. Эта новость застала Ираклия в Тебризе. Был заключен мирный договор, по которому персы возвращали все завоеванные территории и пленников, а также Крест Господень и прочие реликвии Страстей Христовых.
15 мая, в праздник Троицы, патриарх Сергий взошел на амвон в Святой Софии и прочел послание императора народу, которое представляло собой скорее благодарственный гимн, нежели объявление о победе. Вскоре после этого Ираклий прибыл в свой дворец в Гиере, находившийся напротив Константинополя на другом берегу Босфора, и обнаружил, что все население столицы ждет его там. Во дворце находилась его семья: 16-летний старший сын Константин, дочь Епифания и жена Мартина с младшим сыном Константином Ираклием, которому уже исполнилось 13 лет. Все ждали, что теперь императорская семья пересечет Босфор и прибудет в Константинополь, однако император не хотел въезжать в столицу без Креста, привезти который как можно скорее было поручено его брату. Феодор прибыл в Халкидон лишь в сентябре, и начались приготовления к возвращению императора домой.
14 сентября 628 года Ираклий триумфально въехал в столицу. Перед ним везли Крест Господень, позади шли четыре слона, которых в Константинополе прежде не видывали. Императору было около 55 лет, но выглядел он старым и больным; его силы истощило служение империи – благодаря ему Персия больше никогда не будет угрожать Византии. Процессия медленно двигалась к собору Святой Софии; во время последовавшей за этим благодарственной службы Крест Господень медленно подняли и водрузили перед главным алтарем. Наверное, это был самый трогательный эпизод в истории храма, и многие сочли это знаком, что вот-вот настанет новый золотой век.
Увы, ничего такого не случилось. Всего за шесть лет до этих событий, в сентябре 622 года, когда Ираклий начал персидский поход, пророк Мухаммед бежал из враждебной Мекки в дружественную Медину, где и началась эпоха мусульманства; а всего через пять лет, в 633 году, исламские армии начали наступление, которое в течение одного столетия привело их почти к самому Парижу (они остановились за 150 миль (241,4 км) от него) и к воротам Константинополя. До начала VII века Аравия была неизвестна на Западе, а ее обитатели не проявляли интереса к христианскому миру, не оказывали на него влияния и, уж конечно, не представляли собой угрозы. Все резко изменилось. В 633 году арабы вырвались из Аравии, всего через три года заняли Дамаск, через пять – Иерусалим, через шесть – всю Сирию, в течение одного десятилетия захватили Египет и Армению, за двадцать лет – Персидскую империю, а за тридцать – Афганистан и большую часть Пенджаба. Затем, сделав небольшой перерыв для объединения сил, они обратили внимание на Запад. В 711 году, заняв все побережье Северной Африки, они вторглись в Испанию, а к 732 году – меньше чем через столетие после того, как они покинули свою пустынную родину – перешли через Пиренеи и двинулись на север к берегам Луары, где их наконец остановили франки во главе с Карлом Мартеллом в битве при Пуатье.
Мухаммед умер от лихорадки в июне 632 года, и правление перешло к самому надежному его сподвижнику Абу-Бакру, который носил титул халифа – буквально «заместителя» пророка. В следующем
