медь с крыши Пантеона, и отсылать их в Константинополь. Осенью, вернувшись на юг через Калабрию, он отплыл на Сицилию, и в течение следующих пяти лет его двор находился в Сиракузах. Для сицилийцев эти годы стали непрекращающимся кошмаром; к счастью для них, императора внезапно постигла насильственная и в некоторой степени унизительная смерть. 15 сентября 668 года, пока он намыливал голову в ванной, один из прислуживавших ему греков убил его шайкой.
Во время долгого отсутствия императора в Константинополе оставшимися восточными провинциями управлял старший из трех его сыновей, который и сменил его на троне под именем Константина IV. Он оказался мудрым государственным деятелем и прирожденным лидером, и первое десятилетие его правления стало переломным в истории христианского мира: воинство Полумесяца впервые было остановлено и обращено в бегство воинами Креста. Короткая передышка закончилась. В 661 году халифа Али убили, и с этого времени Муавия стал верховным правителем; он устроил столицу в Дамаске и основал династию Омейядов, которая правила следующие восемьдесят лет. Когда ресурсов у Муавии стало гораздо больше, он принялся за старое: армия в Анатолии и курсировавший вдоль побережья Ионического моря флот один за другим завоевывали города и острова империи. Наконец в 672 году корабли Муавии приплыли в Мраморное море, где захватили полуостров Кизик. Два года спустя началась осада.
Сарацинские корабли привезли тяжелые осадные машины и огромные катапульты, но укрепления вдоль Мраморного моря и Золотого Рога устояли против их атак. Кроме того, у византийцев было секретное оружие. Нам по сей день неизвестен точный состав «греческого огня». Им поливали вражеские суда или помещали его в длинные узкие трубки, которые метали в цель, и результат почти всегда был катастрофическим: пылающая жидкость на основе нефти плавала на поверхности моря, часто поджигая деревянные корпуса кораблей, и к тому же представляла собой опасность для тех, кто пытался прыгнуть за борт. Мусульмане долго отказывались признать поражение, и лишь на пятый год потрепанные остатки сарацинского флота развернулись и отправились восвояси. В 679 году Муавия угрюмо согласился на предложенный Константином мир, по которому он должен был вывести войска с недавно завоеванных Эгейских островов и платить ежегодную дань. Через год он умер. Константин находился на пике популярности. Он поднял боевой дух своих подданных, что позволило им выдержать пятилетнюю осаду войска, которое прежде считалось непобедимым, и таким образом спас западную цивилизацию. Если бы сарацины захватили Константинополь в VII веке, а не в XV, вся Европа и Америка сегодня могли бы быть мусульманскими.
Когда вражеский флот отступил, Константин IV смог заняться другим, менее серьезным врагом – булгарами, воинственным языческим племенем, которое расселилось по северному берегу Дуная, откуда все чаще и чаще проникало на территорию империи. Однако здесь он добился меньших успехов. Бесплодная морская экспедиция 680 года еще больше поощрила проникновение булгар в Византию. Захватчики быстро основали сильное государство, которое, пусть и в иной форме, существует по сей день, и даже вынудили императора согласиться ежегодно платить своему правителю за защиту. Это стало для Византии не столько бедой, сколько унижением, но выгода состояла в том, что таким образом укрепился общий мир, который продлился до конца правления Константина и позволил ему заниматься самыми сложными внутренними проблемами.
В 678 году император написал папе римскому, предложив Вселенскому церковному собору раз и навсегда разрешить нерешенные богословские вопросы, на что папа с энтузиазмом согласился. В начале осени 680 года делегаты стали массово стекаться в Константинополь; их было 174 из всех уголков христианского мира. В середине ноября Шестой Вселенский собор провел первое заседание в Купольном зале императорского дворца. Всего этих заседаний состоялось 18, и они растянулись на следующие десять месяцев. Константин лично председательствовал на первых одиннадцати и на последнем, состоявшемся 16 сентября 681 года, когда он официально одобрил почти единогласно принятые решения. Учение о Единой Воле по решению собора было несовместимо с учением о человеческой природе Спасителя, который, наоборот, обладал «двумя естественными Волями и двумя природными Энергиями, без разделения, изменения, разъединения или смешения». Тех, кто придерживался иных взглядов, предавали осуждению и проклятию.
После заключительной речи императора последовали громогласные аплодисменты. Четыре года спустя, когда Константин IV умер от дизентерии в возрасте 33 лет, он мог поздравить себя не только с тем, что оставил империю более сильной и объединенной, чем она была на протяжении всего этого столетия, но и с тем, что нанес монофелитству удар, от которого оно так и не оправилось.
Когда жена Константина IV Анастасия родила ему сына, императору едва исполнилось 17 лет. Было, как представляется, ошибкой назвать мальчика Юстинианом: юноша, который унаследовал трон через 16 лет, отличался буйным нравом и вознамерился брать пример со своего тезки. Кое в чем ему это удастся: будучи умным и энергичным, он проявлял все задатки способного правителя. К несчастью, он унаследовал и некоторую долю безумия, которое омрачало последние годы жизни Ираклия и вновь проявилось у стареющего Константа. Константин IV умер прежде, чем это свойство стало явным, однако оно быстро завладело его сыном Юстинианом II, превратив его в чудовище, единственными характерными чертами которого стали патологическая подозрительность по отношению ко всем окружающим и неутолимая жажда крови.
Начало его правления было довольно многообещающим. Триумфально войдя в Фессалоники, он переместил большое количество славянских сельских жителей и крестьян в фему[30] Опсикий на южном берегу Мраморного моря. За этим последовали еще несколько переселений, и через пять-шесть лет в Малой Азии поселились около четверти миллиона иммигрантов. Такие серьезные миграции неизбежно привели к резким переменам в социальных условиях. В начале века главным влиянием пользовались землевладельцы; к концу столетия важность приобрел новый класс свободных и независимых крестьян. Улучшение условий жизни привело к росту рождаемости и к постоянному увеличению площадей возделываемой земли, а благодаря растущему населению местное народное ополчение становилось все более многочисленным и в любое время готовым к действию. Проблемы начались, лишь когда Юстиниан II непомерно повысил налоги. По этой причине после возобновления войны с мусульманами в 691 году около 20 000 воинов-славян дезертировали в армию противника, что привело к потере Армении. Говорят, что разгневанный Юстиниан II приказал убить все славянские семьи в Вифинии; женщин и детей хладнокровно убивали тысячами и бросали в море.
Документ, в котором больше всего рассказывается о жизни во времена Юстиниана II, – записи синода 165 восточных епископов, который император собрал в 691 году, чтобы урегулировать вопросы, оставшиеся нерешенными после Пятого и Шестого Вселенских соборов, и который впоследствии стал известен как Quinisextum[31], или Трулльский собор. Его участникам пришлось провести большую часть своего времени, занимаясь поразительно тривиальными вопросами. К примеру, мы узнаем, что отшельники, одевающиеся в черное, носящие длинные волосы, ходящие по городам и посещающие мирян, должны остричь волосы и уйти в монастырь; что шесть лет покаяния назначается тем, кто ходит к
