Ника, хочу чувствовать, как тебе хорошо. Ты ведь знаешь, как сделать себе приятно. Да?
– Да!
Срывается на крик, когда вхожу полностью. Влажные частые шлепки, спертый воздух. Запах секса, нашего единения. Как реагирует, дрожит. Жмурится от интенсивных толчков.
Но при этом продолжает. Впивается в свою губу до крови, её киска пульсирует. Каждым движением показывает, на какой грани. Как сейчас хочет кончить.
Наслаждаюсь этим видом, намеренно замедляясь. На поясницу давят её пятки, пташка требует большего. Но я лишь перехватываю её ладонь, торможу.
– Нет! – хнычет, так откровенно и пошло. Порочный ангел, которого лишили сладенького. – Саид!
– После меня. Ну что ты, - усмехаюсь, когда её пухлые губки дрожат. – Ты ведь столько лет справлялась без этого. Как-то переживешь ещё пару минут?
Мотает головой, забывая о том, что всего несколько минут назад пыталась оттолкнуть. Отвечает на поцелуй, стонет в рот. Развратная малышка, красивая. С искусанными зубами, красными отметинами на шее. Растрепанная, горячая.
Её кожа пылает в такт моей, нас двоих охватила лихорадка. Блядь, даже приставь мне дуло к виску, не смог бы остановиться. Поебать на пулю, смерть, другие дела. Все стирается, смазывается, становится неважным. Только она, её стоны, хриплые вдохи. Как её колотит подо мной.
Эта девчонка и есть моя смерть.
Убираю её ладонь, оставляя чувствительный клитор без ласки. Мечется, теряется. Чувствую, что вот-вот кончит на моих толчках, рассыплется в пыль. Вот так, сгорай до основания, пташка.
Как и я.
– Саид. Саид, - зовет без перестану. Заводит моим именем ещё сильнее. Не контролирую себя, вбиваюсь на всю длину, без перестану. Как она, сука, зовет. Искренне, хрипло, надрывно. – Я хочу…
– Давай, Ника.
Разрешаю, сам касаюсь пылающего лона. Весь в смазке, мокрая девчонка. Сжимаю пальцами бугорок, чувствую, как дрожит всё сильнее. Срывается на крик, а её киска часто сжимается спазмами, заставляя кончить.
Толкаюсь сильнее, до упора. До пошлого шлепка, после которого перед глазами красные огни. Вспышки, когда тело отпускает. Полная расслабленность, высшая степень удовлетворения.
Ещё один фетиш. Ни с одной до такого не опускался. Но Нику хочется заполнить своей спермой. До краев, за каждый день разлуки. Наверстать всё в бешенном темпе.
– Порядок, пташка? – прикасаюсь губами к её коже, ловлю капли слез на ресницах. – Снова накрыло?
– Да, - бурчит, подбираясь. Заворачивается в одеяло, как только позволяю. – Я в порядке.
– Не сомневаюсь. Если опять будешь вести себя, как идиотка, то вернемся к прошлому условию.
– Какому?
– Где твой оргазм проходит мимо. Что? – вскидываю брови на её недовольный взгляд. – Бить тебя нельзя, предпочитаю с девками по-другому развлекаться. Морить голодом? Не прокатит. Остается одно наказание, пташка. Будешь вести себя хорошо, никаких проблем. Я требую полного подчинения, и ты мне его дашь. Ясно?
– Предельно.
Супер, хоть что-то решили. Я привык быстро решать все подобные вспышки самостоятельности. Девки, которые крутились рядом, знали главное правило.
Никаких психов, самостоятельности и качки прав. Я такого не люблю и не терплю. Раз Ника согласилась на все условия, то должна быстро усваивать новые законы.
Насилием девчонку не накажешь, никак. Позволю себе руку отрубить, но не стану колотить ни одну девушку. Нику – тем более.
– Ты много куришь, - едва хмурится, когда тянусь к портсигару. – Прости, не моё дело.
– Мешает? Запах сигарет.
– Нет. Просто… Неважно, прости, - повторяется, пряча взгляд. Прокашливает. – Но я сказала правду, Саид. Я не знаю, кто мне решил помочь.
– И при этом уверена, что это был не Назар?
– Сомневаюсь, что у него было столько власти. Как минимум, семь лет назад. И не думаю, что он бы сделал что-то ради меня.
– Но сейчас он вылез, - произношу для себя, обдумывая это. Назара притащат, как только поймают его на крючок. Морщусь из-за стука в дверь. – Какого черта?
– Прости, Саид, - в голосе Лютого ни капли раскаяния, одна насмешка. – Не отвлекаю?
– Тебя далеко послать? Убирайся, пока я вышел.
– Лучше выйди. Хаджиев, твою квартиру только что подожгли.
Глава 20. Саид
Сука.
Поднимаюсь рывком, оставляя Нику на кровати. Натягиваю брюки, жду, пока девчонка прикроется. И иду открывать дверь. Потому что… Сука. Какая-то сука решила организовать нападение.
– Какую? – рявкаю, жду ответа от Лютого. – Где? Кто знал?
– Все под стражей, кто знал о доме под столицей. Пожар потушили, не вопрос.
Да плевать мне на квартиру. Хоть полстраны пусть сожгут, всё равно чужая. Но то, что какая-то крыса решила полезть против меня – напрягает. Таких нужно сжигать дотла. Вырезать любое предательство, чтобы другие не вздумали.
И только сильнее уверяюсь в том, что среди моих людей есть крот. Пришлось разделить охрану, кинуть в разные точки. Пусть думаю, что я по всей стране разъезжаю.
Не ошибся. Кто-то упорно копает под меня. И Нику по этому же поводу прятали. Не сомневаюсь, что один и тот же человек. Пока всплывала о ней информация – мой фокус расплывался.
Найти. Вернуть. Приручить.
И кто-то пытался этим воспользоваться.
– Остальная охрана? – спрашиваю, думая, что планирую сделать со всеми, кто замешен. – Снял с поста?
– Нет, оставил. Могут понять, что не было тебя там, кто-то другой сольет. Но если действовали вслепую…
– То вряд ли крот есть среди остальных. Гони народ, как по плану. Возвращаемся сегодня обратно. Загостились.
– Охрану, которую повязали, куда? Здесь оставлять и допрашивать или к тебе?
– Дома разбираться будем.
Лютый кивает. И хватает мозгов даже не смотреть в сторону притихшей Ники. Знает, что в некоторых моментах бываю не сдержан. Так же, как и он. Не стоит чужим смотреть на ту, которая принадлежит мне.
Выхожу из комнаты вслед за другом. Провожаю, а после направляюсь в свою спальню. Вещей немного, но ноут и оружие нужно забрать. А также раздать распоряжение остальным.
С главы безопасников узнаю, какого хера среди его охраны такая лютая херня творится. Пожар начался, никто не заметил? Нет, приложили руку и постарались. Кто-то из тех, кто был на посту.
– Саид, - пташка зовет, следует за мной в одной простыне. – Что происходит? Мы горим?
– Нет, другая квартира. Собирайся, рейс домой перенесли. Уедем сейчас.
– А… Адам? Можно мне его увидеть перед отлетом? Последний раз, он же думает, что я ещё приеду.
