– Я не знаю, капитан. Но, похоже, с ней произошло что-то неприятное. Что-то очень нехорошее.
Они направились по боковому коридору – впереди Кэррион, за ним, с дисраптерами наготове, Сайленс и Фрост. Свет фонаря, плывшего над их головами, отгонял нечеткие, зловещие тени. Наконец Кэррион остановился возле ряда шкафов и задумчиво стал осматривать каждый из них. Сайленс недоверчиво косился на своего бывшего товарища по оружию. Шкафы были всего в сорок сантиметров шириной и меньше двух метров высотой, они не годились даже для нормального гроба. Что могло так сильно напутать девушку, если она спряталась в таком неподходящем месте? Кэррион остановился напротив одного из шкафов и попытался открыть дверцу. Она была заперта. Он сконцентрировал свою энергию, и дверь распахнулась, выбив замок. В шкафу, полусидя, согнувшись, пряталась Дайана Вэрчью. Она крепко обхватила себя руками и закрыла глаза. В такой позе невозможно было находиться больше одной минуты.
На появление своих товарищей она никак не реагировала. Кэррион осторожно прикоснулся к ее плечу.
– Она глубоко ушла в себя, – объяснил он. – Она чем-то потрясена, настолько, что предпочитает не тревожить свое сознание и не думать о реальности.
– Нам нужно узнать, что произошло, – сказал Сайленс. – И где морские пехотинцы. Приведи ее в чувство, Кэррион!
– Я ничего не могу поделать, капитан. Если я силой попытаюсь пробудить ее сознание, то могу попросту разрушить его.
– Тогда это сделаю я, – решительно произнес Сайленс. Он опустился на колени перед оцепеневшей девушкой и на удивление нежно погладил ее по руке.
– Дайана, это капитан Сайленс. Прошу тебя, очнись и поговори со мной. Мне нужно, чтобы ты поговорила со мной… С твоим отцом.
Экстрасенс медленно пошевелилась. Кэррион и Фрост обменялись удивленными взглядами и снова уставились на девушку, которая стала понемногу приходить в себя. Она увидела стоящего перед ней на коленях Сайленса и упала ему в руки, громко рыдая. Он крепко обнял ее и стал покачивать в своих объятиях, бормоча какие-то нежные слова ей на ухо. Заметив, что Кэррион и Фрост наблюдают за ним, он поднял голову и со смущением на лице пожал плечами.
– Ее взяли у меня, когда ей было всего шесть лет. Когда впервые проявились ее телепатические способности. Я старался не терять с ней связь, и когда она окончила академию, я добился направления ее на мой корабль. Там она была под моим присмотром. Я надеялся, что со мной она будет в безопасности.
Тем временем Дайана наконец перестала рыдать и вытерла слезы. Сайленс помог ей встать. Она неловко выпрямилась, с трудом расправив затекшие мышцы.
– Так что же случилось? – спросил ее Сайленс. – Почему ты спряталась? Неужели стражи захватили Риппера и Стэйсяка?
– Я не знаю! – Дайана удрученно посмотрела на Сайленса. – Я не могу ничего вспомнить. Но это не могли быть стражи. Мы разделались с ними – так, как посоветовал Кэррион. Это оказалось довольно просто. А потом… Потом что-то произошло, но я не могу вспомнить что.
– Не переживай, – успокоил ее Кэррион. – Память вернется к тебе.
– Риппер и Стэйсяк могли исчезнуть только в одном направлении, – уверенно заявила Фрост. – Вниз, на третий уровень. Мы должны собраться с силами и идти за ними.
– Да, – согласился Сайленс. – Мы так и сделаем. Ведите нас, разведчица! Дайана, ты пойдешь следом за ней.
Фрост бросила на Сайленса быстрый взгляд и уверенно направилась в темноту, экстрасенс пошла следом. Сайленс и Кэррион после небольшой паузы двинулись в том же направлении.
– Экстрасенсу здесь не место, – негромко сказал Кэррион капитану. – То, что она увидела, настолько напугало ее, что она предпочла полностью сковать свое сознание, чем еще раз стать свидетелем таких событий. Сейчас ее душевное состояние, мягко говоря, вызывает озабоченность. Если ей еще раз придется попасть в ситуацию, вызвавшую такой сильный стресс, ее биополе может быть полностью разрушено. Она могла так погрузиться в себя, что даже лучший специалист по лечению экстрасенсов не смог бы вывести ее из этого состояния. Оставлять ее здесь – значит дать ее организму непереносимую нагрузку. Отошли ее обратно на катер, Джон. Она не нужна нам больше. Я возьму на себя ее обязанности. Моего биополя более чем достаточно для тех ситуаций, в которые мы можем попасть.
– Мне нужно знать, что она увидела, – упорно настаивал на своем Сайленс. – Оставаясь с нами, она восстановит в памяти все, что с ней произошло.
– Джон, ведь она – твоя дочь!
– Здесь я всего лишь капитан «Ветра тьмы». Я выполняю свой долг.
– Да, – горько усмехнулся Кэррион. – Ты всегда был человеком долга. Ты нисколько не изменился, Джон.
Кэррион ускорил шаг, чтобы догнать шедших впереди женщин. Сайленс взглянул на удаляющиеся спины своих подчиненных, но не сделал никакого усилия, чтобы приблизиться к ним.
Лестница, ведущая на третий уровень, казалась просторной и приветливой. На металлических ступеньках не было насекомых, на стенах слизи. Правда, и здесь на стенах была видна странная поросль пришельцев, и толстые жгуты серой паутины лохмотьями свисали с потолка. Но сама лестница казалась чистой. Кэррион жестом предложил разведчице продвигаться вперед, и она медленно начала спуск в темноту, держа наготове свой дисраптер. Кэррион и Дайана шли вслед за ней. Было заметно, что руки девушки дрожат, но она шла выпрямившись и высоко подняв голову. Сайленс замыкал шествие. Он мог бы гордиться, что его дочь проявила незаурядную смелость, но не позволял польстить своему самолюбию. Здесь она была просто членом экипажа, и не более того.
Температура воздуха стала резко повышаться – пронзительный холод сменился удушающей, влажной жарой. Они отключили обогревательные элементы в одежде, но все равно чувствовали серьезное неудобство. Фонарь по-прежнему плыл над их головами, удерживаемый биополем Кэрриона, но его свет проникал не слишком далеко. Они так и не нашли фонарь Дайаны – девушка не могла вспомнить, где она его потеряла. Она вообще была крайне неразговорчивой и только четко, как всегда, выполняла распоряжения капитана. Она была экстрасенсом, а экстрасенсы всегда выполняют приказы.
Они беспрепятственно достигли лестничной площадки и на некоторое время остановились, чтобы перевести дыхание. Жара просто сводила с ума, все они истекали потом. Стены здесь повсюду имели трещины и канавки, заполненные зубчатой растительностью, правильные очертания которой наводили на мысль о ее функциональном назначении или даже зашифрованном смысле. С потолка свисали металлические сталактиты. Капающая с них влага образовывала лужицы на неровном полу. Воздух был наполнен тяжелым сладковатым запахом гниющих цветов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
