— Я буду жить там, а ты с детьми можешь встречаться тут. Метку сниму, но я не смогу этого сделать, если ты будешь постоянно ошиваться рядом! — рявкнула я.
— А я не хочу, чтобы ты её снимала. Она мне нравится. Прекрасно украшает руку. Навевает приятные воспоминания.
— В этом и разница, у меня воспоминания исключительно неприятные! — язвительно ответила я.
— Хорошо, тогда займёмся тем, что будем создавать новые воспоминания, приятные. Кстати, тут рядом есть восхитительный водопад, окружённый дикорастущими аросами. Потрясающая красота, хочешь покажу?
— Нет, хочу, чтобы ты оставил меня в покое! — взорвалась я.
— Не получится. Ты, кстати, вещи собрала?
— Нет! И не буду!
— Без проблем, купим тебе всё новое после того, как ты ко мне переедешь. Добровольно. Ещё не надумала?
— Ни за что! Никогда! Ни при каких обстоятельствах! Ты — эгоистичный подонок, вот ты кто!
— Последнее, к сожалению, правда. Но я пытаюсь исправиться. В остальном ты ошибаешься, Аня, — развёл он руками, а я в очередной раз поразилась предательской реакции своего организма.
Ну в чём дело, а? Адекватность, здравомыслие, ау! Но вместо них только дрожь в руках и бешеное сердцебиение.
— Ненавижу тебя! — тихо, но очень твёрдо сказала я.
И это мужа задело по-настоящему, настолько, что лукавая улыбочка сползла с лица, и он даже отвернулся на секунду, чтобы совладать с эмоциями.
— Будет гораздо проще, если ты перестанешь сопротивляться и признаешь, что у нас есть взаимные чувства, дети, общее прошлое и мы идеально подходим друг другу.
— Будет гораздо проще, если ты признаешь, что упустил все свои шансы, вызываешь у меня только страх и ненависть, и оставишь меня в покое!
— Я только начал, Аня, — с непробиваемой уверенностью ответил Алекс. — Не хочу и не могу отступить.
Развернувшись, я невежливо хлопнула дверью и убежала в свою комнату. Сколько же можно надо мной издеваться?
Или я сама над собой издеваюсь? Ведь если рассуждать логически, то получается следующее: мне сейчас больно, все силы уходят на борьбу с ним, удовольствия нет, секса нет, перспективы исключительно безрадостные, ещё и сомнительный обряд с негарантированным исходом прямо по курсу. И, судя по всему, Алекс не отстанет, даже если я сейчас каким-то чудесным образом метку сниму.
Он закусил удила, я такое уже видела и прекрасно понимала: проще его прибить, чем с намеченного курса сдвинуть. Если он вот так упёрся, то будет упрямиться до последнего, даже когда начнёт понимать, что давно стоит отступить. В этом весь Алекс.
Ох, как же сложно! Зачем я вообще с ним связалась?! У меня же был огромный выбор неликвида — и психопаты, и алкоголики, и наркоманы, и бабники, и мамины сынки… Все понятные, земные. Но нет! Надо было втюриться в мага из другого мира! Каковы вообще шансы на такое? Один на восемь миллиардов? Это ж надо суметь быть настолько феерической неудачницей!
А если сдаться? Признать, что Алекс обязательно сделает мне больно ещё раз. Но это будет потом. А пока у меня будет море удовольствия, наполненные страстью ночи, забота, пусть и временная. Причём в дальнейшем расставание может быть и не таким болезненным, может, через пять годин мы тупо надоедим друг другу и мирно разъедемся по разными поместьям. Теперь, когда есть способ снять метку, вряд ли муж станет второй раз планировать моё убийство. Что меня останавливает? Гордость. Страх, что потом будет ещё больнее. Обида. Желание сделать больно в ответ. Отказывая ему, я делаю приятно себе, тут не поспоришь. Это называется вторичная выгода.
Что вообще делают женщины в моём положении? «Рожают третьего!» — саркастично подумалось мне. Ужасная идея! Отвратительная! Но мальчики уже совсем взрослые, через пару лет я буду им не нужна. И потом, вдруг это будет девочка? Всегда хотела маленькую кудрявую дочу. В кого кудрявую, если у нас все прямоволосые? Ну не знаю, в игры генетики.
Господи, да что со мной такое?! Какая девочка? У меня что, при виде мужа интеллект атрофируется?
Запретив себе даже думать о маленьких пухлых пальчиках, я отправилась на полосу препятствий. В это время там никого не бывает, можно спустить пар.
Следующие дни Алекс постоянно мозолил глаза, но во мне уже взыграл азарт. Кто быстрее сдастся: он или я? Его подарки я по-прежнему отвергала. Сапожки из змеиной кожи? Неудобные. Экзотичные сушеные ягоды и фрукты из других стран? Детям вроде понравились, сама не пробовала. Личный крылар? Не умею управлять и боюсь, кроме того, конкретно этот выглядит кровожадно, словно хочет меня съесть. Бесчисленные украшения? Все ужасно некрасивые, подарила служанкам. Часы? Отдала Исбеле и купила себе по вкусу, продемонстрировав обновку всем желающим. Красные кружевные пеньюары, напоминающие шлёндрины? Изрезала в клочки и выкинула в окно. Подушечка, набитая сушёными цветами и душистыми травами? Её съели козары, наверное, не стоило ходить с ней на пастбище. Надеюсь, не продристались с изысканных ароматных трав. Артефакт-массажёр? Отдала Исбеле и купила себе такой же, но голубенький. Голубенький и очень стильный почтовый артефакт? Потеряла! (На самом деле спрятала в укромном месте и пользуюсь, он такой красивенький!)
На любые попытки Алекса поговорить или прикоснуться я отворачивалась, фыркала, цокала, закатывала глаза, раздражённо притопывала и даже зевала. Последнее его и доконало.
Алекс продержался кинтену и исчез, а я было вздохнула спокойно (и немного грустно, потому что у меня запал ещё остался, не ожидала, что он так быстро сольётся). Но на следующее утро пришёл вызов от короля. Король вызывал меня лично.
Не понимая, в чём может быть проблема, я отправила сообщение Тарнису и начала собираться. Лей Арванис сказал, что сможет перенести нас порталом туда и обратно, Исбела тоже вознамерилась отправиться с нами.
Нам было назначено на два часа пополудни, поэтому время на сборы оставалось. Исбела была занята исключительно собой, а мне помогли девушки из домашнего персонала. Я надела торжественный кафтан с разрезами чуть ли не до рёбер и тончайшие тёмно-синие штанишки под него.
Уже перед самым порталом свёкры внимательно меня осмотрели, и лей Арванис сказал:
— Аня, ни в коем случае не перечь королю и не спорь с ним. Его это бесит, а когда он бесится, то ведёт себя, как полнейший подонок. Он — избалованный гайрон, лучше молча выслушать и обсудить ситуацию потом. Главное — не груби.
Я понятливо кивнула. С чего бы мне вообще грубить королю?
В королевский дворец мы прибыли в портальную комнату, по длинным светлым коридорам нас провожали лакеи. Перед огромными двустворчатыми дверями я несколько занервничала. И что от меня может быть нужно королю? Нас как раз нагнал Тарнис, охрана дворца всем застегнула на руках блокираторы магии, и в таком виде мы вчетвером вошли в помещение.
Тронный зал поражал воображение потрясающей тонкой резьбой на стенах, разноцветной каменной отделкой разных частей помещения, а вот сам массивный королевский подпопник на меня впечатления не произвёл. Это вам не Железный трон из «Игры Престолов», стул как стул. Золото с бирюзой, высокая спинка, резьба по дереву с подсветкой. Пха. Видали и покруче.
Вокруг суетились люди, сновали от стола к столу с какими-то бумажками, камнями, цепочками. Посередине приёмной стоял металлический пилон до самого потолка. Поразительно, тут что, и стриптиз танцуют? И король прямо на троне смотрит? Фу, лучше тут ничего не трогать, вряд ли помещение регулярно дезинфицируют. Разглядывая обстановку, я не сразу заметила Алекса, болтающего с одним из секретарей короля. Погодите-ка, это что за подстава такая?
— Лея Анна Иртовильдарен Василькова с сопровождающими, — наконец объявили нас, и король занял подобающее ему место.
— Блага вашему роду, релей Ферралис, — поздоровался лей Арванис.
Алекс здороваться с нами не стал, только смотрел выразительно.
— Лея Анна, прошу вас сделать два шага вперёд и отвечать правдиво, — передо мной возник один из помощников короля и принялся сверлить взглядом.
