Когда они подъехали еще ближе, до них донесся гулкий, усиленный громкоговорителями голос, пробившийся к ним сквозь рев мотора и вязкий туман:
— Джульетта! Давай сюда!
Гейлорд кричал в громкоговоритель, словно направляя мореплавателей, потерявших берег.
Но и теперь они еще не уверились в спасении. Аккумуляторы почти полностью сели. Джульетта переключила на первую передачу, но машина еле ползла. Спасение было уже рядом. Прямо перед ними горели огни корабля, светя им с высоты, но времени не оставалось.
Оливер спрыгнул с машины.
— Пошли! — крикнул он. — Брось ее! Пешком быстрее! Не теряй ни секунды! Айзеку скоро придется взлетать, с нами или без нас!
Она выскочила из машины и побежала за ним, оскальзываясь в чавкающей грязи. Прожектора корабля пробивали туман, творя из него клубящийся занавес слепящей белизны, огромную величественную арку, простершуюся над их головами и ведущую прочь из ночной тьмы.
— Джульетта! — опять взревел искаженный голос. — Оливер! У вас осталось пять минут! Мы не можем больше ждать! Ради бога, быстрее!
И вот, бок о бок, они выбежали на разбитый бетон старого космодрома и помчались по нему к воздвигшемуся перед ними кораблю, чьи величественные очертания терялись в слепящей россыпи прожекторов.
Время остановилось в ночи, через которую они бежали. Астероид медленно умирал в ожидании последнего мгновения. Тот закат был последним, а этой тьме никогда не будет конца.
Словно проломившись сквозь мрак, Джульетта и Оливер добежали до пандуса и бок о бок, грохоча по железу, взбежали вверх и очутились внутри корабля. Деревенские, толпившиеся в шлюзе, встретили их дикими восторженными воплями.
Смущенный Оливер сощурился от искусственного света. Обернувшись, он увидел, что пандус поднят, и люк автоматически закрывается. Они успели как раз вовремя.
Он взял Джульетту за руку и поспешил в командную рубку.
16. ЕЩЕ БОЛЕЕ СКРОМНЫЙ ДЕБОШ
Гейлорд уже сидел, пристегнувшись, в противоперегрузочном пилотском кресле. Таймер показывал три минуты до старта, и Оливер поспешил сесть в кресло второго пилота.
— Сядь в штурманское кресло и пристегнись, — сказал он Джульетте. — Быстро!
Гейлорд обернулся, ухмыляясь.
— Да, чертову уйму нервов вы мне стоили, ребята. Я уж было подумал, что вы не успеете. Оттягивал, как мог, ну да уж…
Оливер, только что вырвавшийся из ночного мрака в надежное тепло корабля и еще не вполне способный нормально соображать, занялся привычным делом. Он быстро проверил состояние управляющих взлетом механизмов и сделал мелкие поправки.
— Как вам удалось подготовить корабль к старту? — удивленно спросил он Гейлорда.
— С трудом, парень. Нашел в скарбе старое руководство по навигации — похоже, для предыдущей модели этого типа кораблей. Много общего…
Оливер изумленно покачал головой. Гейлорду каким-то образом удавалось выкручиваться из любых ситуаций. Оливер продолжал стандартную процедуру, проверяя каждую цепь. Все работало нормально.
Затем он включил общую трансляцию и взял микрофон. Его голос прозвучал во всех динамиках внутренней связи корабля.
— Взлет через тридцать секунд.
Деревенские напряженно вслушивались. Никто из них раньше не бывал на борту космического корабля.
— Нужно лечь на спину, на что-нибудь мягкое, — продолжал Оливер. — Ноги поднимите повыше, если сможете. Во время старта вы почувствуете себя в несколько раз тяжелее, чем обычно. Это неприятно, но продлится недолго. Никто не пострадает. Просто нужно лечь и расслабиться.
Он выключил микрофон. Кто-то из сотни с лишним находящихся на борту людей может пострадать при взлете. Но какой смысл тревожиться об этом заранее?
Обратный отсчет времени дошел до нуля, включилась система автоматизированного управления взлетом. В глубине корабля загудели топливные насосы, постепенно их звук поднялся до свиста. Открылись клапаны, горючее хлынуло в камеры сгорания и воспламенилось со вспышкой и грохотом. Огонь расцвел в копранской ночи, охватив всю посадочную площадку. Дым повалил в небо. Стальной корпус корабля гудел и вибрировал от напряжения. Медленно и величественно корабль поднялся в темный зенит. Двигатели ритмично пульсировали. Сияли иллюминаторы.
Для Оливера это был обыденный, тысячу раз испытанный взлет. Но для остальных это было что-то чуждое, пугающее. Началось ускорение, перегрузка своей огромной ладонью вдавила людей в пол.
Оливер, расслабившись во взлетном кресле, наблюдал за приборами. Автоматы контроля обратной связи сгладили толчок, направив корабль по заданной траектории. Ускорение достигло четырех единиц. Для экономии горючего следовало бы ускориться еще, но Оливер не рискнул, боясь за находящихся на борту людей.
Он глянул в иллюминатор и увидел в нескольких километрах внизу ночную сторону Копры. Он оглянулся на Джульетту, лежавшую с побледневшим лицом в штурманском кресле. Ее кожа была все так же грязна, а волосы растрепаны, но Оливеру она казалась прекрасной.
Он повернулся к приборам и не отрывался от них, пока корабль не достиг крейсерской скорости. Двигатели вскоре отключились: горючее следовало беречь для маневрирования и посадки.
Взлет прошел гладко. Огни на панели управления гасли один за другим, сообщая об отключении систем. Первоначальное ускорение сменилось включившейся искусственной гравитацией, которую Оливер отрегулировал до привычной копранцам величины.
Он отстегнул ремни и вылез из кресла. Рядом с ним старался встать на ноги Гейлорд. Он тяжело дышал, лицо его покраснело.
— Отдохните немного, — мягко сказал Оливер. — Вы не так привыкли перегрузкам, как я. Посидите, а я обойду корабль, посмотрю, не пострадал ли кто. Я быстро.
Он взял аптечку и вышел из рубки.
Деревенские заполнили весь корабль — каюты, кладовые, коридоры, наблюдательные пункты. Оливер обошел весь корабль, проверяя каждый отсек.
Несколько пожилых людей были еще без сознания, но скоро должны были прийти в себя. Он сделал укол стимулятора тем, кто в этом нуждался, и вернулся в рубку. В целом взлет прошел на удивление гладко. Серьезных повреждений ни у кого не оказалось (не считать же серьезными повреждениями пару синяков).
Гейлорд и Джульетта смотрели в иллюминатор. Корабль вышел из тени Копры, и рубку заливало Солнце.
— Это чудесно, — Джульетта смотрела на россыпи звезд и темный диск вдалеке — покинутый ими астероид. — Я и не догадывалась, что звезд так много. Мне и сейчас как-то не верится.
— Многие чувствовали то же, что и ты, — сказал Оливер. — А на самом деле никто по-настоящему в это и не верит. Космос слишком огромен, расстояния в нем слишком велики, чтобы человеческий разум мог их осознать, — он глянул в черноту. — После нескольких полетов ощущение чуда исчезает. В конце концов, это просто входит в привычку. Словно и нет этой безбрежной пустоты вокруг…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
