Читаем без скачивания Дочь Дроу - Элейн Каннингем

Призвав самую ошеломляющую свою улыбку, она обрушила всю ее силу на человека. «Даже снежный кот — кем бы он ни был — должно быть достаточно разумен, чтобы понять когда бой закончен. Отпусти меня, и я отложу кинжал», промурлыкала она обещающе. «Тогда мы… поговорим».

Человек уставился на нее с искренним восхищением, но глаза оставались настороженными. Затем, неожиданно, он пожал плечами и освободил ее. «Думаю, вреда в этом нет. С чего бы тебе помогать мне в схватке, только чтобы теперь повернуться против меня?»

Действительно, с чего вдруг? лукаво подумала Лириэль, заметив что этому человеку нужно еще многому научиться о дроу. С другой стороны, ей нужно много узнать о людях, и никогда еще у нее не было возможности наблюдать за одним из них вблизи. Она медленно отползла прочь, отступая пока не оказалась вне пределов его досягаемости. Только тогда она убрала кинжал.

Лириэль прикоснулась к символу Лолт, висевшему у нее на шее, и безмолвно произнесла слова, позволявшие ей взглянуть в ее мысли. Лолт была с ней, и когда заклинание пришло в действие, Лириэль увидела в разуме человека изображение крохотного золотого кинжала, свисавшего на тонкой цепочке.

Охотник за сокровищами, подумала дроу презрительно, ее мнение о человеке мгновенно опустилось на несколько пунктов. Ради золотой вещицы он в одиночку отправился в Подземье. Не только человек и мужчина, он еще похоже и глупец.

И все же он показал силу и храбрость. Лириэль уважала эти качества даже в низших существах. К тому же, он наверняка может многое рассказать о поверхности. Будет невредно подержать его поблизости некоторое время.

У Лириэль действия обычно подчинялись импульсу. Она вскочила на ноги, подбородок вздернулся с королевской надменностью. «Я возвращаюсь в свой город. Ты пойдешь со мной» приказала она.

Ее разум лихорадочно работал, пока она говорила. Она оставит человека в своем доме в Нарбонделлин, под охраной других слуг, а затем вернется в Академию, никто ничего и не узнает. Потом она всегда может объявить, что купила раба у торговцев. Рабы люди были редкостью в Мензоберранзане, но не чем-то неслыханным. Ее история будет звучать вполне правдиво.

Человек долго и молча смотрел на нее. Он явно не понял ее намерений, поскольку в глазах его не было страха, а темные брови сошлись в озадаченном выражении.

«Это опасная земля», произнес он медленно, «и не место для одиночек. Если ты пожелаешь идти вместе со мной, я предлагаю свою защиту на время нашего совместного пути».

«Твою защиту?» повторила она недоверчиво, слишком изумленная чтобы смеяться. Чтобы человек, да еще мужчина, предлагал защищать ее — благородную женщину дроу, волшебницу и начинающую жрицу Лолт — это было просто немыслимо. «Ты ведь ничего не знаешь о Подземье, верно?» «Пожалуй что так», согласился он.

«Смотри повнимательнее», посоветовала она, широко раскинув руки в приглашении. «Черная кожа, белые волосы, заостренные уши, глаза светящиеся красным в темноте. Ничего не напоминает?»

«Ты дроу», сказал он все еще не понимая. «Хорошо. Очень хорошо», одобрила она. «Значит, ты слышал о нас. Дроу правят этой опасной землей — твои слова, не мои — и мы устанавливаем правила. Не окажись я в нужном месте в нужное время, ты бы стал пищей для драгазхаров. По моим правилам, твоя жизнь принадлежит мне. Так получилось, что мне как раз нужен новый раб».

Человек обдумал это, задумчиво пощипывая ухо. «Но зачем? Ты говоришь, защита тебе не нужна».

«Я хочу больше узнать о поверхности», честно ответила Лириэль.

«Знание вещь хорошая», согласился он, «и, конечно, нельзя и пожелать госпожи прекраснее. Но люди Рашемена не живут рабами».

Лириэль подняла белую бровь. «Возможно, ты будешь первым».

«А может и нет», сказал он спокойно, но Лириэль увидела искру гнева в его глазах, и напряглась, готовясь.

Человек потянулся за дубиной. Когда его ладони сомкнулись на оружии, Лириэль выхватила из рукава кинжал и метнула. Клинок вонзился в дерево и задрожал, всего в дюймах от руки.

Не мешкая, Лириэль сотворила маленькую полупрозрачную сферу. Потоки света дрожали внутри, снаряд пульсировал едва сдерживаемой силой. Она несколько раз качнула им, и улыбнулась со значением.

«Огненный шар, в нашем варианте», сказала она спокойно. «Взрывается при соприкосновении. А я, как ты мог заметить, попадаю куда хочу». Человек убрал руки от дубины, и поднял их в жесте капитуляции. «Ты умеешь спорить», признал он.

Лукавая насмешка в его голосе удивила Лириэль. Человек демонстрировал больше интеллекта, чем она ожидала. Ей почти стыдно было превращать его в раба.

«Глупо будет просто оставить тебя здесь умирать», пробормотала она обращаясь к себе не меньше чем к человеку. «А ты наверняка умрешь, один и почти безоружный. Удивительно, что ты вообще выжил почти день!»

«Всего один день?» повторил он недоверчиво.

Дроу удивилась на мгновение, затем лицо ее прояснилось. «Ты наверняка пришел через тоннель Сухого Оврага. Выход на поверхность примерно в дне пути отсюда, но думаю ты мог блуждать здесь довольно долго».

«Всего день пути», задумчиво повторил человек.

«Один», подтвердила Лириэль. Она подошла ближе, и толкнула его ногой. «Вставай. Мы идем, сейчас же».

Он поступил как было приказано, и дроу инстинктивно отшатнулась на шаг назад. Вблизи человек казался намного больше. Лириэль была примерно на пару дюймов выше пяти футов, с тонкой фигурой обычной для эльфов. Он возвышался над ней почти на голову, и обладал могучим телосложением, широкими плечами и перевитыми мускулами руками. Дроу была впечатлена, но не особо обеспокоена. Магия и оружие давали ей достаточное преимущество.

Чужак, похоже, понимал это, поскольку почтительно поклонился. «Я Федор из Рашемена, и похоже мы теперь идем в дажемму вместе. Но прежде чем я увижу твою землю, возможно ты пожелаешь услышать одну историю?»

Дроу нахмурилась, озадаченная подобным странным предложением. «Для этого найдется время позже».

«О, но позже я могу не вспомнить ее».

В это она поверила. Он выглядел не слишком сообразительным, с бесстрашными глазами, и медленной речью с тщательно подобранными словами. И, честно говоря, ей было любопытно, что такого он может рассказать. Было что-то знакомое в его поведении и том, как он говорил. Рассказы в ее новой книге звучали весьма похоже. Так что, вежливым кивком, она разрешила ему продолжать. Человек оперся спиной на каменную стену, и скрестил руки на груди.

«Один крестьянин шел через лес, направляясь на рынок. Через плечо у него висел большой мешок», начал Федор своим глубоким голосом, так спокойно как будто сидел у собственного костра. «Поблизости волк — большой, хищный зверь — вырвался из ловушки и бежал, спасая жизнь, охотники гнались за ним по пятам. Волк встретил крестьянина, и стал умолять его о помощи, и крестьянин спрятал его в мешок. Когда пришли охотники, крестьянин сказал что не видел никакого волка. Когда опасность миновала, он открыл мешок, и волк выпрыгнул оттуда с оскаленными клыками».