…В тот вечер Курт ужинал не дома — где, Никола не знала. На следующее утро, в десять часов, открывалась выставка. Курт уехал с виллы, когда не было еще и восьми, а возвратится, наверное, за полночь, после закрытия вернисажа. Никола, передвижения которой все еще ограничивались ее комнатой, в этот день гостей не ожидала, да никто к ней и не приезжал.
Выставка часовой продукции фирмы «Тезиж» стала важным событием в жизни города, и местное телевидение периодически вело репортаж и интервью из зала Дворца красоты. Никола смотрела их по портативному телевизору, который Курт взял для нее напрокат. После программы новостей в восемь часов вечера следующая передача с выставки должна была состояться в десять часов. За это время Никола послушала по радио музыку, поужинала, приняла ванну… Она сидела в кровати и без особого интереса смотрела какой-то фильм, когда неожиданно передача оборвалась и на экране появились титры: «Срочное сообщение». А затем пошел текст:
«МОНТРЕ. В МЕСТНОМ ПАНСИОНЕ РАЗРАЗИЛСЯ КРУПНЫЙ ПОЖАР. ЕГО ЖЕРТВАМИ СТАЛИ ГОСТИ И ОБСЛУЖИВАЮЩИЙ ПЕРСОНАЛ. НЕСКОЛЬКО ЧЕЛОВЕК УДАЛОСЬ СПАСТИ. СУДЬБА ОСТАЛЬНЫХ НЕИЗВЕСТНА. ПОЖАР ДО СИХ ПОР НЕ ЛОКАЛИЗОВАН».
Вслед за этим показ фильма возобновился.
В первые секунды информация не дошла до сознания Николы — да, где-то случилось крупное несчастье, но оно коснулось каких-то других людей, не ее. Но даже прежде, чем диктор — после окончания фильма — вновь зачитал сообщение, его строки пришли на память Николе:
«МОНТРЕ. В МЕСТНОМ ПАНСИОНЕ РАЗРАЗИЛСЯ КРУПНЫЙ ПОЖАР. ЕГО ЖЕРТВАМИ СТАЛИ ГОСТИ И ОБСЛУЖИВАЮЩИЙ ПЕРСОНАЛ…»
В силу какой-то странной интуиции Никола поняла, что высокий узкий дом на авеню Гонкуров и является местом катастрофы, о которой говорит диктор. Бесстрастным голосом он сообщал дополнительные сведения, в которых не нуждалось ее шестое чувство — ей было ясно: речь шла о «Пансионе Ароза». «Старый дом с его узкими коридорами и лестницами создавал прекрасную тягу для огня в случае пожара», — читал диктор. Приводилась и иная информация, но не та, которая могла быть полезной заинтересованным слушателям и зрителям.
Никола оцепенела… Однако постепенно способность думать возвратилась, а с ней возвратилась и способность действовать.
Диана! Диана оказалась в огненной ловушке! И никто, кроме Антона Пелерина и Николы, не знал, где она находится. Курт и не ведал о случившемся. Он наверняка не видел и не слышал специального выпуска новостей. А если и видел, то разве мог подумать, что это касается и его? А это его касается, ох как касается! Курт должен знать о происшедшем!
Никола выскочила из кровати, сбросила с себя пижаму и халат, быстро переоделась и позвонила синьоре Ралли.
— Мне нужно срочно во дворец! — сказала Никола, когда пришла экономка. — Я должна сообщить брату нечто очень важное. Попросите, пожалуйста, мужа вызвать мне такси. А я тем временем оденусь.
Синьора Ралли в недоумении уставилась на нее.
— Вы собираетесь выйти из дома, синьорина? На ночь глядя? Там же холодно! Доктор ни в коем случае не велел… Синьор тоже! Разве нельзя позвонить вашему брату? Или послать к нему с запиской моего Бертилло?
— Нет, я сама должна переговорить с ним. К телефону он может не подойти, сославшись на занятость. А время не терпит. Я должна ехать немедленно. Поэтому, пожалуйста, вызовите такси как можно быстрее!
Пока Никола разговаривала с синьорой Ралли, она натянула свитер, брюки, повязала на голову платок, надела легкое пальто, проверила, есть ли деньги на такси, и спустилась вниз чуть ли не следом за экономкой.
Когда прибыло такси, Бертилло Ралли вышел проводить Николу.
— Синьор Тезиж возвратится с вами, синьорина? Может, Марии приготовить для него ужин?
— Нет… Я не знаю, когда мы вернемся. Не ждите нас. — Супруги Ралли были хорошими людьми, и Никола испытывала чувство неловкости из-за того, что ей приходилось что-то скрывать от них. Но разве она могла поступить иначе?
Такси понеслось вперед через центр в северном направлении, к Дворцу красоты. Никола попросила водителя подъехать как можно ближе к главному входу, и им посчастливилось втиснуться в ряд, откуда только что отъехал автомобиль.
— Подождите меня, пожалуйста, я скоро вернусь. — Никола выбралась из такси, побежала в фойе дворца, там нашла швейцара и, заранее щедро отблагодарив его, попросила срочно вызвать Курта, где бы он ни был и чем бы ни был занят.
— Мсье Тезижа можно вызвать по громкой связи, мадам. Как прикажете?
— Нет, нет! Я бы предпочла, чтобы вы лично его разыскали!
Она объяснила швейцару, где стоит ее такси, и возвратилась в машину. Напряжение росло каждую минуту, что Никола ждала Курта. Наконец он появился, открыл дверь такси и заглянул вовнутрь.
— Никола! — впервые за все это время Курт назвал ее так — не Диана. — Что тебя привело сюда? Что за нужда? Какого?.. — В его возгласах слилось все — и гнев, и недоумение.
Она слегка подалась вперед, взяла его за руку, лежавшую на краю приспущенного стекла.
— Я должна была приехать сюда. Я все объясню. Дело не терпит отлагательств. Речь идет о Диане. Где твоя машина — поблизости? Давай перейдем туда, а?
Казалось, изо всего сказанного до него дошло только имя Дианы.
— О Диане? — резко переспросил он. — Что с ней? Она… вернулась?
— Нет… нет. Но я знаю, где она. И ей угрожает опасность… или угрожала. — Никола к этому времени уже вышла из такси. — Курт, где твоя машина? Ты… Нам надо ехать в Монтре. Немедленно! Пожалуйста…
Никола видела, как он нахмурился.
— В Монтре? Диана там?
— Да.
Никола едва поспевала за ним. Они молча сели в машину, Курт спросил:
— В Монтре? Как ты узнала? А там где?
О, как Никола боялась этого момента!
— Авеню Гонкуров. «Пансион Ароза». Ты… ты не видел последний телевизионный выпуск новостей — как раз перед репортажем с выставки в десять часов?
Курт отрицательно покачал головой.
— Нет. А что?
— В этом здании крупный пожар. Есть жертвы, но не сообщают ни имен, ни подробностей. Пожар еще не ликвидировали, когда я…
Курт не дал ей договорить.
— Имен не сообщили? Тогда почему же ты думаешь, что Диане грозит опасность? Только потому, что в городе пожар?
— Потому что я твердо знаю — она в пансионе! — Никола с болью проглотила холодный комок в горле. — И знаю это уже несколько дней. Я виделась с ней — она меня просила об этом. Диана была одна. Она живет в пансионе и работает там регистратором. Антон Пелерин тоже в Монтре, работает в гараже. Живут они порознь. И между ними нет того, чего ты опасался. Они просто ждут твоего согласия на их женитьбу. Диана сказала, что они готовы ждать, сколько понадобится… Но сейчас…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
